Вторая волна (СИ)
Эволюционирующая активная опустевшая оболочка: 100%.
Нюхач 15-го уровня
Эволюционирующая активная опустевшая оболочка: 100%.
Следом вылез еще один богомолоподобный нюхач, уже 17-го, с обвислой грудью — этот, точнее, эта, видимо, была пожилой женщиной и весьма грудастой, и напоминала самку Голлума.
— Ты будешь Прелестью, — дал я имя отожравшемуся нюхачу, с уважением глядя на его конечности-пики.
Представил на них Амира. Хрясь — и кровь, кишки, растарантинило.
— Вы, Голлум и Прелесть, будете ефрейторами. Бабан будет сержантом и моим замом. Почему? Солдат, не спрашивай! Я так решил.
Зомбаки будто понимали, уэ-э-кали и буэ-э-кали. Мои ж вы красавцы, любо-дорого посмотреть!
Четыре амбала 13-го, 11-го, 10-го и 9-го уровней были из последнего пака, разделавшего филиппинцев. Зомбаки боевые, заслуженные.
— О, Скала, Колян, вижу — выздоровели, так что — в бой на передовую. Потом каждому орден. А если не дотянете — звание героев посмертно.
Вот бы живые так быстро регенерировали!
Крош мой этой ночью чуть не погиб. Будто это могло как-то помочь, я всю ночь носил его вместе с рюкзаком с контейнером, куда бы ни шел. Словно мое тепло могло дать ему жизненные силы. Часа два ничего не менялось, но вскоре «активность» котенка увеличилась на процентик, потом — еще на один. К утру котенок очнулся. Он будто чувствовал, что контейнер лечит, и не сходил с него. К полудню, излечившись наполовину, Крош впервые поел, и все выдохнули с облегчением, уверенные, что он пойдет на поправку. Но брать его с собой на вылазку за ордой я, конечно, не стал. Хотел доверить его Эдрику, но Вика перехватила, сказав, что пацану придется по джунглям много передвигаться, а котенку покой нужен.
Я еще раз осмотрел зомби.
Сбившись в стаю и хрюкая, бестолковыми болванчиками топтались шаркуны, похожие на пупсов-переростков.
Среди них, клацая челюстями, нервно и порывисто дергаясь, стояли мои портативные самодвижущиеся мясорубки — щелкуны. Самого жирного тринадцатиуровневого я назвал Клац-Клацем, на остальных фантазия дала осечку, пусть пока безымянными походят.
Стоило подумать, что кого-то не хватает, как вдруг земля у меня под ногами всколыхнулась и, вздымая грязь, как ракеты из шахт выскочили два ползуна. Черный Копатель 11-го уровня и еще один ползун 15-го, с заправки.
— Ты будешь Опарышем, — назвал я старшего ползуна.
Тот открыл пасть и высунул длинный язык метра на полтора. Да уж, ему бы лучше подошло Тритон или Варан, но деваться некуда, не переименовывать же. Он и так безмозглый, а так вообще запутается.
Потом я перевел взгляд на Витаса и ткнул в него пальцем:
— Тебе, дорогой, и напарнику есть должность. Замполитами будете, уж больно изъясняетесь складно и убедительно.
Как там? После смерти язык замполита продолжал шевелиться… точнее, голосовые связки продолжали вибрировать.
Глядя на покачивающихся зомбаков, я наполнился уверенностью в том, что Папаше теперь точно хана. Что уж говорить о том карательном отряде, который направят на наши поиски? Откуда им знать, что мне подчиняется целая орда?
Велев бездушным замереть, я пересчитал их: в моем подчинении оказалось сорок две особи — больше, чем было изначально. Наверное, мелочь какая-то мимо проходила и прибилась, например, те оболочки 3-го уровня. Ничего, пока сойдут для массовки, а там, глядишь, и они эволюционируют во что-то полезное.
Закончив осмотр, я включил рацию.
— Прием. Мы с моими бойцами выдвигаемся. Скоро будем у базы. Прием.
— Прием! Поняли. Ждем! — ответил Макс.
Эдрик, оставленный на дозоре, ответил по-английски:
— Жду. Смотрю. Прийом.
Ну и отлично. Заодно протестирую, как долго бездушные могут выполнять команду оставаться на одном месте, когда не будет рядом меня под «Сокрытием души». Была надежда, что приказ босса как-то фиксируется в их тупых мозгах, но очень слабая. В конце концов, я уже отправлял отряд Бабангиды с трассы в сторону бетонного узла, а нашел их вообще в другой стороне. Так что своего рода опасения были — а вдруг сагрятся на нас? Ладно, не проблема, новой активации браслета еще надолго хватить должно.
— Ладно, твари бездушные, уходим. База сама себя не защитит!
Повинуясь мысленной команде, Бабан преклонил колено, и я забрался «на барана» — ему на плечи, как наездник какого-то фантастического фильма. Вспомнилась другая орда, из орков, троллей, огров и нежити, и сам собой в голове всплыл боевой клич.
— Лок’тар огар! — крикнул я, и орда устремилась вперед.
В этот раз я не спешил, ждал отстающих и думал о том, как кардинально изменилась моя жизнь. Не, понятно, что жизнь изменилась на всей планете, и у трех четвертей кардинально — они потеряли души. Но я, как нормальный эгоист, сначала переживал за себя и близких, а потом уже за все человечество, а потому подумал о себе. Кем я был совсем недавно? Офисный планктон чуть борзее обычного, за счет чего выбился в ведущего продажника, что и привлекло ко мне Карину. А теперь? Командую армией зомби и готовлюсь на филиппинском острове к войне с бандой каких-то наших то ли бандитов, то ли чинуш, ставших рабовладельцами и психопатами. Бред? Бред. Но правда.
Забавно, но именно здесь, в этом кошмарном мире, я впервые почувствовал себя на своем месте. Никогда раньше не было такого ощущения, что я действительно что-то контролирую, что от моих решений зависят жизни людей. Да, страшно. Но и… кайфово, что ли.
Интересно, что сейчас делает Ванька? Моя первая бывшая жена Света сто процентов держится в трудной ситуации, но сыну сейчас наверняка несладко. Хотелось бы верить, что они где-то в безопасности, может, в военной части или в бункере. А может, Света тоже стала претендентом и защищает сына. В то, что они стали бездушными, я не верил. И не поверю, пока не увижу своими глазами. Шансы остаться людьми у них были 25% у каждого, а у обоих вместе… черт, 6%, но клал я с прибором на такую математику. Когда все это закончится — а оно закончится, я в это верю — мне нужно будет добраться до материка и найти их. Дитрих знает, где самолет, значит, шанс есть.
Но сначала — Папаша. Сначала этот ублюдок и его шестерки должны сдохнуть.
Размышления прервал характерный свист — один из нюхачей заметил что-то впереди. Я приказал Бабану остановиться и всмотрелся.
Метрах в пятидесяти от нас, в зарослях у дороги, копошились четыре бездушных. Обычная мелочь — два шаркуна 3-го уровня, один 4-го, и амбал 6-го уровня. Видимо, почуяли нашу орду и пришли посмотреть, что происходит.
И тут мне пришла в голову идея. Как ни крути, после победы над Папашей основными врагами для моих людей могут быть зомби. А бьют ли зомби зомби? Вот и шанс проверить.
— Построиться!
Осмотрев строй, я отдал мысленную команду двум щелкунам и нюхачу. Троица вышла из строя и начала окружать «диких».
Бой был скоротечным и жестоким. Щелкуны атаковали с флангов, перемалывая челюстями кости противников, а нюхач добивал раненых своими конечностями-пиками. Амбал 6-го уровня попытался сопротивляться, но против троих высокоуровневых бездушных не имел шансов.
Система порадовала тем, что хоть я и не ударил ни разу, даже пальцем не пошевелил, но фраги засчитали мне!
+2 универсальных кредита…
+2 универсальных кредита…
+4 универсальных кредита…
+16 универсальных кредитов (итого: 1 050 274).
— Молодцы, — похвалил я бойцов.
Те меня проигнорировали, увлеченно пожирая убитых. Остальные с завистью смотрели на них, но сдвинуться с места не осмелились. Видимо, продолжали выполнять изначальную команду «Построиться!».
— Ладно, налетайте! — разрешил я подкрепиться и им.
Смотреть на это не стал, отвернулся. Подумал, что, вопреки опасениям, нам повезло с тем, что можно было остаться на электростанции. Все-таки крыша над головой, инфраструктура и, как любил повторять Сергеич, «ликтричество». Не так комфортно, как в «Кали», но…