Вторая волна (СИ)
Но работа шла медленнее, чем планировали. Мало того, что пришлось долбать дорожное покрытие, но и земля под ним оказалась твердой, корни мешали, а инструментов было маловато на всех. К тому же приходилось таскать землю в джунгли и тщательно маскировать кучи.
— Нереально за день все сделать, — вытирая пот, сказал Рамиз. — Нас мало, а работы много.
— Ничего, — успокоил я. — У нас есть еще целый завтрашний день. Папаша придет только послезавтра.
Оставив членов своей новой семьи копать, я пошел проверить Сергеича. Тот возился в мастерской, затачивая арматурные прутья и набивая доски гвоздями, но и тут было не все гладко — болгарка часто глохла, а молоток имелся один на всех.
— Кольев наделаю сегодня, — ворчал Сергеич. — А завтра уже расставлять будем. Торопиться некуда.
Торопиться было куда, но я не стал с ним спорить. День и без того был насыщенным, и лучше этой ночью всем хорошо отдохнуть.
Оставив Сергеича, я вернулся к землекопам. Яма получалась неглубокой — всего метр с небольшим, но сил и времени копать глубже не хватало.
Короче, не было бы счастья, да несчастье помогло.
Вышло так.
Вика таскала землю на тачке, а Крош бегал с ней. Девушка как раз возвращалась из очередного рейса, когда из джунглей выскочил бездушный.
Пока визг да дело, пока я бежал на помощь, выяснилось, что напал крикун 9-го уровня. Это было удивительно, учитывая, что до того я видел таких только у заправки, но не суть.
Тварь 9-го уровня разинула пасть и заверещала. Звук ударил по ушам, будто кто-то провел гвоздем по стеклу — у меня аж в голове зазвенело и руки задрожали.
Паникуя от дебафа, Вика вскрикнула и попятилась, но споткнулась о корень. Крикун двинулся к ней, готовясь к повторной атаке. Я рванул к ним, инстинктивно выхватывая тесак и высматривая в джунглях других бездушных — не мог же крикун явиться один?
В этот момент проявил себя Крош — котенок прыгнул на голову зомби и активировал «Шок», ошеломив зомбака, тот замер, как пораженный молнией. Глаза закатились, челюсти захлопнулись.
Оправившийся от дебафа народ тут же набросился на крикуна.
— Б…ь! — заорал Макс, хватаясь за «Втыкатель». — Откуда он взялся?
— Вика, отползай! — крикнул Рамиз, набегая со своими «Тисками».
Эдрик врезал по башке крикуна первым и тут же отпрыгнул.
— Стоп! — рявкнул я. — Все назад!
— А? — не понял Макс. — Ты чего?
— Он мой!
Активировав «Сокрытие души», я подошел к ошеломленному крикуну. Эффект Кроша заканчивался — тварь начала двигаться, но ощутив мои эманации босса, покорно замерла.
Хорошая собачка. Сидеть. Место.
Мысленно я отдал крикуну команду: прятаться в кустах у дороги и атаковать только тех, кто едет со стороны лагеря Папаши. Своих не трогать. Зомби послушно заковылял к указанному месту.
Вика поднималась с земли, отряхивая джинсы:
— Спасибо тебе, Крошик. — Она почесала котенка за ухом. — Ты настоящий герой.
Крош важно замурлыкал.
Поблуждав взглядом, я указал на шнурки на кроссовках Макса.
— Дай-ка.
Тот безропотно отдал — с заправки вынесли несколько упаковок шнурков, так что дефицита в них не было. Догнав крикуна, я отвел его еще дальше по дороге и привязал за ногу к дереву. Ему, конечно, это как мертвому припарка, вся надежда была, что он не ослушается команду, а веревка так, символ — от осознания, что у нас есть сторожевой пес на дороге, спокойнее.
— Ладно, народ, — скомандовал я, вернувшись. — На сегодня хватит. Завтра доделаем. А сейчас ужин и отдых.
К восьми вечера мы вернулись на базу. Яма была выкопана наполовину, колья заточены, но расставить ловушки не успели. Впрочем, времени было достаточно — работу можно закончить завтра.
За ужином обсуждали планы:
— Дежурство по два часа, — сказал я. — Макс и Эдрик — с десяти до двенадцати. Сергеич и Рамиз — с двенадцати до двух. Вика и Карина — с двух до четырех. Я — с четырех до шести.
Спорить никто не стал, и мы разошлись по своим местам. Девушки на диване, я устроился в углу диспетчерской на ворохе тряпок, Крош свернулся рядом. Все устали и быстро уснули. Забористо, с причмокиванием храпел Сергеич. Рамиз не храпел, но что-то бормотал во сне.
Поначалу я решил дождаться полуночи, когда обновится ассортимент, но веки слипались, и эту идею я откинул. Никуда он не денется, утром проверю.
Засыпая, я думал о завтрашнем дне. Нужно закончить ловушки, проверить оружие, подготовить засадные позиции. А послезавтра…
Послезавтра мы узнаем, насколько хороши наши приготовления…
Меня разбудил Крош. Котенок шипел, выгнув спину. Закричал Рамиз, потом — Сергеича, но оба быстро смолкли.
Спросонья я не сразу понял, что не так — в коридоре слышались быстрые шаги, приглушенные голоса.
Папаша?
В следующее мгновение незапертая дверь в диспетчерскую распахнулась, и в проеме показались темные силуэты с оружием, человек шесть, не меньше. Раздались лающие голоса, прошипели на английском:
— Не двигаться! Двигаться — смерть!
Глава 12
Где контейнер?
Ах вы суки! Я вскочил с кровати, спросонья не понимая, что, кто и куда, и тут в лицо прилетел приклад. Хрястнуло. Боль пронзила голову. Еще удар, в затылок, и наступила темнота.
Сперва я услышал голоса. Каждый звук взрывался в голове болью. Было настолько нестерпимо, что меня вывернуло.
Думать получалось с трудом. Мысли были медленными, хотя я понимал, что надо срочно принять решение. Что… Где… Я лежал на полу лицом вниз. Для начала надо перевернуться и посмотреть, что происходит, но так, чтобы не привлечь внимание врага.
Я попытался шевельнуться, чтобы незаметно повернуть голову… и не смог! Руки не слушались. Ноги тоже. Вообще ничего ниже шеи не чувствовалось, словно тело просто исчезло, а осталась только голова, лежащая на холодном полу.
Паника накрыла волной. Я напряг все силы, пытаясь пошевелить хотя бы пальцем — ничего. Попробовал согнуть ногу в колене — никакого отклика. Тело превратилось в мертвый груз, который я не мог контролировать.
Черт, черт, черт!
Что там пишет система? Скосив глаза, я рассмотрел дебаф:
Паралич IV ранга
Критическое повреждение позвонков, полная потеря двигательной активности.
До частичного восстановление при текущей скорости регенерации: 18:37:51… 18:37:50… 18:37:49…
По всей вероятности, удар пришелся в основание черепа. Повредили первые шейные позвонки — самые критичные. При таких травмах обычно сразу умирают от остановки дыхания, но мне «повезло»: дыхательный центр уцелел, а вот связь спинного мозга с телом прервалась. Впрочем, на самом деле повезло, раз выжил.
Я мог моргать, наверное — говорить, чувствовать лицо и шею. Но все остальное — руки, торс, ноги — превратилось в чужеродную массу, которая просто лежала рядом со мной. Хуже всего, что, похоже, мочевой пузырь и кишечник тоже больше не подчинялись, но самое жуткое — я понимал, что происходит, однако ничего не мог с этим поделать. Полное сознание в парализованном теле. Хуже смерти.
Понимание выплеснуло в кровь гормон стресса. Моя активность снизилась до 42%, но «Ярость» не включилась! Я запаниковал еще больше, пока не осознал мудрость системы — какой был смысл запускать талант и сажать его на откат, если я сначала был без сознания, а теперь парализован?
Постепенно зрение прояснилось, правда, видел один глаз. Вся наша команда, включая Эдрика, стояла на коленях посреди диспетчерской. Руки связаны, лица разбиты. Вика всхлипывала, у Карины из носа текла кровь.
Вокруг нас теснились филиппинцы с налобными фонариками. Десять человек, претенденты от 6-го до 11-го уровней, все вооружены, набились в комнату как селедки.
Впереди — знакомая фигура Крисанто со «Скорпионом» в руках. Филиппинцы, сто процентов. Выследили, заразы, где мы обосновались! И их, сука, много! И у всех огнестрел. Где часовые? Почему не заорал крикун, оставленный караулить дорогу? Свалил?