"Фантастика 2025-67". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

Пока возился рядом с колодцем, намывая казан, вернулись Павел и Елизавета, и я прям ощутил на себе пристальный взгляд.
Обернувшись, пересёкся взглядом с принцесской, которая почти сразу отвела глаза и спустя мгновение вошла в дом.
То-то у меня уши горели! Точно обо мне шушукались. Ну вот и что им от меня надо ещё?.. Надеюсь, не обсуждали, в каких кустах лучше всего меня схоронить, после того как я помогу им выбраться… Они, конечно, не выглядят коварными, но с доверием в последние месяцы моей жизни у меня появились определённые сложности. Ну, кроме пары человек, само собой. Ну, то есть монстров…
  
— Пи!
Рядом показался хомяк и, озираясь по сторонам, осторожно наколдовал передо мной немного еды.
— Пи…
— Во ты красавец! Где нашёл? — прошептал я.
Судя по взгляду, где нашёл, там уже нет. Скорее всего, смотался куда-то вперёд и нашёл стоянку ликвидаторов.
— Там ещё есть? Проводишь? — на всякий случай решил у него уточнить, и он лишь грустно покачал головой.
Наверное, снова шоколадок не нашёл, вот и грустный…
Дверь открылась. Хомяк тут же исчез, а я осторожно сложил в казан всё, что он мне передал. Пара пачек печенья, пачка макарон, банка тушёнки, консервированные овощи, армейские галеты, пачка соли, леденцы, бутылка водки… Так, а водка мне зачем? Блин, ладно. Как говорят ликвидаторы: «Дают — бери. Бьют — давай сдачи. Выписывают премию — улыбайся».
— Я помочь пришла.
Сзади подкралась, как мышка, Елизавета, и я еле успел накрыть казан крышкой.
— А я уже справился. Хочешь, фокус покажу?
Взгляд девушки стал заинтересованным, и она осторожно кивнула.
— Тогда иди за мной. Я его всем покажу.
Мы вошли в дом, и я привлёк всеобщее внимание, говоря, что у меня есть важная новость.
Принцесска молча хлопала глазами в недоумении. Даша заинтересованно подорвалась со скрипучей кровати. Павел Святославович в один миг нахмурился. Каждый явно подумал о чём-то своём.
— Я нашёл схрон!
Поднял крышку под торжественное «Та-дам» и явил трём удивлённым людям продукты, найденные Фомой.
Обед резко перестал быть скучным, и мы договорились об организации костра. Дело это было немного опасное, так как дым всегда повышал интерес монстров. Но ничего. Если хорошо подкрепиться, то и повоевать можно. Тем более что наш Архимаг с каждым часом выглядел всё активнее и активнее. Оно и понятно…
Слышал я, он до этого либо изнемождённый носился по Сибири с тяжеленным рюкзаком, либо лежал горячий, как сваренный рак, не в силах даже глаза разлепить. И так почти две недели.
Водку мы, кстати, тоже применили, но не так, как предпочитают делать это ликвидаторы. Во-первых, обработали следы от ран Павлу. Во-вторых, использовали для усиления пламени. Ещё предлагал помыть ей вилки, ложки и ножи, но девчонки отказались. Воняет им, видите ли… Ну, мне же лучше: клинок вот свой обработал как надо.
Обед, ужин, ночь… Время пролетело в заботах и разговорах практически незаметно. С огнём удалось договориться на минимум дыма, который ещё и хорошо скрывался на фоне пасмурного неба. Где-то вдалеке громыхала гроза. До нас, к счастью, не добралась.
Единственное полезное дело, которое я сделал до конца дня, — это побрился и обрезал волосы. У девушек, оказывается по косметичке с собой было. Казалось бы зачем, но вот мне ножнички пригодились. Пусть использовал я их не по назначению, зато стал хотя бы на человека стал похож.
— Ох, вы только гляньте на него. Альфа-самец на охоте… — съязвила Даша.
— Так, ну-ка дыхни! — тут же отреагировал Павел, на что девушка состроила неописуемое выражение лица и отправилась в дом, велев никому не входить.
Ну, ладно…
Пока её не было, составили график дежурств.
— Дежурим ночью по два часа каждый, — скомандовал Павел и первой поставил в дозор Дашу. Сам же после этого чуть ли не моментально отправился в свой спальник отдыхать.
Я буду дежурить вторым, затем Елизавета, а после и наш негласный лидер выйдет.
Тоже пошёл спать. По пути заметил, что водки стало чуть ниже этикетки. А было чуть выше. Вряд ли девушки так быстро передумали и решили перемыть посуду или Дарья втихушку накатила стакан. И Павел быстро улёгся… Отсюда делаем логичный вывод: наш Архимаг пригубил, используя водку в качестве снотворного.
Уснул я довольно быстро и сразу же увидел сон. Яркий, живой сон, словно наяву…
Горел пламенем дом, в котором я прожил большую часть своей жизни. Бежали люди, что видели его не раз и не два. Я пытался всё добежать до него и начать тушить, но словно буксовал на одном месте. А ещё там был женский силуэт, что смотрел на горящий дом. Меня кто-то схватил и утянул во тьму, откуда я услышал незнакомый женский голос: «Найдите его и приведите ко мне!»
Проснулся я сразу же, как попытался призвать во сне силу и врезать по этой поджигательнице своей сильнейшей атакой.
Ай-ай, как же жжётся!..
Видимо, и впрямь во сне зачерпнул эфира и направил в правую ладонь. Хорошо, что не выпустил наружу и сумел проснуться. А то, боюсь, это могло бы стать проблемой. Да уж…
Взглянул на артефактные часы. Прошёл всего лишь час…
Сердце стучало, как бешенное, и спать больше не хотелось. Тряхнул пару раз рукой, как бы сбрасывая боль, потёр ладонями лицо и отправился на улицу, чтобы сменить Дарью. Посижу подольше. Ничего со мной не станет. А она пускай поспит.
— Даш, я всё. Иди отдыхать, — выйдя на улицу, окликнул девушку и увидел в темноте её силуэт и лежащее рядом ружьё. — Даша?..
— Ещё не прошло время, — шмыгнула носом. — Иди отдыхай.
У-у-у… Да у нас тут сопливая история. Девушки в такой момент очень раздражительны. Надо поосторожнее…
Я молча подошёл и сел рядом с ней на крыльцо, отодвинув ружьё в сторону.
— Устала, да?
— Очень… Это не должно было происходить… Так.
— Планы хороши, когда они исполняются. Когда не исполняются — это не план, а каторга. Я понимаю тебя.
— Да откуда ты поймёшь? Я уже в полной… — остановилась она, вытерев слёзы рукавом.
— Заднице?
— Да. И даже когда мы выберемся отсюда, ничего не закончится! Всё только начнётся! А я просто помочь хотела…
Тяжело было подобрать слова, тем более, что я не знал всей поднаготной этой истории и со мной делиться ею никто не хотел.
— И ты помогла. Я же вижу. Ты пошла на большую жертву ради подруги, а это говорит о многом.
— Другие будут думать лишь о том, что я дура с ветром в голове. Отец мне голову оторвёт!
— Не оторвёт. Павел не позволит. Да и вообще, по секрету скажу, а ты никому не рассказывай, ладно? Так вот, отцы не склонны убивать своих детей.
— Ты просто моего папу не знаешь…
— Что, много уже убил твоих братьев и сестёр? — хмыкнул я.
— Нет, пока никого… Но я буду первой.
— Не будешь. Объяснишь ему всё, честно и правдиво. Скажешь, что готова понести наказание, но ни о чём не жалеешь, что поступила так, как тебе подсказало твоё сердце. Вот увидишь: он тебе и слова плохого не скажет.
Девушка молчала, тихонько шмыгая носом.
Холодало. Я снял куртку и накинул на плечи девушки.
— Могу тебе сказать одну вещь, которой меня научил один очень мудрый человек. Неважно, что о тебе подумают тысячи, на которых тебе плевать. Важно, что подумают о тебе те, кто тебе дорог. И кому ты дорога. Всё остальное, все сплетни и слухи… Плевать на них. О моём роде, о Крастах, в Скандинавии что только не говорили… Какой только грязью не поливали… — вздохнул я. — Мы там для них уже и не существуем давно. Умерли и вымерли. Остались лишь в пыльных архивах свидетельства о том, что такой род когда-то существовал. Но я здесь. Я жив. И кто знает, чем это всё закончится. Так что хватит сопли на кулак наматывать. Ты ведь сильная девушка. Намного сильнее тысяч других аристократов, что мнят себя царьками в своих усадьбах.
  
— Нет, я слабая. Ты сам слышал, как меня сегодня дядя Паша отругал…
— Ты не боец — вот что он сказал. Для того, чтобы быть сильным, необязательно быть бойцом, магом или воителем. Всё это ложь! А те, кто говорят, что в этом кроется сила — величайшие лжецы либо же глупцы, — фыркнул я. — Все вы трое действительно сильные, волевые люди. Не знаю, как дальше наши судьбы сложатся, но для меня большая честь знать, что такие люди есть в Российской Империи. Когда-нибудь и у меня будет в руках паспорт гражданина этой страны, и я буду горд, если меня будут считать таким же сильным, как и тебя, — закончил я проникновенную речь, что отражала мои собственные мысли и рассуждения, навеянные философскими беседами с мастером Фарксом.