Звёздный Рон (СИ)

– То есть как это? – недоуменно спросил Рон.
– Эта операция носит официальное наименование «Ассиметричная контрагрессия», – пояснила королева. – Война – это термин, вызывающий негативные ассоциации.
– Это тупо, я считаю, – поделился мнением Рон.
– Считай, как хочешь, – вздохнула королева. – Но мы ведём пропагандистскую кампанию, целью которой является минимизация негативных последствий контрагрессии. Ты будешь участвовать во множестве пресс-конференций, и ни на одной из них никто ни разу не должен услышать от тебя слова «война». Аналитики уверяют меня, что если от официальных лиц ни разу не будет применено слова «война», то мы выиграем целых 1,7 % рейтинга народного одобрения. Через полгода этот рейтинг возрастёт до 6,3 %, а через пять лет до 31,5 %. И это только потому, что не использовано лишь одно слово. Так в отдалённом будущем будет легче окончательно заглушить недовольство контрагрессией с помощью серии пропагандистских кампаний. Мой приказ – никогда не применяй слово «война».
– А «геноцид» можно? – уточнил Рон.
– Вообще никогда! Вообще! Никогда! – замахала руками королева.
– Эх… – разочарованно вздохнул Рон.
Королева пристально посмотрела ему в глаза и что-то решила для себя.
– Тебе пришлют специально для тебя составленный список запрещённых слов, – сказала Амидала. – Пойми: война – это не только экономика и военные действия. Может, у тебя в родном мире с этим было проще, но в Галактической республике всё гораздо сложнее.
– Сколько раз вы слали предупреждения Торговой федерации? – спросил Рон.
– Восемь раз, – ответила королева. – Уже никто в галактике не сомневается, что именно мы начнём вой… контрагрессию.
– Ну, выходит, что они правы, – улыбнулся Рон.
Амидала тяжело вздохнула. Видно было, что она совсем не уверена в том, что делает всё правильно.
– Я бы на вашем месте не ссал понапрасну, – решил ободрить её Рон. – Как только Торговая федерация окончательно падёт, можно будет профинансировать подачу новостей в нужном ключе и репутация со временем восстановится. Согласно моим прогнозам, «контрагрессия» повлечёт за собой очень большие последствия, которые скажутся на всей Галактической республике. Все увидят, что, оказывается, можно решать накопившиеся вопросы к соседям вооружённым путём, а республика не сможет дать в ответ ничего, кроме экономических санкций.
– Не думаю, что всё будет настолько трагично, – неуверенно ответила Падме. – Торговую федерацию много кто ненавидит.
– Тем не менее, Ваше Величество, ситуация сейчас совершенно иная, – покачал Рон головой. – Галактика и раньше напоминала пороховую бочку, но теперь… теперь вы лично поджигаете запал.
//Галактическая республика, планета Набу, Уизли-манор, 7:3:11 ПРС //
Рон сидел на диване в гостиной и ждал, пока Орра приготовит еду.
Сегодня выходной, поэтому он дома, но последние недели он почти безвылазно торчал на пресс-конференциях, где обосновывал необходимость «контрагрессии».
Все купленные Набу СМИ старательно избегали слов из запрещённого списка, но остальные, кому не занесли, при любом удобном случае, говорили о войне, возможном геноциде, уничтожении Торговой федерации и так далее.
Торговая федерация, естественно, знала о подготавливаемом вторжении, поэтому громко голосила на заседаниях Галактического сената и ужесточала торговое давление, беспрецедентно завалив регион Экспансии дешёвой плазмой. Покупатели были очень довольны и не парились о том, что такие цены убивают экономику Набу.
Амидала, как выяснилось, взяла кредит у Межгалактического банковского клана, что было очень опасно, если верить всем слухам, которые Рон слышал об этой организации. Пока платишь вовремя, не будет никаких проблем, но вот стоит просрочить платёж…
У МБК есть служба безопасности, которая представляет собой небольшую армию. СБ МБК способна выбить долг из не самого крупного независимого мира, но в случае с развитыми мирами у них есть свои методы.
Но это были проблемы Амидалы, Рон не имел дурной привычки лезть не в своё дело.
 
– Орра, скоро там? – громко спросил он в сторону кухни.
– Минут десять ещё! – ответила его фактическая жена.
Мироощущение от этого нового социального состояния никак не изменилось, ведь жизнь никоим образом не поменялась, если не считать приготовлений к свадьбе.
Праздновать решили скромно, в кругу семьи, а отношения зарегистрировать онлайн, без церемоний. Рон не хотел участвовать в избитой и шаблонной процедуре бракосочетания, а Орра не знала, как принято бракосочетаться у её народа, потому что фактически не жила на родной планете.
«Десять минут?» – подумал Рон. – «Можно тогда посмотреть, что показывают по головизору».
Включив проектор, Рон развалился на диване и стал смотреть на новостной сюжет. Головедущая, зелёная тви’лечка, одетая в красный деловой костюм, сидела за длинным столом, а на фоновом экране мерцала эмблема СПО Набу. Эмблема представляла собой череп бивнекота с оскаленной пастью, с двумя перекрещенными мечами под ним, а также четырьмя золотыми флагами по бокам на красном фоне.
«… сегодня в Тиде состоялась премьера нового агитационного клипа СПО Набу. Ролик буквально взорвал голонет и всколыхнул галактические форумы ожесточёнными спорами. Итак, смотрим…»
Рон уже читал сообщение от близнецов, которые скинули ему ссылку на ролик, но смотреть его на дата-планшете он не хотел, решив посмотреть вечером, на своём рабочем когитаторе. А тут его очень удачно решили показать на головидении.
Эмблема СПО Набу исчезла, а вместо неё показали площадь перед королевским дворцом Тида. Королева Падме Амидала, собственной персоной, облачённая в панцирную броню цвета хаки, со шлемом на коленях и лазерной винтовкой в руке, сидела на троне, вынесенном на площадь, и молча смотрела прямо в глаза зрителям. Взгляд холодный, губы поджаты, будто она чем-то недовольна.
Голокамера начинает медленно приближаться к лицу королевы. Это происходит в абсолютной тишине.
Наконец, голокамера подъехала достаточно близко, чтобы можно было в деталях разглядеть лицо королевы. Причёска, как всегда, по-военному короткая, из-под шейного сегмента панцирной брони видно воротник мундира.
Королева молчит, ничего не понятно, но интригующе. Тратить эфирное время на такое сомнительное действо – это было очень странно, но Рон ждал, что что-то будет.
И он был прав, ведь в следующую секунду Амидала перехватывает винтовку за цевьё, после чего бьёт её прикладом по подлокотнику трона.
Голокамера плавно разворачивается на 180°, открывая вид на выстроенные коробочками батальоны СПО Набу. Его приглашали на съёмки рекламного ролика, для него даже приготовили какую-то роль, но он отказался, а после и думать об этом забыл. Теперь понятно, чем занимались ударные подразделения в течение восьми часов, на которые их забирала королева.
Тишина была разрушена слитным лязгом тысяч лазерных винтовок, опускаемых к тысячам ног. Затем штурмовики, все как один облачённые в панцирные брони, подняли лазерные винтовки в положение на грудь, после чего синхронно прокричали набуанский боевой клич. И снова замерли.
Голокамера полетела вокруг площади. Видно стало, что за батальонными формациями стоят танки, БМП, а также десяток репульсорных вертолётов с полной боевой нагрузкой.
Облетев и показав всем зрителям замерших неподвижно солдат, камера вновь вернулась к королеве, всё так же продолжающей сидеть на троне. Ни единого слова за всё это время произнесено не было и ничего не объяснялось. Понимайте, как хотите.
Ещё двадцать секунд голокамера показывала лицо Падме Амидалы, а затем ролик закончился.
«Тарковский – гений…» – подумал Рон.
Любое непонятное, но атмосферное и загадочное действо на экране Рон безальтернативно называл стилем Тарковского, фильмов которого не понимал. Билл, старший брат, любил этого магловского режиссёра и несколько раз показывал Рону пару фильмов, которые тот вообще не понял. Единственное, ему понравился фильм «Сталкер», ну и ещё «Иваново детство». Последний фильм был для Рона знаковым, пусть и не совсем понятным. Он не понял фильм, но интуитивно понял этого мальчика, Ивана. Сам на тот момент был точно таким же – это Рон осознавал уже сейчас, при взгляде в прошлое.