Челнок Предтеч (СИ)

— Сам с ними договаривайся, рабочий день уже кончился — практически отказался помогать Манишев.
— Илья, надо промыть восемь кубометров грунта, плачу четыреста рублей — по сотне на брата — предложил я.
— Да не вопрос — обрадовался Илья. — Мужики, айда копать, Костя банкует!
Они быстро в течении трех часов вскрыли яму и промыли грунт, набрав восемь с четвертью килограммов золотого песка. Манишев запечатал мешок с золотом и положил в сейф, который тоже опечатал — процедура была строго прописана.
  
— Ну ты зверь Константин! — круглыми от удивления глазами смотрели на меня рабочие. — Если артель будешь собирать — мы готовы к тебе пойти работать! — сказал Илья.
— Да, ничего не скажешь — фартовый ты парень Костя — признался Манишев. — С кадрами теперь у тебя проблем не будет — очередь будет стоять у твоих дверей.
— Сергей Петрович, а если Костя вам найдет месторождение побогаче этого, что взамен можете предложить — спросил моя мать у Манишева, отведя его в сторонку.
— Ну, смотря насколько богаче — заинтересовался он.
— Ну примерно на одну тонну золота — улыбнулась моя мать, этот разговор мы еще вчера обсудили.
— Наталья Ивановна, это достаточно крупное месторождение, нам оно очень нужно. А чтобы вы хотели взамен? — спросил Манишев с придыханием, у него аж дыхание сбилось. Он с ожиданием смотрел на Корбину.
— Половину вашей артели «Авангард» со всей техникой и персоналом — ответила она.
— О… Крутые у вас запросы Наталья Ивановна… Там техники на триста тысяч, однако… — тяжело задышал Манишев.
— Ну так тонна золота на дороге не валяется. А это месторождение тут недалече будет, вместе будете обрабатывать — продолжала завлекать его моя мать.
— Надо поговорить с директором, по приезду обсудим этот вопрос — вздохнул Манишев.
Мы переночевали в кунге, он был достаточно просторный, от стенок там откидывались двухярусные нары, на улице было около нуля, в палатке ночевать было уже нельзя. А в кунге топилась печка — с собой угля прихватили пару мешков, было достаточно тепло.
Утром отправились в обратный путь, шесть часов в дороге, завтрак или ранний обед в Кедровом, и наконец мы дома. Мама на целый день отпрашивалась — пошли вместе домой, после поездки требовался отдых. Но сил у нас было достаточно — нейросети об этом позаботились. Я занялся изучением английского вместе с ней — надеюсь, что вместе по заграницам поездим. Да и мы можем сами туда слетать, но без знания языка делать там нечего.
Через день мы встретились с директором Сусуман-золота Прокофьевым Семеном Аркадьевичем и Манишевым — главным геологом.
— Ну что, мы обсудили с Сергеем Петровичем ваше предложение. И у нас сформировалось встречное предложение. Мы передаем лицензию на это ваше месторождение артели «Авангард», вам выделяется доля двадцать пять процентов от добытого золота, разумеется, по госрасценкам. Ваше сообщение об имеющемся золоте пока ничем не подкреплено, мы еще пробьем там шурфы и сделаем анализы. Вы ничего не теряете, и мы тоже не теряем контроль над артелью. Как правило артели отходит половина металла, вторая половина идет хозяевам имущества, а по сути, хозяевам артели. Вот мы и предлагаем прибыль разделить пополам. Если там тонна золота, то вы получите двести пятьдесят тысяч рублей, а на вашем участке всего двести пятьдесят килограммов золота лежит.
Мы с матерью обменялись мнениями через нейросети и были согласны с этим предложением, и мама сообщила о нашем согласии.
— Вопрос в том, как это юридически оформить? — спросила она директора.
— Ваш взнос в артель будет оформлен в виде передачи карты месторождения, и оговорена ваша доля — все как полагается в артели — улыбнулся директор. — Тут никаких сложностей нет. Можете и другие месторождения предлагать на этих же условиях.
— Нас это устраивает, оформляйте бумаги — согласилась мама. — А лицензия на наш участок?
— Вот она — я подписал — улыбнулся директор. — Можете там хоть завтра начинать мыть золото.
После встречи мама пошла на работу, а я на тренировку — стрелять по мишеням. Я был рад, что наконец нам оформили золотоносный участок и мы могли добывать золото. У меня уже было не мало наметок с так называемыми ямами, или бочагами, где скопилось золото. Сами участки при этом были очень бедными, а вот за тысячелетия протекания реки золото скапливалось там в одном месте.
 Глава 13 
Связь с кораблем
Английский язык у нас быстро осваивался — нейросеть помогала оттачивать произношение и поясняла непонятные моменты при переводе речи. Позанимались мы так с ней с часик, потом мне позвонил Айк.
— Приветствую господин капитан! Я разместил на орбите Луны под видом астероидов сеть спутников-ретрансляторов, и тоже самое сделал на орбите Земли, так что у нас теперь связь будет постоянной, как и у вас со всеми абонентами на Земле, плюс эти все спутники являются разведывательными аппаратами, которые ведут наблюдение за планетой во всех диапазонах — обрадовал он меня. — Эти спутники снабжены высокоэффективными солнечными батареями и мощными аккумуляторами, которые подзаряжают специальные спутники-танкеры, если солнечной энергии становится недостаточно для их деятельности. Эти же спутники ведут метеонаблюдения и у нас имеется точный прогноз погоды на всей планете.
— Отличная новость Айк, спасибо — поблагодарил я его.
— Рад стараться господин капитан! — гаркнул Айк, приложив руку к козырьку, скопировал приветствие из флота СССР.
— Ма, теперь мы обеспечены связью по всей Земле — сообщил я ей радостную новость. А то даже до Аян-Юряха не добивали коммуникаторы, приходилось дроны-ретрансляторы поднимать.
— Что, и с Москвой будет связь? — спросила мать.
— И даже с Нью-Йорком — подтвердил я. — Айк, перекинь нам записи радиопередач из США, мы изучаем английский язык — попросил я.
— Будет сделано, буду перекидывать по мере накопления записей — пообещал он. — А сейчас могу просто транслировать вам любую радиостанцию. Можете сами выбирать какую угодно — наши спутники их принимают постоянно — сообщил Айк. — Мы еще принимаем и телевизионные сигналы. Я веду запись всех радио и теле передач по всем каналам и обрабатываю их на предмет поиска полезной информации.
— Отлично, тогда не требуется записывать их специально для нас, будем слушать в прямом эфире — ответил я. — Насчет телевидения решим позже. Ты сам накапливай языковую базу по всей Земле. Да и всю информацию обрабатывай.
— Есть кэп! — козырнул Айк.
Мы подключили трансляцию радио СБС из Нью-Йорка, там шли новости. Наше обучение английскому языку продолжалось очень интенсивно. Когда с речью более-менее освоились, начали смотреть телепередачи, погружаясь в языковую среду. Но к девяти вечера уже вымотались и переключились на другие дела. Я, например стал смотреть московские телепрограммы, а потом перекинул эту информацию Погодину — пусть развлекается.
Утром в школе перекинулся с ним парой фраз — ему понравилось смотреть московские программы — они были гораздо насыщеннее, чем наша единственная телепрограмма в Сусумане. Мы с ним начали общаться через нейросети, обсуждая просмотр им моего полета на Луну. Он был готов обсуждать это часами, но начался урок, пришлось отвлечься от разговоров. Договорились встретиться с ним после уроков, обсудить программу наших действий.
Уроки пролетели быстро, на английском отметили мои успехи, произношение и восприятие речи оценили на пять. Ну еще бы — для школы годилось знания языка куда хуже моего.
  
В три пришел к Погодину, он же у нас инвалид еще, сам не ходит никуда, кроме школы.
— Костя, давай слетаем на корабль! — попросил он.
— Ну что там делать? Ты же все уже увидел моими глазами — возразил я.
— Ну одно дело твоими глазами, а другое дело своими — сказал он.
— В другой раз слетаем, пока мне там делать нечего — отказался я.
— Ну ладно, в другой так в другой — согласился он. — Чем займемся? Я бы начал проектировать стратегический бомбардировщик! И сделал бы опытный образец и передал нашим ВВС! — выдал он свое пожелание.