Изгой рода Орловых. Ликвидатор 3 (СИ)

Послание будет оглашено
Гордыню свою ты смири
Твой выбор — иллюзия, все решено,
Уйди, ты мешаешь, умри.
Вот здесь мне стало по-настоящему жутко. Не бывает таких совпадений! Четыре сотни лет назад жил человек, который предвидел мой сегодняшний бред? А сегодня первый же выпавший мне катрен процитировал слова ночного кошмара? Ничего себе масштаб событий! Но главное, понятно, что ничего, непонятно!
  
В душу холодными укусами впился иррациональный страх.
Я одним движением зрачков смахнул текст катренов с виртуального монитора. Пожалуй, на сегодня мне хватит душевных потрясений. Продолжу изучение темы позже. Тем более что информативность изученных материалов была равна нулю. Ну видел какой-то древний француз один сон со мной. Ну, допустим, послал мне то ли угрозу, то ли предупреждение. И что мне это дает? Кажется, что ничего.
Немного посидев над чашкой остывшего кофе, в некоем подобии транса, я, наконец, встряхнулся, сбросив с себя странное, внезапно навалившееся оцепенение. И направился в спальню. Попытка расслабиться и заснуть дубль два. Промучившись минут двадцать в попытках расслабиться, я все-таки умудрился провалиться в обычный, ничем не примечательный сон.
* * *
Утром я проверил запас праны. Процентов десять восстановилось. Надеюсь, мне сегодня не придется прыгать-бегать, заниматься боевыми действиями. Что-то неладное творится с моим драгоценным организмом. Отравления нет, всю дрянь я вывел. Ладно, поступлю, как всякий взрослый ответственный мужчина. Забью болт на эту ерунду и понадеюсь, что само пройдет. Обычно работает.
Участок встретил меня привычной уже рутиной, в которую я за неполный месяц вполне втянулся.
— Чего у тебя глаза красные, Боярин? — поприветствовал меня вполне живой и здоровый Красавчик.
— Да вот, смотрел ночью отечественные сериалы, и кровь из глаз пошла, — буркнул я в ответ.
Мой немудрящий юмор нашел неожиданный отклик. Коллеги заржали
— Нет, ну не скажи. Китайские еще хужей. — Не согласился видный кинокритик Ветер. — Там вообще непонятно, кто все эти узкоглазые, и почему они одну и ту же фразу по три раза талдычат-на! Скукота, ска.
— А нахрена ты их смотришь, тогда, сержант? — спросила хмурая с самого утра Заноза. — Мазохист чель?
— Супруга смотрит, — с тяжким вздохом ответил Олег. — А я, ска, страдаю-на. Смотреть не смотрю, но слышу постоянно. У меня скоро из ушей кровь пойдет, как вон из глаз у Боярина.
— Главное, чтоб не из жопы, — нелогично ответила Заноза.
Мы лениво обсуждали достоинства мирового кинематографа.
В Империи были разрешены к показу только мыльные оперы, официально одобренные министерством культуры. В основном испанские сериалы, вроде «Рабыня без ауры». Однако в «эфире» было множество страниц содержащих незаконный видеоконтент со всего мира. Власти Русской Империи пытались бороться с «культурной агрессией» соседей, но безнадежно проигрывали эту схватку оборзевшим отечественным видеопиратам. Последнее время модным поветрием стало смотреть и обсуждать фильмы и мультипликацию наших восточных соседей.
Посреди этой замечательной культурной дискуссии меня вызвали на второй этаж. Я без всякого предвидения знал, что меня жаждет увидеть его благородие Волков. Вряд ли я понадобился Плахину или Выгодовскому.
Волков сидел все в том же кресле с выражением вселенской скорби на лице. Сбоку от него стоял стол с новым монитором, на котором открывались и закрывались какие-то папки и программы. Рядом торчало видеоокошко с какой-то записью говорящей головы, перемотка была поставлена на ×4. Увидев меня, Волков приветственно кивнул, расфокусировав глаза так, чтобы левый смотрел на экран монитора, а правый на меня. Выглядело криповато.
— Добрый день, Алексей Григорьевич, — он пожевал губами и в очередной раз заерзал в кресле. — Нам одобрили вылазку в логово тролля.
— Вы имеете в виду, тот люк, который мы обнаружили в свежем гнезде? — на всякий случай уточнил я.
— Все так. Пришлось нанимать стороннего ритуалиста, но поход получил одобрение на высшем уровне.
— Император согласовал, дай ему духи предков здоровья и процветания? — невинно поинтересовался я.
— На высшем для Воронежа, а не на высочайшем, — не поддержал шутку толстяк. — Начальник управления его превосходительство Громов лично взял «дело колдуна» под контроль. — Видео в окошке закончилось, и Волков сразу же запустил следующее. — После нашего вчерашнего успеха к моим словам, наконец, отнеслись серьезно. И вообще, обнаруженное наделало много шума. Вы специально утаили от меня информацию о том, что на объекте содержатся люди?
— Я был совершенно не в курсе, — абсолютно искренне ответил я. — Мой информатор говорил только про лабораторию. И склад дряни, который по идее должен был быть вывезен для утилизации. Я так понимаю, мы с вами нашли важное для колдуна место?
— Скорее всего, это была его основная лаборатория в районе. Не знаю, зачем ему доступ к коммуникациям района Синицыных. Раньше я допускал, что подобная лаборатория находится там. В любом случае, с модификациями животных он работает в другом месте. А вот найденный вами ранее мутаген разрабатывался именно в том особняке, который ваша группа взяла штурмом. Расследование отдали полностью под мою компетенцию, даже представление к новому чину отправили в министерство.
— Могу поздравить с производством в девятый класс? Титулярный советник?
— Сразу восьмой. Представление отправлено на коллежского асессора. Но поздравлять рано время прохождения подобных документов обычно до двух недель.
Ого. Хороший скачок. Орин у нас теперь капитан, обошел Плахина на повороте. Впрочем, следователям военные звания не присваивались.
— Если мы покончили с тратящей полезное время светской беседой, позволю себе спросить: вы получили, то, что хотели?
— Да, — ответил я коротко, чтобы максимально затруднить анализ этому живому компьютеру. — Но это не та тема, на которую я готов откровенничать.
— Ну да, сложно было не заметить вскрытую стенную панель и пустой сейф за ней, — вот гад глазастый! — То, что вы забрали, хотя бы по моральным законам, может называться вашей собственностью?
— И даже по законам Империи. Но вот с доказательствами у меня вышло бы недоразумение.
— Мне не нужны доказательства, Алексей Григорьевич. Вижу, вы действительно считаете, что вправе были изъять это. Что бы это ни было. Мне достаточно, чтобы закрыть глаза на этот эпизод. Дальше. Есть новости, которые вам следует обсудить со своими коллегами. Мне предложили выбрать, кто именно будет участвовать в операции в синицынском районе в качестве силовой поддержки. Я заявил, что сформирую группу самостоятельно, и получил на это разрешение. Вас с коллегами переведут на новые должности в Управлении. Вот предварительные приказы и должностные инструкции, — он сбросил документы на мой служебный аккаунт. — Конечно, если это не вызовет возражений с их стороны. Меня устроит, если под мое начало перейдете только вы. Но я готов дать шанс и остальной группе. Она достаточно опытная и сработанная. У нынешнего спецназа Управления даже близко нет такого полевого опыта.
— Плахин голос сорвет, так орать будет, — произнес я, рассматривая полученные документы. — Вы его сильно подставляете.
— На ваше место начальство готово принять две группы стажеров из училища, возглавляемые ветеранами управления. Лейтенант давно просил замену выбывшей группе. Вот и получит. Кроме того, заботиться о его душевном спокойствии не входит в мои должностные обязанности, знаете ли.
  
— Орин. Почему эти документы вы переслали мне? Почему не через сержанта? Все-таки у нас есть определенная иерархия!
— Мне нужны только вы. Остальные идут довеском. И я не люблю контактировать с плохо знакомыми мне людьми, я говорил вам об этом двадцать третьего октября в шестнадцать сорок две. Прошу вас довести предложение управления до сведения остальной команды. Мне нужно предварительное согласие. Или отказ. У меня все, Алексей Григорьевич.