Свет в конце тоннеля (СИ)
- Вот это наша семья? - рассматривая рисунки, спросил я юного художника, - но почему нас пятеро? Кто это тут такой высокий?
- Наш папа-альфа, - еле слышно прошептал малыш. - Я очень старался и нарисовал его красивого, как того дядю из передачи про тебя, папочка. Нам хватит Тоджина, но и папа альфа тоже нужен. Он к нам когда-нибудь приедет, правда, папа?
- А ты хотел бы этого, Оли?
- Да. Очень, - кивнул малыш. - У всех мальчиков в садике есть дома папа-альфа, и только у нас с Олафом нету...
***
- И почему они такие разные? Ведь близнецы же, - чуть позже, когда мы сидели в гостиной, уложив ребят, вопросил пространство Тоджин. - Если Олаф вполне доволен той семьей, что имеет, то малыш Оли просто зациклен на отце-альфе... И откуда это в нем, в таком раннем возрасте? Ну, Кэри, - это уже он мне, - что ты решил? Когда сыграем вашу свадьбу?
- А ты сам что думаешь насчет своей пары? Двадцать один скоро, пора и приглядеть какого-нибудь омегу. Вон ты какой вымахал! И здоровые желания никто не отменял!
- Смеешься, старший братец? - иронично хмыкнул парень. - Пойдем-ка лучше спать, а то договоримся черте знает до чего! - он сделал паузу, словно решаясь на что-то важное, глубоко вздохнул и выдал следующее, - а между прочим, этот тип, господин Харт, он действительно на тебе помешан! До этого случая я считал его стопроцентным негодяем, но все-таки есть и в нем что-то человеческое... И, знаешь, вы бесподобно смотритесь вместе!
Кэри Мэйсон (год спустя)
Я с удивлением рассматривал узкий нарядный конверт, пришедший с утренней почтой. Я давно уже не получал писем, в наш век компьютеров и сотовой связи эпистолярный способ общения стал редкостью, и вместе с газетами почтмейстер приносил только счета и рекламу. Этот конверт не походил ни на то, ни на другое.
- Что ты застыл, Кэри, - со смехом бросил Тоджин, увидев меня торчащим, как столб, посреди гостиной, - открой письмо, тогда и узнаешь, что там.
"Хирата-компани" имеет честь пригласить вас на торжественное открытие развлекательного комплекса в Филплексе, 16 июля текущего года в 19 часов вечера. Просим подтвердить согласие не позднее 14.07 по телефону..." ну и так далее: бронирование номера в отеле, маршрут и схема проезда, контактная информация.
Стандартный бланк приглашения, но внизу рукой Эйнара была сделана небольшая приписка: "Кэри, пожалуйста, приезжай, будет здорово! Я буду ждать, не отказывайся. Позволь мне увидеть тебя в последний раз. Сразу после открытия центра я возвращаюсь в Японию. Э.Х."
Я подтвердил согласие прежде, чем осознал свои действия, набрав указанный в открытке номер под одобрительным взглядом Тоджина...
- Я думаю, тебя сопровождать не надо, не тот случай, - понимающе хмыкнул он, заглядывая через мое плечо, - там у тебя будет защитник получше меня.
- Тоджи, прости, я понимаю, что моя просьба эгоистична, но я бы очень хотел, чтобы ты поехал. Пожалуйста, не бросай меня одного, я ужасно боюсь...
- Чего ты боишься, глупыш? - с интонацией убеленного сединами старца, наставляющего юного отрока, философски изрек парень. - Долгожданного счастья? Ты долго страдал и достоин этого, и я очень надеюсь, что ты найдешь в себе силы преодолеть свой страх и вернешься, наконец, к нормальной жизни.
***
Преодолеть свой страх и вернуться к нормальной жизни... Легко сказать, и разве я мало пытался, но моя фобия крепко держала меня в тисках страха, не давая пощады.
Вот и сейчас... Я начал волноваться еще в самолете, все тело сжималось от ледяного холода внутри, горло перехватил спазм, и я с трудом сохранял самообладание, подозревая, что отвечаю сидящему рядом Тоджину совсем не в тему. Он заказал нам какие-то напитки и легкий завтрак, потому что дома мы выпили утром лишь кофе, но я не чувствовал вкуса отлично приготовленных блюд, весь во власти предстоящей встречи с Эйнаром. Как мне вести себя, что говорить, как реагировать на его прикосновения, пусть даже самые невинные и дружеские? Я и желал увидеть его, и боялся до дрожи, не представляя, смогу ли адекватно вынести его присутствие. А вдруг я снова почувствую панику, вдруг сломаюсь и ничего не изменится? Хотел ли я перемен к лучшему? Однозначно - да! Но дрожь и неуверенность в себе по-прежнему не отпускали, терзая сомнениями...
Сегодня или никогда, я должен попытаться! Иначе можно будет окончательно положить на себя крест, признав безнадежным. Я справлюсь со своими страхами, я смогу, меня ведь тянет к нему, а за год разлуки я дико соскучился, так сильно, что не раз хотелось все бросить и махнуть в столицу, чтобы лучше умереть от фобии в его объятиях, чем жить такой бесцветной и безрадостной жизнью вдали от любимого...
Он встретил нас в аэропорту, и мое сердце сразу же ухнуло вниз, такой щедрой лавиной хлынула на меня любовь из его черных глаз, хотя внешне он вел себя более чем корректно, даже не сделав попытки прикоснуться ко мне или пожать в приветствии руку. Спросил как долетели, галантно распахнул для меня заднюю дверку дорогой машины и плавно тронул с места, не забыв предложить куда-нибудь заехать перекусить после дороги.
Наш номер в развлекательном комплексе был шикарным. Две спальни, гостиная, обеденная зона, отделанная в теплых тонах ванная комната и широченный балкон-веранда, с которой открывался бесподобный вид на парк и залив. Спроектированная мной мебель вписалась в интерьер идеально, составляя с ним одно гармоничное целое.
- Ну, как вам, бесподобно, правда? Наши зарубежные гости в восторге, и я думаю, что после такого грандиозного успеха у тебя не будет отбоя от заказчиков, Кэри.
- Отлично, да, но я хотел бы жить отдельно, - вдруг заявил Тоджин. - Надеюсь, в вашем отеле остались еще свободные номера, господин Харт?
- Конечно, Тоджин, - если Эйнар и был удивлен неожиданным требованием, то не подал вида, - соседний занят, но вот напротив, кажется, свободен. Сейчас, минуточку, мы все устроим, - он позвонил кому-то, и вскоре в дверь вошел миловидный молодой омега, поприветствовавший нас дружелюбной улыбкой. - Это Субару, младший брат Аки, он занимает здесь в отеле должность менеджера по размещению. Прошу вас, Тоджин, следуйте за ним, он вас проводит в ваш номер...