Молчание

– Я не могу играть с тобой. Мои куколки простудились.
Примитивное кладбище, словно детские могилки для домашних животных. Земля под одним из крестов недавно была перекопана. И еще там был огромный крест, слишком большой для домашнего животного.
– Что это? – спросила Фиби. Леденящий холод поднимался от земли через ступни и ноги и наконец улегся в животе. Сэм медленно покачал головой, не сводя глаз с земли.
  
– Лиза… – Фиби повернулась, но Лиза уже исчезла в темноте, и ее пение стихло. Сэм вышел из круга могил.
– Нам туда, – сказал он. – Я вижу огни за деревьями.
– Я буду держаться за тобой.
Сад внезапно закончился, и они оказались на вершине холма, посреди скошенного поля. Лиза бежала к дому у подножия холма. Сэм и Фиби погнались за ней.
Лиза приблизилась к дому и опустилась на четвереньки, чтобы заглянуть в низкое прямоугольное окно полуподвала. Сэм и Фиби поравнялись с ней. По краям полуподвального окна были вбиты ржавые, гнутые гвозди, словно кто-то пытался удержать то, что находилось внутри.
Но попытка оказалась безуспешной.
Сэм нагнулся, открыл окно и стал протискиваться внутрь ногами вперед, пока не исчез.
  
Глава 42
 
Девочка, которая будет королевой
 
Тролли. Огры. Маленькие гоблины, не предназначенные для этого мира, – вот что королева дала Тейло. И он был в ярости. Он называл ее грязной человеческой девчонкой.
– Я могу раздавить тебя в один миг, – сказал он. – Размолоть тебя, как соль. Если ты как можно скорее не принесешь мне сына, то я сделаю своей женой другую девушку.
Он забирал существ с собой. Сначала они плакали, потом умолкали.
Королева билась в судорогах и истекала кровью. Из ее сосков сочилось молоко.
У девочки разрывалось сердце от страданий королевы. Теперь она поняла свою роль: она была служанкой. Тейло сказал, что ее обязанность – ухаживать за королевой, быть ее спутницей. Стараться развеселить ее.
– Однажды наступит твоя очередь, – пообещал он.
Девочка стирала в ведре грязное тряпье королевы. Обнимала ее, пока та спала.
– Я хочу домой, – хныкала королева.
– Знаю, – говорила девочка королеве и нежно баюкала ее. – Я тоже.
Но, по правде говоря, она уже почти не помнила свой дом. Это было очень далекое место. Выдуманное, как дворец из волшебной сказки. Место, где она была когда-то, давным-давно.
  
Глава 43
 
Фиби
 
13 июня, наши дни
 
Следуя за Сэмом, Фиби стала лезть в открытое окно, царапая спину о деревянную раму. Фиби очень надеялась, что не сильно поцарапалась о ржавые гвозди. Делают ли беременным женщинам прививки от столбняка?
Она с громким стуком приземлилась и увидела, что они находятся в тускло освещенной комнате со стенами из шлакоблоков. Лиза пролезла последней и опустилась беззвучно. Пыльная лампочка в сорок ватт давала слишком мало света. Стены были покрыты картинками, вырезанными из книг и журналов и прикрепленными пожелтевшей клейкой лентой: цветы всевозможных форм и расцветок. Сирень и лилии, душистый горошек и нарциссы. Цветы из классических садов и из придорожных канав, забитых сорняками. В углу валялся двойной матрас с кучей грязных одеял и двумя пятнистыми подушками в изголовье. Рядом с ним стояло пятигаллоновое пластиковое ведро и рулон туалетной бумаги. Стены между приклеенными цветочными картинками были покрыты меловыми рисунками: линии, окружности, черточки, знак Тейло. Фиби увидела рядом с кроватью имя Лизы, выведенное крошечными каракулями. Рядом с ним было другое имя, написанное более округлым почерком: Габриэлла.
Фиби заморгала, пытаясь сосредоточиться.
– Здесь с тобой была другая девушка, – обратилась она к Лизе. – Они забрали кого-то еще. Девушку по имени Габриэлла.
Лиза слегка вздрогнула при упоминании этого имени.
– Фиби, – позвал Сэм. Он держал в руках тяжелый разомкнутый висячий замок, вынутый из петли в дверном косяке. С внешней стороны двери к тому же имелся выдвижной засов.
– Боже мой, – сказала Фиби. – Это то самое, о чем я думаю, Лиза? Твоя комната в саду?
Возможно ли это? Неужели Лиза провела здесь долгие годы? Кто ее похитил? Старая алкоголичка, тетя Хэйзел? Это не имело никакого смысла. Но Фиби испытала странное облегчение от твердой уверенности в том, что они имеют дело с реальными людьми, а не с феями и оборотнями, умеющими проникать в ночные сны.
Лиза улыбнулась и потрогала один из приклеенных цветков, немного отогнув уголок.
– Когда-то, давным-давно, жили две маленькие девочки, которые заблудились в лесу, – сказала она. – Потом они повстречались со злым человеком.
Сэм нацепил замок на петлю и прошел через подвал мимо печи и водонагревателя. Фиби последовала за ним, шурша подошвами по отсыревшему бетонному полу. Там был пыльный велотренажер, рядом с которым валялись кучи газет и журналов, картонные ящики. У стены стоял высокий книжный шкаф, набитый книгами в мягких обложках, в основном сентиментальными романами. Шкаф как будто немного покосился в сторону. Лиза подошла к нему, ухватилась за край и потянула на себя.
– Лиза! – крикнула Фиби, уверенная в том, что шкаф обрушится на нее.
Но вместо этого шкаф отошел в сторону. Его левый край удерживался на массивных петлях, и он открылся, как дверь.
– Сэм, посмотри! – воскликнула Фиби.
За вращающимся шкафом находилась тяжелая деревянная дверь с круглой стеклянной ручкой. Фиби повернула ручку и толкнула створку, но дверь оказалась запертой. Фиби посмотрела на замочную скважину под ручкой, а потом, словно по наитию, сунула руку в карман и достала ожерелье Эви. Ключ скользнул в скважину и легко повернулся.
 
«Мне его подарила Лиза. Тем летом она рассказала мне легенду о двух сестрах, отправившихся в опасное путешествие с волшебным ключом, который должен был спасти их. Она сказала, что это и есть тот самый ключ».
 
Фиби открыла дверь и вошла внутрь.
Комната была маленькой, но опрятной. Как и в «цветочной комнате», там имелось высокое прямоугольное окно. В углу стояла двуспальная кровать с зеленым шерстяным одеялом, так плотно подоткнутым по краям, что поверхность была совершенно ровной. Деревянный книжный шкаф был наполнен книгами по мифологии и оккультизму.
Рядом находился маленький стол, на котором лежал старый дневник в красном кожаном переплете, стопка записных книжек, пачка бумаги, ручка, карандаш и миниатюрный кассетный диктофон. На краю стола лежал старинный латунный бинокль, и Сэм сразу же потянулся к нему.
– Сукин сын, – пробормотал он.
– Сэм, ты в порядке?
– Тем летом мы нашли этот бинокль в лесу. Он тоже был там. Он постоянно следил за нами!
К стене клейкой лентой были прикреплены эскизные рисунки с изображением девочки, в которой Фиби, по семейным фотографиям Сэма, сразу же узнала Лизу. Юная Лиза, улыбающаяся, смеющаяся, с искрящимися глазами. Лиза в толстовке с капюшоном. Лиза в летнем платье с бретельками, едва державшимися на худых плечах. Рисунки были выполнены углем и простым карандашом. Фиби перевела взгляд на постаревшую, изможденную версию Лизы, которая стояла рядом и улыбалась своим изображениям. Невозможно было поверить, что это один и тот же человек. Дело было не только в болезненно-желтоватой коже и выражении лица. Форма ее глаз тоже изменилась. Какое горе может так изменить внешность человека?
– Посмотри, Сэм, – сказала Фиби и раскрыла дневник.
– Это писал Тейло? – спросил он.
– Нет, дневник принадлежал девушке. Здесь нет дат, но послушай:
  
 
Начало лета, мне 10 лет
 
Дорогой дневник,
 
Сегодня мы с сестрой встретились с Королем фей! Мама говорит, что нам повезло и что когда она была маленькой, то тоже видела его.
 
Дедушка улыбнулся и вернулся к чтению газеты. Когда дедушка так улыбается, у меня на горле словно появляется невидимая веревка, и когда уголки его рта ползут вверх, веревка затягивается все туже.
 
Люди в городе говорят, что нам не следует играть там. Что этот лес населен призраками. Что это злое место, где танцует дьявол.
 
Король фей – не дьявол. Он очень красивый. Во всяком случае, так говорит сестра. Было уже темно, и сначала он велел нам закрыть глаза. Когда мы открыли их, он стоял у дерева, и было трудно разглядеть, где заканчивается дерево и где начинается он. Но когда мы присмотрелись, то смогли увидеть его.
 
Это было немного похоже на игру в темноте, ту самую, когда ты стоишь перед зеркалом и напеваешь «Кровавую Мэри» до тех пор, пока не начинаешь что-то видеть, а потом удивляешься, видела ли ты это вообще или это была игра воображения.
 
Вот что я увидела:
 
Мужчину с самыми черными глазами, какие мне приходилось видеть. Блестящими и мерцающими, как нефть. У него длинные темные волосы. Его дыхание сначала сладкое, как цветочный аромат, но потом ужасное и зловонное. Он говорит загадками. Сестра любит загадки. Он носит плащ цвета древесной коры, и когда он заворачивается в плащ, его вообще нельзя увидеть.
 
Он называет себя Тейло и говорит, что живет здесь уже долгое, долгое время.