Тайна (ЛП)

— Вы здесь одна?
Женщина кивнула.
— Клавдия и Андреас разрешили мне пожить в их доме пару недель. Они сказали, что я могу брать «Герцогиню» когда захочу. Но потом они ещё сказали, что ей легко управлять. Я чувствую себя полной идиоткой.
— Не волнуйтесь. — Раймер взял бухту линя с носа «Пегаса» и перебросил так, что она легла на приподнятый форштевень «Герцогини». Он взял ещё один линь, с кормы, протянул его женщине, перепрыгнул и приземлился рядом с ней. Он взял верёвку и закрепил её на утке, затем сделал то же самое с линем на носу. — Я уверен, это не большая проблема. Мы быстро всё наладим.
  
«Герцогиня» была старше «Пегаса». Вероятно, она начинала жизнь как рыболовное судно, таская груды омаров или крабов на мелководье. Теперь её деревянный корпус был выкрашен в белый цвет с синими полосками там и сям, а к открытой секции за рубкой, где раньше хранился улов, добавили удобные кресла. У двери рубки на фоне яркой краски выделялся красный спасательный круг, а по всей палубе были разбросаны кучи верёвок и линьков. Раймер покачал головой, глядя на этот хаос, и шагнул к люку, закрывавшему моторный отсек. Тут часть верёвок зашевелилась. Они зазмеились по блестящей поверхности, словно живые. Обмотались вокруг его ног. Взвились вокруг лодыжек и туго затянулись. Кости лодыжек сжались. Он чуть не потерял равновесие. Устоял. Но мгновение спустя рухнул на спину. Кто-то дёрнул за верёвку, сильно. Такое ощущение, будто его прицепили к несущемуся табуну лошадей. Воздух вышибло из лёгких. Он с трудом приподнял голову и увидел, что верёвкой управляет не *что-то*, а *кто-то*. Другая женщина. Почти идентичная той, что просила о помощи, но года на два-три старше. Должно быть, она пряталась за рубкой.
Новая женщина подошла ближе, схватила верёвку обеими руками и рванула ноги Раймера вверх, отрывая от палубы. Первая женщина наклонилась и просунула руки ему под мышки. Она приподняла его торс. Развернула так, чтобы голова была направлена от «Пегаса». Раймер задыхался. Он не понимал, что происходит. Затем женщины потащили его к свободному борту. Первая женщина приподняла его голову повыше, затем сбросила так, что его плечи оказались на планшире. Она перекатила его, и он оказался лицом вниз, уставившись в воду. И обе женщины толкали и маневрировали, и пихали. Он скользил по деревянному борту, пока тот не оказался на уровне пояса. Затем он перевернулся вперёд, ударившись ладонями о внешнюю обшивку, чтобы не врезаться в неё лицом и не оказаться макушкой в дюйме от воды.
* * *
Роберта Сэнсон резко дёрнула верёвку, чтобы убедиться, что завладела вниманием Раймера, затем сказала:
— Майкл, ты меня слышишь? И, что важнее, понимаешь?
Раймер не ответил.
Роберта сделала большой шаг вперёд. Ноги Раймера приподнялись. Торс качнулся вниз. Голова окунулась в ледяную воду. Роберта продержала его там десять секунд, затем начала тянуть назад. Физика была против неё, поэтому Веронике пришлось перегнуться через борт и потянуть его за ремень, прежде чем он смог вынырнуть.
Роберта сказала:
— Майкл...?
Раймер отплёвывался и кашлял.
— Вы с ума сошли? Что вы делаете? Я не представляю для вас никакой угрозы. Я остановился, чтобы помочь вам!
— Хотите помочь? Это хорошо. Всё, что вам нужно сделать, это назвать нам одно имя. Одно имя, и всё закончится. Вы нас больше никогда не увидите и не услышите.
— Какое имя?
— Ваша исследовательская группа в Индии. В 1969 году. Мы знаем семь имён. Включая ваше, разумеется. Вы должны сказать нам восьмое.
— Что? Нет. Восьмого не было. Нас было только семеро. Клянусь. Я. Оуэн Бак. Вариндер Сингх. Кит Бриджмен. Джеффри Браун. Чарли Адам. Невилл Притчард. Больше никого.
— Было восемь. Мне нужно другое имя. Вы должны сказать мне.
— Нет восьмого имени! Почему вы...?
Роберта снова окунула голову Раймера в воду. На этот раз она продержала его пятнадцать секунд. Снова понадобилась помощь Вероники, чтобы вытащить его.
Роберта сказала:
— Неприятно, правда? Единственный способ это прекратить — назвать нам имя. Давайте. Это несложно. Два слова. Имя и фамилия. Это лучше, чем утонуть, верно? Вы ведь не сомневаетесь, что я вас утоплю?
Раймер ловил ртом воздух.
— Не могу. Только семь имён. Клянусь вам.
Роберта посмотрела на Веронику, пожала плечами и сказала:
— Ладно. Твой выбор. Но сейчас важно, чтобы ты знала наши имена. Я Роберта Сэнсон. Это моя сестра, Вероника. Нашего отца звали Морган Сэнсон.
Раймер застонал.
Роберта сказала:
— Есть последняя минута вдохновения?
Раймер молчал.
Роберта снова пожала плечами и опустила Раймера обратно. Она упёрлась ногами в палубу и крепко держала верёвку. Раймер бился и брыкался, и боролся. Его движения были резкими и отчаянными. Потом они ослабли и утихли. Напряжение ушло из его тела. Энергия почти иссякла. Он выгнул спину и в последний раз вцепился в воду, затем обмяк и погрузился глубже во тьму. Последние несколько пузырьков поднялись на поверхность, и он остался висеть на верёвке, тяжёлый и безжизненный, ударяясь о корпус лёгкой зыбью.
Роберта перехватила верёвку за узлом на лодыжках Раймера. Потянула. Узел развязался, и тело Раймера беззвучно скользнуло остаток пути под воду. Мгновение спустя оно снова всплыло и замерло, плавая лицом вниз, раскинув руки и ноги, волосы расплылись вокруг черепа, словно бледные водоросли.
* * *
Ричер тоже проснулся тем утром с видом на озеро. В его случае это было озеро Мичиган через панорамное окно на тридцать втором этаже здания в форме клеверного листа рядом с пирсом Нэви-Пир в Чикаго. Это была спальня агента Оттоуэй.
— Не волнуйся, — сказала она, когда они вернулись после ночи блюза на Холстед-стрит и она увидела выражение лица Ричера. — Это не результат нечестно нажитых денег. Я получила его при разводе.
Ричер и Оттоуэй пили кофе в постели, затем вместе приняли душ. Дело не обошлось без мыла. И горячей воды. И пара. Но, учитывая, сколько времени занял процесс, особой чистки не произошло. На завтрак времени не осталось. Они оделись, поспешили в подземный гараж и забрали машину Оттоуэй. Она отвезла его в отделение ФБР, и пока Ричер доставал свой вещмешок из багажника машины, которую он одолжил в Арсенале Рок-Айленд, она что-то черкнула на клочке бумаги.
— Возьми, — сказала она и протянула записку Ричеру. Сверху был написан номер телефона. С кодом 312. — Это мой домашний номер. Когда будешь в городе, звони.
  
Ричер ничего не сказал.
* * *
Прогулка до станции Эль и поездка на поезде до О'Хара прошли без происшествий. В аэропорту было время выпить чашку кофе перед рейсом до Вашингтон-Нэшнл, затем Ричер нашёл стоянку такси и назвал водителю адрес из распоряжения, полученного накануне. Маршрут пролегал через Потомак, затем в сторону от города, бампер к бамперу в затяжном облаке выхлопных газов все, кроме последних десяти минут пути. Они направлялись в какой-то деловой район. Здания были длинными и низкими, не старше двадцати лет, все из бледного кирпича и зеркального стекла, разделённые прямоугольными открытыми парковками и отгороженные от дороги глянцевыми зелёными изгородями. Таксист остановился у последнего здания на улице. На стоянке стояли три машины. Все отечественные седаны. Два Форда и один Шевроле. Один зелёный, один синий, один чёрный. У всех торчало больше антенн, чем когда они сошли с конвейера в Детройте.