Невеста врага
— Благодарю, сьер Морай. — Эйдон поклонился и вернулся на место, вынуждая меня тоже сесть.
— Что происходит? — тихо спросила его я, не в силах оправиться от потрясения. — Почему ты меня не предупредил?
— Ты разве не рада? — был его самодовольный ответ. — Мы совсем скоро станем законными супругами.
— Но я имела право знать о твоем решении!
— Тише, милая, тише. — Гард натянул улыбку. — Думаю, тебе следует отдохнуть немного. Ребята тебя проводят. — Он сделал знак своими охранникам, которые топтались около двери в зал.
— Ты меня выпроваживаешь? — возмутилась я.
— Мне просто не нужны разборки на людях, неужели самой не стыдно? — проговорил он сквозь зубы. — Где твои манеры, милая? Обсудим это потом, наедине. А теперь иди…
Около нас уже стояла охрана, а Гард произнес громче, обращаясь к гостям:
— Прошу прощения, сьеры, моя невеста неважно себя чувствует, поэтому вынуждена покинуть ужин. В ее положении, сами понимаете… — И далее снова мне заботливо: — Отдыхай, милая, береги себя…
Я не успела даже пикнуть, как меня практически вынесли из зала. Только сделали охранники это так искусно, словно действительно оберегали меня и поддерживали, на деле же только я ощущала железную хватку их пальцев у себя на локтях. Кричать и вырываться я не осмелилась, поскольку не знала, что может за этим последовать, потому, стиснув зубы, проследовала к себе в комнату. Благо охрана осталась за пределами всех апартаментов, и я могла хотя бы побродить по гостиной, а не быть запертой в стенах спальни.
Итак, ситуация усложнялась с каждым днем, Гард наглел и злился все больше, а я так и не отыскала никакого выхода. Я вспомнила отстраненный взгляд Фаррета в начале и полный гнева и разочарования после объявления Гарда, и на душе стало еще хуже. Я не понимала, какие чувства он сейчас испытывает ко мне, точнее, Теоллы. Презирает, ненавидит или все еще любит? Хотя… Заявление Гарда о нашей свадьбе точно не укрепит любовь Фаррета, скорее наоборот, он станет ненавидеть Теоллу сильнее и только утвердится в мысли, что она от него сбежала намеренно.
Гард вернулся через несколько часов, я к этому времени уже находилась в своей спальне, поэтому слышала лишь стук дверей и его шаги. Он скрылся у себя, я же вновь стала метаться в сомнениях. Может, стоит все же поговорить с ним? Придумать что-то, чтобы пока не проводили обряд? Прикинуться наивной дурочкой, подольстить ему, усыпить бдительность? На некоторых мужчин это отлично действует… В конце концов, попытка не пытка. Да Гард сам обещал объясниться вечером…
Это решение было скорее порывом отчаяния и безысходности, чем продуманным планом, но я все же должна была попробовать. Потому, пока был еще запал, направилась к Гарду. Его голос я услышала, еще не доходя до двери. Он с кем-то разговаривал, и довольно эмоционально. К нему кто-то пришел? Но почему тогда я не слышала этого? Заинтригованная, подошла ближе и приложила ухо к двери.
— Мое терпение вот-вот лопнет, — явно жаловался кому-то Гард. — Это девчонка все больше бесит меня!
По спине пробежал холодок: это он обо мне? Его собеседника было почти не слышно, только какой-то приглушенный бубнеж.
— Скорей бы уже жениться на ней, дождаться, пока она родит своего ублюдка, и избавиться от него!
От этих слов у меня и вовсе подкосились ноги и стало трудно дышать. Гард хочет избавиться от моего ребенка, когда тот родится? Он ведь об этом, да? Дальше заговорил его собеседник, но я уже не могла ничего слушать. Стало плохо настолько, что перед глазами потемнело. Только бы не потерять сознание… Я медленно развернулась и, придерживаясь за стену, пошла прочь, к себе.
ГЛАВА 19
Я закрылась в своей комнате, дрожа от страха и негодования. Ну Гард и тварь! Он хочет лишить меня ребенка! Не позволю ему это, ни за что!
О боги этого мира или другого, помогите мне… Я чувствовала себя загнанной в угол, в тупике. Где отыскать выход? В ком или в чем найти спасение? Как избавиться от Гарда и его притеснения?
Фаррет… Если бы мне удалось с ним связаться, поговорить, возможно, он бы не отвернулся, позволил объясниться… Или тот же Морай? Мне он показался вполне адекватным и с Фарретом в хороших отношениях. Но как мне выйти на них, как, если с меня не спускают глаз сутки напролет? Даже Райма со мной будет спать в одной комнате. Уверена, она это делает не из добрых побуждений, а по приказу Гарда. Вот и сейчас, не успела я зайти к себе, уже появилась. Даже пяти минут не удалось побыть наедине с собой.
— Вам что-то нужно, сьера? — спросила она.
— Нет, спасибо, — отозвалась я.
— Готовить вам постель ко сну?
— Да, готовь… — ответила я и отошла к окну, заодно пряча от нее глаза.
Окно выходило в сад, но внизу я заметила нескольких стражников. Не Гарда, нет, а местных, но это ничего не меняло. Мимо них тоже не проскочить.
Ночь я почти не спала, все размышляла о своем бедственном положении. Гард так и не заглянул ко мне «поговорить», но я и сама его уже не хотела видеть, иначе точно бы сорвалась и выдала себя с головой. Нет, нужно продолжать делать вид, что ничего не знаю и не понимаю. Если бы только не было так страшно и тревожно.
Завтрак нам накрыли в нашей гостиной. Гард пребывал как никогда в хорошем расположении духа.
— Успокоилась? — спросил он меня, аккуратно обмазывая горячую булочку ягодным конфитюром. — Готова к свадьбе?
— Мне все равно непонятна такая спешка, — отозвалась я тихо. — Почему мы должны обручиться здесь, а не в Ваи.
— Потому что я желаю, чтобы наш брак был признан всеми кантонами и ни у кого не возникло сомнений в его законности, — ответил Эйдон напыщенно.
— А такое бывает? Что брак не признают? — заинтересовалась я.
— Крайне редко. И это точно не про нас. Нас объединяет ребенок, мой наследник, значит, этот брак заведомо одобрен богами.
Вот же… И язык у него не отсохнет так лгать! Ребенок нас объединяет, как же… Слышали, что ты собираешься с ним сделать, когда он появится на свет.
Мы еще не покончили с едой, как в гостиную внесли несколько больших коробок.
— Что это? — насторожилась я.
— Наши свадебные одежды, — спокойно ответил Гард. — Они выехали следом за нами. Иди примерь свое платье. А к полудню нас ждут на праздничном шествии по городу и выступлении перед народом, затем последует пикник в саду. Позаботься тоже о достойном наряде.
Я с отвращением и почти ненавистью наблюдала, как Райма распаковывает свадебное платье. Оно было не привычным для такого случая белым, а небесно-голубым, с кружевной оторочкой цвета лазури. Фату заменяла диадема из аквамаринов и тонкая накидка на плечи. Наряд был бы красивым, если бы за ним не скрывалось столько бед.
— Когда успели его сшить? — спросила я, пока Райма цепляла на моей спине крючки-застежки.
— Вместе с остальными платьями. Сьер Гард сам выбирал фасон, — чуть ли не с гордостью ответила та.
Кто бы сомневался…
— Ладно, снимай обратно, — потребовала я. — Посмотрели, что все в порядке, и хватит. Давай собираться на шествие.
Во всяком случае, там хоть как-то можно отвлечься от мыслей.
Гард по-прежнему не отходил от меня ни на шаг, сам почти ни с кем не общался и не давал это сделать мне. Даже в открытой коляске, в которой мы проезжали по улицам города, он почти все время держал меня за руку. Фаррет и Морай, каждый в своем экипаже, ехали впереди, и ни с одним из них мне не удалось перекинуться даже взглядом, не то что словом. Это были мучительные часы: жара, шум и нескончаемая близость Гарда.
Когда мы вернулись во дворец, стало немного полегче: в саду раскинулись шатры, в которых можно было укрыться от зноя, и Гард наконец отлип от меня, оказавшись случайно втянутым в разговор с главами Белесого Тумана и Темных Вод. Правда, он не переставал поглядывать в мою сторону и следить, где я и с кем нахожусь. Фаррет в это время находился рядом со столом, заставленным напитками и закусками, и общался с Мораем. Ко мне он все так же демонстрировал безразличие, точно я была пустым местом. И если вчера, при первой встрече, мне казалось это правильным, то теперь стало неприятно и даже обидно. А еще вновь пошатнуло мои надежды на его возможную помощь. Вдруг ненависть Фаррета сильнее его любви? Опять же на праздник он явился не один, а со своей бывшей любовницей… Возможно, он уже успел забыть Теоллу в ее объятиях?