Искусство в крови: новое дело Шерлока Холмса

– Мне очень жаль, – сказал я, – но я ничего не могу сделать.
Холмс въехал в кресле в библиотеку и, остановившись позади слуг, внимательно осматривал помещение.
Стротерс, рыдая, снова припал к телу дочери.
– Отойдите все от тела! – прорвался сквозь общий ропот высокий тенор Бодена. Все обернулись и увидели судью, стоящего в дверях с графом и Мейсоном, который, очевидно, и привел их. Воцарилась тишина. Мейсон предупредительно поддерживал руку графа.
  
– Очевидно, произошло убийство, – объявил Боден, легко принимая командование. – Всем – отойти и ничего не трогать!
– Да уж! – хмыкнул Холмс, временно выйдя из образа. Боден бросил на него пристальный взгляд.
Граф неуверенно шагнул вперед.
– Аннабель? – прошептал он. – Аннабель?
Слуги расступились, чтобы он хорошо видел тело. Я стоял на коленях рядом с убитой хозяйкой поместья с одной стороны, Стротерс – с другой.
Теперь граф мог как следует рассмотреть свою мертвую жену. Он застонал, и его колени подогнулись. Мейсон и еще один слуга подхватили его, когда он начал падать.
– Доктор! – крикнул Мейсон, стараясь плавно опустить своего хозяина на пол.
Я ничем уже не мог помочь леди и поэтому бросился к графу. Он лежал на толстом ковре без сознания, его глаза трепетали, пульс сильно участился. Шок? Горе? Какова бы ни была причина, он находился в бедственном состоянии.
– Бренди! – крикнул я, ослабляя его воротничок. Бренди принесли немедленно.
– Сейчас же очистите помещение! – скомандовал Боден, затем, уже мягче, обратился к Стротерсу: – Дэниел, прошу вас… не могли бы вы…
Стротерс оторвал взгляд от мертвой дочери, которую снова прижимал к груди. С горестным стоном он осторожно опустил ее на ковер.
– Я сожалею о вашей потере, сэр, – сказал Боден, – но это место преступления. И все должны покинуть его. Незамедлительно.
При поддержке двоих слуг Стротерс вышел из библиотеки, двигаясь как в тумане, еще один слуга выкатил в коридор кресло с Холмсом. Боден подошел к телу и, скинув мой носовой платок, снова открыл жуткое зрелище.
– Печально, – сказал он, – весьма печально.
Он оглядел комнату. Остались только дворецкий, граф и я. Граф уже сидел, в ужасе глядя на искаженное лицо жены. В какой-то момент у него начался приступ тошноты, и я встал между ними, закрывая ему обзор.
– Доктор, помогите лорду Пеллингему покинуть библиотеку, – велел Боден.
– Мистер Боден, – начал я, – возможно, леди умерла не от…
Но Боден в бешенстве перебил меня.
– Если только вы, доктор, не опытный полицейский, предоставьте расследование мне. Делайте, как вам велено! Сейчас же!
Нас всех выставили в соседний коридор, а графа усадили там же в кресло. Проглотив обиду, я продолжил заботиться о нем. Он уже пришел в сознание, но все еще тяжело дышал, судорожно хватая ртом воздух, и стонал. Стротерс сидел напротив и молча плакал.
Холмс держался в стороне от остальных, внимательно наблюдая.
Я ввел графу сильное успокоительное, и его дыхание стало более ровным.
– Аннабель, Аннабель, – бессмысленно повторял он, постепенно замирая.
Молодой лакей, светловолосый и худой, как тростинка, подбежал к двери библиотеки. Мейсон заметил его и окликнул:
– Ричард! Вернись к своим обязанностям!
– Сэр, за мной послал мистер Боден, – задыхаясь от быстрого бега, произнес парень. Я почувствовал, как Холмс немного отъехал в сторону.
Чуть помедлив, Мейсон кивнул в знак согласия.
– Тогда иди, Дикки, – разрешил он. Белобрысый лакей вошел в библиотеку и прикрыл за собой дверь.
Дикки!
Успокоительное, которое я ввел, подействовало, и граф кивнул.
– Ему нужен помощник вынести тело, – сказал я.
Пока Мейсон распоряжался, чтобы двое слуг увели Пеллингема, я повернулся к Холмсу. Он неподвижно сидел в своем кресле, но я не сомневался, что он наверняка был вне себя от сожаления и разочарования.
– Спокойно, – шепнул я.
Дверь распахнулась. На пороге библиотеки появился Боден в сопровождении лакея Дикки.
– Где граф? Я раскрыл это дело.
Мы с Холмсом обменялись удивленными взглядами.
– Я сделал графу укол успокоительного, – ответил я. – И сейчас он у себя в спальне. Боюсь, он проспит до утра.
Боден топнул ногой.
– Мейсон, немедленно приведите сюда камердинера, Помероя, и не дайте ему сбежать. Не исключено, что он попытается!
Мне казалось, что Холмс чувствовал себя так, будто он находился на пожаре, а сделать ничего не мог. Мейсон подал знак нескольким лакеям, а я тем временем подошел к Стротерсу, чтобы проверить его состояние. По лицу старика все еще текли слезы, и он весь дрожал от горя. Он крепко сжал мою руку.
Холмс вдруг подъехал и остановился прямо перед этим несчастным человеком.
– Я… со мной все будет в порядке, – пробормотал Стротерс. – Я… я…
– Сэр, может, вам сделать укол успокоительного? – спросил я.
– Возможно, ему просто нужно выговориться, – мягко заметил Холмс.
Стротерс вздрогнул, затем вытер слезы.
– Ни то, ни другое, но все равно благодарю. Мне нужно… Мне нужно… Чего бы хотела от меня Аннабель?
В этот момент двое рослых слуг втащили перепуганного Помероя и поставили его перед Боденом.
– А вот и злодей, – объявил Боден. – Пусть мистер Стротерс уже сегодня вечером знает, кто убийца его дочери! Померой, настоящим я официально обвиняю тебя в убийстве.
Мы с Холмсом недоверчиво переглянулись.
– Сэр! Я не имею никакого отношения к… – залепетал перепуганный камердинер. Боден шагнул вперед и с силой ударил его наотмашь по лицу.
– Мистер Боден! – пронзительно взвизгнул Прендергаст Холмс. – Обязательно так грубо?
– У меня есть улики. Всего за минуту до убийства этого человека видели входящим в библиотеку с серебряным подносом, на котором лежало письмо и орудие убийства – нож для вскрытия писем. Леди в это время находилась одна, и поднос был обнаружен рядом с телом. – Боден снова сильно ударил Помероя. – Что ты можешь сказать в свое оправдание?
Камердинер застыл в ужасе.
– Н-неправда, сэр! Я вообще не входил в библиотеку!
– Тебя видели, – рявкнул Боден. Белобрысый лакей по имени Дикки сделал шаг вперед и кивнул, едва заметно ухмыльнувшись. – У тебя были и возможности, и средства. А скоро я узнаю и твой мотив.
Он повернулся к остальным.
– Всем пора удалиться и позволить местным констеблям делать свою работу. Мы немедленно вызовем их и коронера [59]. Мистер Стротерс, справедливость восторжествует, и убийца вашей дорогой дочери будет наказан. Я позабочусь об этом. Мейсон, будьте любезны проследить, чтобы все разошлись по своим комнатам.
 
Глава 20. Горничная
 
Через несколько минут мы вернулись к себе и заперли дверь на задвижку. Холмс вскочил с инвалидного кресла, будто его вытолкнули оттуда, и, заламывая руки, принялся раздраженно мерить комнату шагами.
– Я идиот! – стонал он. – Полная катастрофа! Они подставляют Помероя. Мне нужно попасть в библиотеку!
– Холмс! Ваши туфли!
Он остановился, явно сбитый с толку. Затем тут же снял их.
– Спасибо, Ватсон. – Не хватало еще, чтобы на подошве башмаков парализованного человека появились следы износа! До ареста графа необходимо играть роль. Он продолжил расхаживать в одних носках.
– Эх! Мне бы еще раз взглянуть на тело!
– Холмс, мы не можем так рисковать, – остановил я его.
– Еще б полминуты, и мы бы знали, кто убийца!
– Вы считаете, что это не граф?
– Факты! Как же нам не хватает фактов! Если это был граф, то улики должны быть неопровержимыми!
Он раздраженно зарычал. Затем, тяжело опустившись в кресло у небольшого камина, он сидел, уставившись на тусклый огонь, потирая грудь, с выражением усталости и явно чувствуя боль. В комнате быстро становилось прохладно. Пожар утихал естественным путем.
  
Мой друг был измотан, и я тоже.