Счастье среди звезд

Настя погрузилась в сон и внезапно увидела бабулину картину. Только трава под ногами была голубой, а цветы в венке – бледно-желтыми и алыми. И молодые люди в темной воде выглядели старше. Лет двадцати пяти, наверное. Строгие такие, серьезные и смотрят на нее пристально-пристально!
Когда шаттл пристыковался к лайнеру, и стажеры перешли в почти обычный коридор, Светлана вдруг дернула Настю за рукав:
  
– Знаешь, мне папа говорил, что во время первого полета можно услышать голос Вселенной. И догадаться, что тебя ждет в будущем…
Анастасия мотнула головой и улыбнулась:
– Я лет с восьми вижу один и тот же сон… Сегодня он повторился. Только он непонятный совсем.
– Значит, со временем разберешься, – улыбнулась подруга.
Девушки подошли к куратору и получили пластиковые ключ-карты от кают.
– Полет продлится четыре дня, пожалуйста, размещайтесь в каютах согласно номерам!
Каюты были четырехместными и очень маленькими. Впрочем, девушки, получившие возможность выбраться в космос, были рады и этому. Быстро распределили кровати, выложили косметички, умылись и двинулись в столовую – все же на круизном лайнере, пусть и в третьем классе, кормили очень вкусно и разнообразно.
Длинные столы в столовой быстро заполнились стажерами, кураторами, лаборантами и техническими работниками. Корабль следовал по «студенческому» маршруту, развозя специалистов по планетарным научным центрам и орбитальным лабораториям.
Все молоды, все активны и погружены в науку – прямо за столами пускались в научные диспуты, по локальной сети перебрасывались мемами, слушали музыку, а вечерами устраивали танцы в кают-компании.
Три подруги и поселившаяся с ними миниатюрная девушка с острова Окинава быстро влились в компанию. Веселились, болтали, обзаводились полезными знакомствами. Раз уж они вырвались на стажировку, нужно было успевать все!
Вечером Настя валилась на койку и моментально засыпала. Ей не мешали грави-ремни, шепотки соседок или гудение самого корабля. Во сне она летала на воздушном потоке над незнакомой ей местностью, любуясь садами, лесами и лугами. И пока она летала, кто-то сладко шептал ей на ухо, какая она красивая и как он скучает. Правда, на третий день сон изменился – теперь она сидела на островке посреди прозрачного и даже на вид ледяного потока, а вокруг нее чашей нарастали прозрачные льдинки. И снова шепот – только другой, более резкий, но все равно чарующий.
Разве можно было отказаться от таких снов?
 
Глава 17
 
Проксима Центавра встретила стажеров хмуро. Накрапывал мелкий дождь, дул холодный ветер, и три подруги невольно жались друг к другу под длинным широким козырьком космопорта.
Подъехал яркий оранжевый автобус, из него вышел старичок в оранжевой простынке поверх белоснежной туники. Посмотрел на стажерок, вздохнул, словно предвидя грядущие неприятности, и плавным жестом указал девушкам на автобус.
– А багаж? – первая очнулась Настя.
– Доставят младшие. Едем.
Автобус оказался судном на воздушной подушке. Плавно покачиваясь, он пролетел над пустой площадкой «зоны отчуждения» космопорта и плюхнулся в темную серую воду озера. Девушки взвизгнули и с интересом уставились вперед – там виднелся остров, на котором им предстояло жить и работать.
Обитатели Проксимы Центавра предусмотрительно не пускали «чужаков» на континенты. Все стажеры, студенты, торговцы, туристы – любые чужаки – сразу из космопорта отправлялись на остров. Их было много – Торговый, Научный, Отдыха, Знаний…
Воздушного транспорта на Проксиме не было – только суда на воздушных подушках, и управлять ими могли только местные жители. Так что покинуть выделенную территорию гости, даже званые, не могли. А на материк – туда, где жили сами, центаврийцы не пускали даже антропологов.
Правда, бабушка и дедушка Насти в это не верили. Просто хмыкали как-то по-особому и уверяли, что те, кому надо, бывают там, где надо. А то, что туристов ограничивают, так это к лучшему – то, что дорого дается, больше ценится.
Анастасия не особенно эти сентенции понимала, но, собираясь на Проксиму, мельком проглядела туристические сайты и охнула – неделя на острове Отдыха стоила как два-три месяца на лучшем земном курорте! И это без учета пути!
Так что теперь девушка с интересом всматривалась в серую дождливую хмарь, пытаясь рассмотреть те удивительные красоты, которые обещали туристические сайты. Увы, дождь стоял стеной, так что они заметили здание лишь тогда, когда автобус возле него остановился и аккуратно вкатился под широкий длинный козырек.
Старичок встал и таким же красивым плавным жестом указал на выход. Девушки сгребли свои маленькие сумочки и вышли в просторный холл, где их встречал молодой парень в оранжевой рубашке и штанах.
– Добро пожаловать в научный центр Проксимы Центавра, – сказал он с улыбкой и легким поклоном. – Прошу за мной, вам приготовили комнаты.
Девушки поспешили за проводником, но Настя успела повернуться и поблагодарить поклоном старичка в оранжевой простынке. Все же они доставили пожилому человеку беспокойство, заставив мчаться в аэропорт в такую погоду. Старик слегка кивнул в ответ.
Комнаты им приготовили удивительные – маленькие, но уютные, очень теплые, оформленные в терракотовых, апельсиновых и красных тонах.
– Сейчас сезон бурь, – пояснил провожатый, – еще месяц каждый день будет идти дождь. Так что всех гостей и стажеров селим в Полуденный корпус. Когда начнется сезон жары, многие переезжают в Полуночный.
– У вас два корпуса общежития? – удивилась девушка с Окинавы. Ее интерлингву разбавлял легкий акцент.
– Все здания на Проксиме строятся с учетом сухого и влажного сезона, – спокойно объяснил парень. – Иначе сложно жить.
Девушки молча переглянулись и выбрали комнаты.
Красотка с Окинавы выбрала алую комнату – с тяжелыми портьерами и золотистой зеркальной рамой.
Светлана выбрала самую светлую комнату, забыв о собственном дерзком преображении. Впрочем, она неплохо вписалась в теплое-охристые стены и занавеси.
Марине и Насте пришлось выбирать из практически одинаковых терракотовых оттенков. В итоге они решили, что более темный цвет больше подходит к зеленой шевелюре, а более светлый – к тому оттенку, который теперь красовался на голове Насти.
Оставив в комнатах саквояжи, девушки помчались за провожатым – нужно было узнать, где здесь санитарные комнаты, столовая, зал собраний и библиотека.
– Сегодня вам выделен день на адаптацию и устройство, – говорил парень в оранжевом, – а завтра вас примут руководители стажировки и распределят по лабораториям и оранжереям. Ваши бейджи, ваши ежедневники, ваши комм-браслеты, и… нужно зайти в медчасть – поставить прививки.
– Мы прошли полную вакцинацию на Земле! – возмутилась Светлана.
– На Проксиме существуют сезонные заболевания, от которых не прививают на других планетах, поскольку вакцина живет не более суток, – безмятежно пожал плечами парень, – но если хотите проболеть всю стажировку…
Болеть никто не хотел, поэтому отправились в медкабинет. Получили по три точки на запястье и след от пробы крови на что-то там. После чего их отвели в столовую и отлично накормили, а когда утомленные всем этим девушки вернулись в свои комнаты – у дверей уже стоял багаж!
– Ура! Мои книги!
– Моя одежда!
– Мои образцы!
Подруги похихикали и затащили сумки в комнаты.
Возились там, раскладывая все по местам, потом как-то дружно отправились в санблок – чистить зубы перед сном.
– А знаете, – зевая, вспомнила Настя, – мы же на новом месте сегодня спим! Надо подушку перед сном перевернуть и сказать: «На новом месте приснись, жених, невесте»!
  
Все захихикали:
– Вот счастье будет у кураторов, если мы за инопланетян замуж выскочим! Опять поднимут вопрос о количестве генетического материала, уплывающего в космос! – хмыкнула Светлана.
Ее дерзкий облик придавал ей решительности.
– А я наговор скажу, – призналась Марина. – Инопланетяне мне не по душе, но в секции технического контроля был такой симпатичный парень…