Мое карательное право (СИ)
— А ее контакты? — спросил я.
— Там нет семьи, только работа…
Говоря, мы подошли к двери, из-за которой доносился знакомый чем-то крайне возмущенный голос. Похоже, Саломея уже не просто отошла от наркоза, а на полной скорости отбежала от него и теперь вовсю ругалась в палате. Не став стучать, главный врач госпиталя распахнул дверь, и мы переступили порог. Стоило нам войти, как внутри мгновенно повисла тишина, а две женские фигурки, будто по команде, замерли, давая и без слов вполне понятную картину происходящего. Блогерша, лежавшая на кровати в длинном больничном халате, из-под которого топорщились бинты, усердно пыталась выдернуть из руки иглу капельницы, а рядом растерянно суетилась молоденькая медсестра, стараясь не позволить ей этого сделать.
— Что за шум? — строго спросил врач.
— Она хотела встать! — сразу же выпалила медсестра. — А нельзя, вдруг швы разойдутся!
Я не сдержал смешок — вот же неугомонная.
— Я хотела не встать, — Саломея покосилась на меня, — а сходить за своим смартфоном.
— Я же вам объяснила, — с нажимом произнесла медсестра, — вам вреден смартфон!
— Никакой техники, — подтвердил врач, — ближайшую неделю.
Госпожу Сафо перекосило так, будто ей дали пожизненное.
— Ваше Сиятельство… — она перехватила мой взгляд.
— Думаю, — я подавил еще один смешок, — они абсолютно правы.
А тебе даже полезно будет отдохнуть недельку от своего канала. Надувшись, словно прочитав по моему лицу эту мысль, Саломея отвернулась. Медсестра с суровым видом поправила капельницу и накрыла ее одеялом, которое после всех попыток блогерши выбраться уже почти уползло на пол.
— Нам пора, — подытожил врач, — пациентке нужно отдыхать.
Тряхнув ярко-красной челкой, пациентка бросила быстрый взгляд в мою сторону, будто прося не уходить, и снова отвернулась, будто мигом передумав.
— Если не возражаете, — сказал я, — я немного побуду здесь.
— Только немного, — кивнул врач. — Ей нужен покой.
Он и медсестра покинули палату и притворили дверь. Внутри снова повисла тишина — слышно было лишь, как ветер треплет листву за окном. Не глядя на меня, Сафо свободной от капельницы рукой прижала подушку к спинке кровати, попыталась сесть и тут же болезненно поморщилась.
— Осторожнее, швы разойдутся, — заметил я, подходя ближе.
— Можно подумать, в первый раз, — проворчала она и все-таки села, слегка кривясь от боли.
Вот же упрямая.
— Как вы смотрите на идею, — я опустился в кресло посетителя рядом, — если я приставлю к вам охрану на всякий случай?
Саломея резко вскинула на меня глаза.
— Вот уж обо мне точно заботиться не надо.
— Почему?
— А зачем? — она покрепче запахнула халат на груди, словно пряча бинты.
— Не так много людей прыгнут на меня, — сказал я, катая по ладони золотой набалдашник, — защищая от пуль.
— Я не прыгала на вас, защищая от пуль, — отрезала она. — Я просто… споткнулась.
— Ты вредная, — усмехнулся я.
— Только сейчас понял?
На некоторое время палату опять затянула тишина. Саломея внимательно изучала меня из-под ярко-красной челки, я же задумчиво пробежался взглядом по ее лицу, еще бледному после ранения и операции. Губы казались засохшими, глаза чуть впавшими, однако это было мелочью — все могло закончиться гораздо хуже.
— Повезло, что у тебя есть магия. Хотя помнится, ты говорила, что она тебя покинула.
— Потом постепенно вернулась, — отозвалась блогерша, рассматривая меня в ответ. — Только толку-то от нее… Магия как деньги. Хорошо, когда они есть, но счастья на них не купишь… И что мне тут делать без смартфона? — она торопливо отвела глаза и сменила тему.
— Читать книги, отдыхать, спать, есть и принимать посетителей, — с улыбкой перечислил я.
— Можно подумать, мне есть кого принимать. Разве что в блоге написать, что всеми ненавистная Саломея Сафо в больнице, так что придите и добейте…
Она выпрямила спину и слегка поморщилась — то ли от боли, то ли от слов.
— А друзья? Семья? — спросил я.
— Вся моя жизнь в моем смартфоне, — ответила она, осторожно опираясь на подушку. — Может, все-таки принесешь?..
— Господин, — вдруг подала голос Вэл в моей голове, — небеса готовы простить эту греховодницу.
— Если? — сразу же поинтересовалась Крис.
— Без если, — отрезала ангел.
Похоже, даже моему беспощадному ангелу в этот момент стало ее жалко. Хотя Саломея явно бы не обрадовалась, озвучь я эту мысль вслух. Дерзкая и колючая, она меньше всего хотела вызывать жалость. В принципе, у меня ее и не было. Девушка, которая чуть не умерла ради меня, вызывала совсем другие чувства.
— А ты не против, — спросил я, — если я буду твоим посетителем?
— Я же сказала, — она чуть нахмурилась, — не надо обо мне заботиться.
— А это не забота, — поправил я, — а порыв чистейшего эгоизма.
Ага, примерно такого же, с каким ты бросилась на меня, загораживая от пуль.
— Мы же оба с тобой те еще эгоисты…
Ее глаза пытливо скользнули по мне, а губы дернулись в улыбке, которую моя блогерша тут же спрятала.
— Ну если порыв эгоизма, — как ни в чем не бывало протянула она, — то конечно. Не могу же я запрещать такие светлые порывы…
— Тогда до завтра, — я поднялся с кресла.
Наклонившись, подхватил с больничного одеяла ее бледную ладонь и поцеловал. Казалось, палата утонула в тишине. Взгляд Саломеи мигом сделался задумчивым. Не сказав ни слова, она лишь кивнула на прощание и рассеянно провела пальцами по месту, которому достался поцелуй. Сопровождаемый стуком трости, я дошел до порога, и, когда уже коснулся дверной ручки, за спиной неожиданно раздался ее голос.
— Ольга…
Я молча повернулся.
— Сафронова Ольга, — сказала она и откинула упавшую на глаз красную челку.
— Очень приятно, — улыбнулся я.
— Но я все равно сегодня же достану смартфон, — боевито заявила Саломея, то есть Оля. — Не думай, что ты меня в этом переубедил…
Когда я вышел из госпиталя, в кармане требовательно задергался смартфон. “Черная база” — моя личная паутина из невидимых глаз и ушей — уведомила об обновлении в недавно размещенном заказе. Пользователь, пожелавший подзаработать, прислал снимок черной машины и сообщил, что та едет к одному из частных аэродромов столицы, где сэр Чарльз Барлоу забронировал самолет. Вполне предсказуемо до Лондона.
Торопливо сев в автомобиль, я приказал водителю ехать туда же. Хранительницы моментально появились рядом и привычно окружили меня на заднем сидении.
— Острожно, господин, — серьезно произнесла Вэл. — Если врагу служит бездна, враг очень опасен. Эти исчадия не признают ничего, кроме крови.
— Предрассудки, — отмахнулась Крис, пристраивая пепельную голову мне на плечо. — С бездной вполне можно договориться…
Я с сомнением покосился на острые ногти демоницы, которая сначала перерезала ими горло и только потом вспоминала про разговоры. Ну да ладно, сейчас главное поймать кригера, а говорить будем потом.
— Большая железная птица улетает, господин, — констатировала ангел очевидное.
Мы опоздали. Когда вместе с хранительницами я прибыл на частный аэродром и, пригрозив охране проблемами, прорвался внутрь, самолет, в котором сидел сэр Чарльз Барлоу, уже поехал по взлетной полосе, разгоняясь с каждой секундой. Еще немного — он оторвется от земли и взлетит в небо, где затеряется среди облаков.
— Вэл, — я повернулся к хранительнице, — переруби ему шасси!
В ответ она озадаченно уставилась на меня.
— Ноги птице обрежь, — поменял я команду.
Понимающе кивнув, посланница небес вытянула руку. Ее ладонь сразу же залилась сверкающим серебряным светом, который за доли секунды превратился в увесистый меч. Сорвавшись с места, хранительница ринулась за самолетом — с такой скоростью, что все случилось за пару мгновений. Замахнувшись, она с бешеным треском перерубила металл, будто тот был обычным деревом. Колеса резко отнесло в сторону, а самолет накренился и крутанулся, теряя контроль.