Мое карательное право (СИ)

Все, кто до этого молчали, тут же потупились, как провинившиеся школьники.
— Здесь все? — уточнил я.
— Еще старик Зимин.
Вот уж даже не удивительно.
— Он лидер?
— Нет, — Литвинов мотнул головой. — Но он и генерал Зарецкий были к лидеру ближе всех. Только они знают его имя и лицо. Для остальных это такая же тайна, как и для вас.
— И зачем же вы пошли за безымянным лидером?
— Он обещал, что в новой империи, без Воронцовых и вашего банка, мы все получим больший статус и влас…
Неожиданно граф осекся на полуслове. Из его груди вырвался хрип — такой же надсадный, как тогда у генерала Зарецкого, будто его сжимали тисками, выдавливая остатки воздуха. Его глаза глубоко закатились, голова и плечи припадочно затряслись, и он рухнул лицом на скатерть, импульсивно дергаясь. Следом, не давая опомниться, такой же хрип понесся по залу, повторяясь раз за разом — те, кто, как и он, состояли в Организации, бешено затряслись, словно подхватили одну лихорадку. Задыхаясь, они падали кто на стол, кто со стульев, колотились как в конвульсиях, а потом неподвижно замирали — все до одного. Хватило всего пары секунд, чтобы треть присутствующих замолкла навсегда. Похоже, и эти, сами не зная, были связаны какой-то клятвой.
— Яд! — завопил с пола Шереметьев. — Яд подействовал! Вы их отравили!
— Нет, — я качнул головой, — их убил не я. В ваших бокалах не было яда.
В конце концов, я же не настолько сумасшедший, чтобы отравить верхушку столичной аристократии — по крайней мере, массово. Если бы травил, делал бы это по-тихому, отлавливая их по-одному.
— Ну а Меньшиков! — воскликнул один из дворян. — Он же мертв!
— Юра, — позвал я, поворачиваясь к краю стола, из-под которого торчали ноги, — поднимайся уже.
Тот, однако, продолжал усердно изображать труп.
— Помочь ему, хозяин? — промурлыкала Крис.
Ноги мигом дернулись и вскочили сами. По залу пролетел нервный вздох, будто они увидели ожившего мертвеца.
— Ну и как я? — ухмыльнулся Меньшиков, отряхиваясь.
О нашей с ним неприязни знали все, а потому он был последним, кого бы заподозрили в помощи мне. Мне же нужна была наглядная демонстрация, как работает “яд” — на случай если мне не захотят сразу верить. Так что днем я нашел Юру в городе.
— Ты нужен.
— Ага, сейчас, — фыркнул он, — разбежался тебе помогать!
— Чего непонятного? — демоница появилась рядом из ниоткуда. — Хозяин сказал, что ты нужен, значит, ты нужен!..
Меньшиков с шумом выдохнул.
— Ну и чего тебе надо?
Однако когда услышал план, согласился аж с восторгом, заявив, что всегда мечтал сыграть какую-нибудь драматическую роль. Ну какую драматическую роль, Юра — ты же тот еще клоун. Хотя сыграл сегодня, надо признать, он очень правдоподобно.
Воздух резко наполнился скрипом стульев. Оставшиеся в живых стремительно повскакивали с мест, кроме Шереметьева, баюкающего сломанную ногу на полу, и его приятеля, приколотого к стулу и столу. Хранительницы дружно шагнули к двери, загораживая проход.
— Сожалею, господа, — сказал я, — но просто так вы отсюда не уйдете.
Взгляды дворян судорожно заметались по моим охранницам — хотя, судя по лицам, уже многие догадались, кто на самом деле эти две милые на вид девушки. Словно признав поражение, все обреченно уставились на меня.
— Вы все сегодня здесь, — продолжил я, — потому что знали о грозящей моей семье опасности, но предпочли молчать и ничего не делать. А значит, вы одобряли это. Ждали моей смерти и смерти близких мне людей. В моих глазах вы тоже заслуживаете смерти.
Казалось, все, кто стояли, сейчас рухнут на пол к лежащим там трупам.
— Однако я дам вам шанс, — неспешно добавил я. — Если прямо здесь и сейчас присягнете на верность мне. Поклянетесь перед всевидящим взором небесной хранительницы, что больше никогда не будете интриговать против меня и никогда не навредите моему роду. А что случится с теми, кто нарушит клятву, вы можете увидеть сами, — я показал на мертвых.
— Становитесь на колени перед господином, — сурово отчеканила Вэл.
Без лишних колебаний дворяне попадали на колени и торопливо принесли клятву. Затем ее с места выдавил приятель Шереметьева, а затем и сам князь с пола.
 
— Можете быть свободны, — разрешил я.
Те, кто могли уйти сами, резво кинулись к двери, с опаской огибая хранительниц. Хмыкнув, Юра выбил сигнальный стук, и стоявший по ту сторону Эрик открыл замок. Мои недавние гости рванули прочь, не прощаясь и даже не оборачиваясь — сбегая так стремительно, словно за ними гнались бешеные псы. Я же снова распахнул маленькую черную книжку с золотыми углами и вычеркнул оставшиеся строчки.
— Это что, тетрадка смерти? — подошел ко мне Меньшиков.
— Для некоторых да, — отозвался я, пролистывая список.
— Илья, — следом ко мне приблизился и Эрик, нервно оглядывая трупы, — а с этими что делать?
— Позвони в Охранку, — закончив, я убрал книжку обратно в карман, — и скажи, что тут случился массовый сердечный приступ.
— Как? — не понял он.
— Как у генерала Зарецкого. Еще вызови скорую. У нас тут одна сломанная нога и одна травма от неправильного применения магии, — я кивнул на гостя, приколотого подтаявшими ледяными стрелами к столу и стулу.
— Знаешь, Илья, — пробормотал Эрик, — временами мне кажется, что ты страшнее демона…
Что ж, сочту за комплимент.
И картинка под настроение:
  
Глава 19
 
— Слышал новость? — спросила бабушка, как только я вошел в столовую, где привычно завтракали она и Петр Алексеевич. — Старик Зимин скончался…
А я как раз собирался с ним поговорить. Вот же вредный дед — все всегда делал назло. Даже умер.
— Когда? — спросил я, усаживаясь за стол.
— Вчера вечером, — отозвалась она, степенно размазывая масло по тосту. — Во время массового сердечного приступа в клубе “Арлекин”. О нем по всем углам жужжат…
Ну вот, а Эрик переживал, что его заведению не хватает рекламы — теперь ее было много и совершенно бесплатно. За одну ночь название его клуба прогремело по всей империи. Интернет с утра просто разрывался от новостей, на все лады смакующих вчерашнее происшествие. Особенно постаралась госпожа Сафо в своих “Имперских тайнах”.
“Кажется, столицу охватила эпидемия внезапных сердечных приступов. Начал ее генерал Зарецкий, а затем продолжили гости молодого Воронцова, дружно умерев во время застолья в ночном клубе “Арлекин”. Ну хоть повеселились напоследок…
Остается надеяться, что сам князь не подхватил этот смертельный вирус…”
— И что случилось с Зиминым? — спросил я, подхватывая кофе.
— И у старика тоже, представь себе, — отозвалась бабушка, — случился сердечный приступ. Сидел в гостях, злословил как обычно, а потом вдруг вскочил и сильно захрипел, будто демон выцарапывал когтями его душу. Если она у него, конечно, есть, — добавила княгиня, отодвигая масло. — А потом рухнул на пол и умер.
— Сердце надо беречь, — наставительно заметил Петр Алексеевич, подхватывая печенье.
И не ввязываться в сомнительные авантюры, которые могут стоить жизни. Они хотели убить меня, а в итоге убили только самих себя. Похоже, глава Организации, кем бы он ни был, решил избавиться разом от всех свидетелей. Неужели так испугался моего любопытства?
За дверью внезапно раздались шаги и возмущенные голоса. Затем она с резким скрипом отворилась, и в столовую буквально ворвался, тряся отвисшим подбородком, начальник Охранки в фирменном темно-синем пиджаке. Следом влетел наш дворецкий, выглядя крайне виноватым.
— Прошу прощения, Ваше Сиятельство, — пробормотал он, бегло переводя глаза между мной и бабушкой. — Барона просили подождать в гостиной, но он не стал слушать…
— Дело срочное! — выдохнул Беккер и сурово покосился на меня.