Поймай этот долбаный снитч, если сможешь (СИ)

Гарри обернулся. Это была, конечно же, не Амбридж, но женщина крайне на нее походила.
- Меня зовут Элеонора Рузвельд, я замещаю Министра в его отсутствие. Если хотите пообщаться с ним лично, мистер Поттер...
- Я не просто хочу, но и сделаю это, – процедил сквозь зубы Гарри. Злость разгоралась в нем все сильнее по мере того как проходили минуты, а он не мог увидеть Драко, зато перед ним стояла копия Амбридж восьмилетней давности.
  
Женщина вскинула брови:
- Это похоже на угрозу, мистер Поттер.
- Мне плевать, что вы видите в моих словах. Мне нужно поговорить с министром и не в ваших интересах меня сейчас останавливать.
- Почему же?
Взгляд Гарри Поттера полыхнул ярким зеленым огнем. Он огляделся. Он и заместитель министра были в центре внимания. Что ж, пусть так. Ему уже давно некого бояться.
- Выбирайте, Элеонора Рузвельд. Или я встречаюсь с министром сейчас, или я сам найду Драко Малфоя и мне все равно, насколько сильно при этом пострадает здание. Думаю, вы в курсе, что все мои походы в Министерство Магии плохо заканчивались для вас.
- Мне придется позвать авроров, мистер Поттер, – строго сказала она и сделала знак находящимся по близости нескольким крепким мужчинам в форме.
Гарри вздохнул и коснулся груди там, где под одеждой висел медальон.
- И что вы хотите, чтобы они сделали? – с безумной улыбкой спросил он. – Схватили меня? И увели? А еще лучше заперли где-нибудь в камере?
- Вы не оставляете мне выбора, мистер Поттер.
Авроры подходили к нему все ближе. Защитные чары вокруг Гарри стали плотными, превратившись в кокон. Он не собирался сопротивляться. Авроры замерли в метре от него, не в состоянии преодолеть невидимый барьер, окружавший Гарри. Они щупали его руками, пытались разрушить магией, но все было без толку. Гарри же просто стоял, даже за палочкой не потянулся.
- Если вы и дальше не хотите расписываться в собственной немощности перед столькими свидетелями, советую все же сопроводить меня к министру, – сказал Гарри, терпение которого истончалось.
Когда Рузвельд поняла, в чем дело, она поджала губы:
- Это темная магия, мистер Поттер.
- Вот именно. И меня зовут Гарри Поттер, а не Том Реддл. И я всего лишь хочу разъяснить недоразумение, из-за которого ваши авроры забрали моего друга.
- Его здесь все равно нет.
Брови Гарри взметнулись вверх, когда нехорошая догадка коснулась сознания. А потом он потянулся мыслями к Драко. Тот был зол, но более или менее спокоен. Вокруг него витала магия, которую Гарри мог узнать всегда.
- Он на пути в Азкабан, мистер Поттер.
Гарри скрипнул зубами и процедил:
- У вас десять минут.
- Вы забываетесь! – совсем как Амбридж, взвизгнула Рузвельд.
- И вы все равно ничего не можете с этим поделать, – равнодушно пожал плечами Поттер – Меня интересует лишь Драко Малфой. Не стоит все усложнять.
- Мистер Малфой задержан за хранение незаявленного темномагического артефакта и своей вины он не отрицал, – горделиво подняв носик, сообщила Рузвельд. – Учитывая, его прошлое...
- О каком именно прошлом вы толкуете?
- Вам ли не знать, что мистер Малфой – Пожиратель смерти!
- Если вы не в курсе, Эленора Рузвельд, – не зная, мисс она или миссис, Гарри совершенно не хотел это выяснять и просто называл ее так, как она представилась, – Волдеморт или Том Реддл умер восемь лет назад. Все Пожиратели, которых удалось найти Аврорату, были осуждены. Или помилованы. Драко Малфой был помилован, с него были сняты все обвинения. К тому же министерство забрало больше, чем должно было по решению суда.
- Это неправда! – возмутилась она. – Вы собираетесь обвинить Министерство Магии в том, что оно поступило несправедливо с пусть бывшим, но преступником?
Гарри буквально слышал, что Рузвельд говорила словно Амбридж: те же высокие нотки и писклявый голосок. Ему было противно.
- Ваша предшественница научила меня, что я не должен лгать, – нехорошо усмехнулся он. – У министра Коплина осталась минута, чтобы появится здесь. В противном случае, я поищу его сам. И вряд ли кто-то из нынешних авроров сможет мне помешать.
- Мистер Малфой получил серьезное обвинение. Министерство всего лишь благоразумно поступает.
- Да что вы? А если скажем... у меня тоже есть такой артефакт?
Тут Эленора Рузвельд замялась и на секунду отвела взгляд. Гарри понял, что они знают и о втором Даре Салазара. Но хотели сделать все быстро и без шума. Малфоя бы забрали втихаря, к нему самому пришел бы министр и точно так же по-тихому попросил бы отдать медальон на хранение. В Азкабан из двоих отправился бы только один. Конец сказки. Дело закрыто.
- Я спутал вам все планы? – улыбнулся Гарри. – Боитесь, что все узнают о появлении сильной темной магии?
Элеонора дернулась и прошипела:
- Наша главная задача – это безопасность!
- Да. Точно так же рассуждал Корнелиус Фадж, трясясь за свой пост. Именно поэтому возвращение Волдеморта было столь кровавым.
- Мистер Поттер, я просил бы вас в будущем воздержаться от подобных заявлений, – за спиной Гарри раздался спокойный голос министра Коплина.
Потеряв к волшебнице всякий интерес, Гарри развернулся лицом к министру. Коплин взирал на него так же спокойно, как и в прошлый раз.
- С удовольствием, министр, – спокойно произнес Гарри с легкой улыбкой. – Но только если вы в будущем воздержитесь от подобных поступков в отношении моего... законного супруга.
Коплин чуть кивнул, показывая, что Министерство в курсе связавшего их магического договора.
- Пойдемте, мистер Поттер, – сказал министр. – Обсудим сложившуюся ситуацию.
- Верните Драко.
- Только после того, как мы все обсудим.
Идя за министром, Гарри буквально чувствовал на себе взгляд замминистра магии, злой и презренный.
- Мадам Рузвельд случайно не состоит в родстве с Долорес Амбридж? – спросил Гарри, когда они зашли в кабинет, вдвоем.
- Я знаю, о чем вы думаете. Но эта женщина – не фанатичка. В последней Войне она потеряла брата, – спокойно отозвался Коплин.
- Я могу понять страх. Но не могу понять паранойю.
- Да, Фадж был параноиком. Согласен. Однако...
- Министр, верните Драко Малфоя.
- При нем был артефакт такой темной силы, что мы еще не видели. И к слову, мы не смогли снять кольцо.
Гарри вскинул брови:
- Почему?
- Как приклеилось. Накладывали чары и не смогли. А вы можете снять медальон, мистер Поттер?
Гарри оценил слова министра. И кивнул:
- Могу. Но не хочу.
- Вы понимаете, что подтвердили только что наличие у себя темномагического артефакта? – на всякий случай спросил Коплин.
- И что вы сделаете, министр? Объявите меня сумасшедшим? Попытаетесь посадить в Азкабан? Победителя Волдеморта? Как это будет выглядеть, министр? Особенно, когда те, кто меня знает, захотят добиться справедливости. А они смогут. И найдется много желающих им помочь. Война была слишком кровавой и многие запомнили действия Министерства.
Коплин внимательно на него посмотрел.
- Ни вы, ни ваше место меня не интересуют, – добавил Гарри. – Меня полностью устраивает место профессора ЗоТИ в Хогвартсе. И в Лондоне я бываю лишь для того, чтобы посетить Косую аллею или Гринготтс. Верните мне Драко, министр.
- Честно говоря, – после недолгого молчания продолжил министр, сев з свой стол, – узнав об этом договоре, я был поражен. Насколько мне известно, вы доставили друг другу много неприятностей.
- Верно. Но мы выросли. Все иначе. Он важен для меня. Думаю, вы меня понимаете. У вас ведь есть жена и дети?
- Две дочери.
- Ну, вот. А я планирую обзаводиться наследниками с Драко.
  
Министр закашлялся от изумления:
- Что, простите, мистер Поттер? Вы же... оба мужчины.
- Наследниками, министр. Не общими детьми, – нехотя пояснил Гарри. – Но в рамках договора, юридически мы оба будем их официальными родителями. Я пришел сюда не за этим, министр.
- Да, вы правы. Ладно. Вы можете продемонстрировать мне медальон, мистер Поттер?