Поймай этот долбаный снитч, если сможешь (СИ)

- Ты знаешь, что это невозможно, – подмигнул Гарри. – Я пока еще не до конца додумал эту мысль. Додумаю, скажу.
- В категоричной форме?
- Нет. Но постараюсь убедить тебя, если дело того стоит.
- И как только Макгонагалл согласилась. Если Попечительский совет узнает...
- Ну, когда-нибудь он узнает. Но к тому времени мы будем готовы.
- Готовы?
- Ага.
- Говоришь так, словно на войну собираешься.
  
- Не хотелось бы. Но мир вне Хогвартса – совсем не такой, как здесь. Не стоит об этом забывать, – спокойно улыбаясь, сказал Гарри. – Кричера что ли забрать сюда...
- Тебе местных мало?
- А тебе его жалко никак?
Драко молча фыркнул и снова стал ходить по комнатам. Их вещи уже тоже перенесли и расставили. И получилась причудливая цветовая гамма – красно-зеленая. Пледы двух цветов, кресла, халаты в ванной и даже занавески.
- Как-то жутковато.
Гарри было до лампочки. Ему гораздо важнее сейчас была реакция Малфоя.
- Ну как, не сбежишь?
- Это ты любишь сбегать ночами, Поттер,- буркнул Драко.
- Не успокоишься?
- Не забуду.
Гарри кивнул с улыбкой, соглашаясь с его правом злиться. Драко удивился, хоть и не показал этого. Было ли это демонстрацией признания вины или ему стоит настоять на вербальном ее выражении? Драко пока не решил.
- Неплохо, – признал он, оглядываясь. – Цвета жуткие.
- Я так понял это – настройка по умолчанию.
- Что?
- В смысле, поскольку мы – бывшие ученики школы, магия Хогвартса, видимо, думает, что нам так должно быть комфортнее, – улыбнулся Гарри. – Тебе – зеленый цвет, мне бордовый. Так, – он достал палочку, потом зажмурился. – А что если так? – он взмахнул рукой, и все вокруг поменяло цвет. Стены стали пастельно-зелеными, приглушенными, с серым оттенком. Мебель стала темнее, благородно-коричневой. Отделка везде была серебряной, как и этажерки.
Драко такой вариант понравился гораздо больше.
- Оставь так, – милостиво согласился он.
Гарри не сдержался и засмеялся:
- У тебя, наверное, язык когда-нибудь отсохнет, если ты вслух скажешь, что тебе нравится что-то, сделанное мной.
Драко на подобное заявление лишь фыркнул.
Обживались они недолго. Малфой оккупировал кабинет, расставляя и раскладывая бумаги, книги и записи в нужном одному ему порядке, и тут же погрузился в работу, выходя только поесть и поспать. Гарри не трогал его пару дней, но потом не выдержал.
Он зашел в кабинет, подошел к Малфою, встал за спиной, взялся за спинку рабочего кресла и отодвинул вместе с сидящим на нем парнем.
- Поттер, что ты делаешь? – не понял Драко.
- Забираю тебя.
- Забираешь? Куда? Зачем?
- В постель. Трахаться.
- Какая постель, Поттер?! – возмутился Драко, когда его закинули на плечо, но вырываться не пытался, словно озадаченный подобной наглостью.
- Наша.
- Поттер...
- Скажи мне, Малфой, а, правда, что темномагические рода знают толк в извращениях?
Собственно, кое-какие записи Драко находил в семейной библиотеке, но тогда его только-только сделали Пожирателем и подобная писанина была последним, о чем он мог думать.
Когда Драко поставили возле постели, он саркастически хмыкнул:
- А я уж думал, что кинешь меня на покрывала, как в девчачьих романах.
- Не знал, что ты такое почитываешь, но могу. – Гарри сделал вид, что собирается его снова поднять и Драко отскочил.
- Поттер, а ты вообще подумал о том, а хочу ли я?
- А ты не хочешь? – на лице Гарри было написано изумление.
Драко впал в шок:
- Серьезно, Поттер? По твоему мнению я должен хотеть тебя двадцать четыре часа в сутки?! В данный момент я сидел, читал лекции, и не думал о сексе. Вот и пораскинь мозгами, хочу я тебя, пока читаю лекции, или нет!
Выражение на лице Гарри сменилось настоящим ужасом. Губы его задрожали, и он даже шмыгнул носом. Драко едва сдерживался, чтобы глаза его не округлялись.
- Вот так, значит, да?
- Поттер, сцена – это прям твое, знаешь.
Гарри посветлел и притянул Драко к себе за талию.
- Я всегда о тебе думаю. Стоит отвлечься, и я уже вспоминаю, какие мягкие у тебя губы.
- Так и скажи, что ты просто озабоченный, – фыркнул Малфой. Но вырываться не стал.
Гарри чуть улыбнулся. В их паре всегда так было: Гарри провоцировал, а Драко просто не отталкивал. Но сам не подходил никогда.
- Почему ты никогда не выражаешь свои желания? Или действительно не хочешь меня?
Драко отвел глаза:
- Это сложно. Ты же не девушка. Собственно, в ее роли тут я...
- Бред, Драко. И я тебе уже говорил, мне все равно, сверху или снизу.
А Драко было не все равно, потому что оказалось, что ему тяжело принять однополые отношения, и порой он просто не знал, как себя вести. Хотя с Поттером не было плохо. Наоборот. Он даже иногда боялся, что все это – иллюзия воспаленного сознания.
- А мне нет, – сказал он и посмотрел на Гарри. – Может, темномагические рода и знают толк в извращениях, но ко мне это не относится. У меня крайне небогатый опыт, как ты знаешь.
- Я просто Гарри.
- Ты не «просто Гарри», Гарри, – ответил он. – Ты – Победитель Темного лорда, Национальный герой. Давняя мечта.
- И теперь я весь твой, – улыбнулся Поттер.
- Я-то об этом и не мечтал... – буркнул Драко.
- Но так вышло, – пожал плечами «просто Гарри». – И знаешь, мне все нравится. Моя новая жизнь рядом с тобой. – Он снова приблизился и обнял Малфоя. Тот положил руки на его плечи и снова отвел глаза. – Знаешь, мне начинает это нравиться, – улыбнулся он.
- Что?
- Ты. Вот такой. – Поттер легонько боднул его лбом в лоб и наконец-то поцеловал. – И мне надоело без тебя.
- Да я же живу теперь с тобой! – возмутился, разорвав поцелуй, Драко.
- Угу. Но я живой и хочу секса. Думаю, ты тоже живой.
- Да что ты, блин.
Драко зажмурился, когда чужая ладонь сдавила его ширинку.
- Что и требовалось доказать, – поиграл бровями Гарри. – Не стоит бояться своих желаний. Особенно, когда мне интересно о них узнать.
- Да ты вообще на редкость любопытный.
- Скорее, я просто влипаю в неприятности, – Гарри подтолкнул Драко к постели и мягко уронил. Затем стащил с себя мантию, рубашку с пиджаком и жилетом и ботинки.
- Значит, я – неприятность?
- Ты – еще та заноза в заднице, – сообщил довольный Поттер, принявшись раздевать Малфоя. – Но меня все устраивает. Так что, расслабься, Малфой. У меня, может, нет сисек, но в остальном со мной не так уж плохо. И отрицать бесполезно, твои стоны, – он склонился над парнем низко-низко, – говорят сами за себя.
Драко и не спорил. На самом деле, его все еще раздражало то, что он почти не мог держать себя в руках, когда они были наедине. Поттер будто знал его тело, словно свое собственное, и целовал, и ласкал так, что удержать стоны было довольно трудно. Чаще всего он кусал подушку и жмурился, стараясь не показывать эмоции. Он так привык. Но Поттеру было плевать, он лез в душу и под кожу, заставлял быть... собой, той частью, что Драко практически похоронил за семь лет одиночества.
Когда его раздели, Драко с легким любопытством стал наблюдать, как разоблачается Поттер. У них обоих было много синяков от недавней драки. И Драко скорее себе язык откусит, чем признается, что вот тогда ему было безумно и удивительно хорошо – больно, жарко и удушающе кайфово, как сказал бы сам гриффиндорец.
Гарри тем временем усмехнулся. Малфой не поставил защитный барьер, и он легко считал его мысли. Стоя голый, возбужденный и лаская себя, Гарри задумчиво смотрел на Драко и размышлял. Он мог легко получить Аваду между глаз позже. Он подошел, опустился на кровать, прижал к себе Драко и поцеловал. Крепко, страстно. Тело Драко быстро стало мягким и податливым в его руках. Не отпуская чужих губ, он плавно вошел и замер, не двигаясь, пока Драко не начал ерзать, а потом начал двигаться часто, толкаясь с силой, не выпуская Драко из объятий.