Русская Америка. Голливуд (СИ)
Я понимающе кивнул в ответ. У одного моего знакомого так на два года «застряла» машина с инструментами на территории ремонтируемого соцобъекта. По итогу контракт разорвали и отдали другой фирме с «волосатой лапой». А когда мой товарищ приехал за своей «газелькой», то директор соцобъекта отказал ему в проходе. Просто боялся, что отдаст что-то, что в реальности принадлежит муниципалитету или новому подрядчику. А затем знакомый два года наблюдал, как новый подрядчик делает ремонт его инструментами, и ни капли этого не смущается… А после этой ситуации стал описывать до мелочей всё собственное имущество, что завозилось для работы на объект.
Александр скинул пальто, забросил его в машину и обратился ко мне:
— Видишь вон тот террикон? Помоги мне… надо закопать этих уродов там.
— Думаешь, это хорошая идея?
— Там «вынутая» земля. Даже если стройка начнётся снова, после судов и прочего — этот холм будут срывать через год, не меньше…
Прокорячившись минут пять, мы дотянули обе «мумии» к одному из насыпанных холмов. Меня сильно мутило, но я сдерживал позывы опорожнить свой желудок. Гангстеры приложили меня дубинкой конкретно. Надо будет «голову проверить», как говорил один мой бывший спарринг-партнёр из прошлой жизни.
— Готово… Я сейчас, — произнёс Левин.
Через пару минут он явился с двумя грязными лопатами, и закипела работа. Основной пласт земли вынул Александр. С такими побоями из меня вышел никудышный копатель. Покончив с «захоронением», я опёрся на черенок и вытер пот со лба. Левин достал из нагрудного кармана пачку сигарет и закурил. Поймав мой взгляд, он пояснил:
— Иногда, когда волнуюсь, смолю…
Я кивнул и поднял глаза. На фоне звёздного неба высилась гора. Прищурившись, я разглядел правильные геометрические очертания нескольких больших объектов.
— Мы что, под вывеской «Голливудлэнда»? — сообразил я.
— Да, — усмехнулся бизнесмен, выпуская сизый дымок.
Значит, мы стояли на земле, где через время появятся большие кинопавильоны. А над нами вдалеке темнели гигантские буквы «HOLLYWOODLAND». М-да… Поистине, теперь Голливуд в прямом смысле будет построен на костях.
— Тебе не помешает охрана, Иван… — коротко бросил Левин.
— Да уже начал об этом задумываться… На студии будет полно мелкого дорогого оборудования.
— Ты не понял. Если ты собрался в «высшую лигу», то там уже никто не ходит без телохранителей. Здесь есть своя «мафия». Недавно, кстати, исчезла пара начинающих актёров… Их ищут до сих пор. Так что придётся защищать и себя, и сотрудников, и имущество, — заметил Александр.
— Понял… Где бы только достать нужных людей? — протянул я.
— Я могу познакомить с парой человек, а там уже через них наберёшь ещё. Несколько лет назад они приехали сюда из России.
— Царская армия? — понимающе кивнул я.
— Да. Мигранты. Здесь их осело немного, но среди них большинство — толковые люди. И не только по «военному» профилю. Думаю, тебе нужно понемногу знакомиться с ними. Насколько я понимаю, ты особо не знаешь тут земляков.
— Есть такое… — признался я, копаясь в памяти Бережного.
Он проводил подавляющее количество времени на ферме, и в город совался крайне редко.
— Ладно, поехали… — бросил окурок Левин.
Я молча кивнул и пошёл вслед за ним к «Паккарду». Лопаты полетели в котлован, на краю которого был припаркован автомобиль. Начинался сильный дождь. Надо было быстрее выбираться, пока не размыло дорогу и машина не начнёт вязнуть в грязи.
— Саша. Машину этих ублюдков я сам отгоню куда подальше…
— Не годится, — покачал головой бизнесмен, выруливая на просёлок, — Ты своё лицо видел? Если тебя остановит полиция, то будет очень много вопросов.
Я посмотрел в зеркало заднего вида. Оттуда на меня глянуло не лицо… Натуральная рожа, опухшая настолько, будто её закусали осы.
— Так что я сам где-нибудь брошу тачку за городом, — добавил Александр.
— Хорошо, — устало согласился я, — И давай договоримся. Всё, что ты сегодня видел…
— … я уже забыл! — перебил меня бизнесмен.
В город заезжали с востока, сделав крюк вокруг северной части Лос-Анджелеса. Левин отвёз меня домой и пообещал прислать своего врача к утру. Тем более что рассвет был уже не за горами. И я провалился в тяжёлый сон…
* * *
19 декабря 1924 года. Лос-Анджелес
Пять дней я отлёживался как дикий лев в тени после битвы с другим зверем. Доктор, который явился от Александра, ещё в первый день долго сокрушался и журил меня по поводу злоупотребления алкоголем. Похоже, Левин скормил ему историю про пьяную драку в баре. Правда, косые взгляды врача свидетельствовали о том, что он не до конца поверил в эту историю.
Моей студией пришлось заниматься «дистанционно». И я в очередной раз убедился, что мне нужен крепкий заместитель по всем организационным делам, который может взять на себя все заботы в моё отсутствие. Я и раньше об этом думал, но пока не нашёл надёжного человека.
На «фордике» я проехал через мост над рекой Лос-Анджелес и оказался в районе Бойл-Хайтс. Это место традиционно считалось точкой притяжения мигрантов, прибывающих со всех концов света. Евреи из Восточной Европы, японцы, армяне, немцы, мексиканцы: этнический состав здесь был настолько богат, что отовсюду слышалась речь на разных языках. Масса небольших лавочек и магазинчиков проносилась по сторонам от моего авто. Обычные коробки-дома в несколько этажей, где обитатели ютились в небольших квартирках.
Я углубился в Бойл-Хайтс и добрался до нескольких кварталов под общим названием Сидар Рапидс. Именно его мне посоветовал Левин. Несколько лет назад он и сам жил здесь, пока не перебрался в сторону Голливудских холмов.
Тут звучала русская родная речь. Здесь жила часть большой общины молокан — религиозной группы, отколовшейся от православной церкви. Некоторые её последователи уже с начала двадцатого века прибывали тонкими ручейками в США. И здесь в Калифорнии была одна из самых больших общин молокан. Империя планомерно боролась с ними, вынуждая переселяться. Помимо них в районе жила ещё масса приезжих из Империи.
Я искал небольшую контору охранного агентства, где трудились белоэмигранты, прибывшие не так давно в Штаты. Найдя нужную вывеску «Агентство Волошина», я остановился на обочине и уже вскоре очутился в небольшом кабинете.
Передо мной за широким письменным столом сидел усатый мужчина с густыми бакенбардами. Он поднялся навстречу и пожал руку:
— Господин Бережной? Очень приятно. Александр Михайлович сказал мне, что вы заедете.
Я поздоровался, и мы заговорили о возможном найме охраны, попутно узнав друг о друге и некоторые подробности. Волошин приехал в Штаты год назад. Долго пробывший на должности полкового квартирмейстера в Российской императорской армии, он покрутился «туда-сюда» на новом месте и понял, что ему надо заниматься тем, что удаётся лучше всего: снабжением и организацией. Собрав поначалу с десяток служилых мигрантов-земляков, он постепенно довёл агентство до двух десятков человек.
Они охраняли бизнесменов, обеспечивали перевозку драгоценных вещей по лицензии, полученной несколько месяцев назад, и прочая-прочая. А Волошин искал клиентов и вёл все юридические дела.
Я сторговался на том, что пока за мной закрепятся два человека для охраны студии. И на личном водителе, который будет временно выполнять функции телохранителя. А вот когда студия расширится, тогда уже задумаюсь о выделении новых средств на большой штат охранников и внутренней службы безопасности.
Вообще, эсбэшники будут просто необходимы, если я разовьюсь до уровня «Парамаунт Пикчерз» или «МГМ». Что может произойти на студии, спросит у меня кто-нибудь? Ну своруют что-то, ну подерутся. Должно хватить и обычной охраны… Зачем серьёзная служба безопасности?
А как же избиения актёров и приглашённых звёзд? Такое бывало. Причём это не такое уж редкое дело. Или конкурент захочет спалить к чертям проявочный центр, уничтожив плёнки-исходники только что снятого фильма. Или подошлют барыг или девочку — «медовую ловушку» к только что появившемуся новому «секс-символу» большого экрана. Не буду же я бегать за всеми по каждому поводу? Придётся развивать собственную систему внутренней слежки и сеть информаторов в других кинокомпаниях. И платить им весьма достойно. Иначе их просто-напросто перекупят.