Спящее пламя Ферверна (СИ)

— Хотя вряд ли. В твоем мире же все по расчету, — она сложила руки на груди и подалась назад. — Прости.
— Не стоит меня оскорблять, чтобы потом не пришлось извиняться. — Я спокойно посмотрела на нее. — Я тебе ничего плохого не сделала.
Ниса смутилась и вжалась в кресло еще сильнее.
— Не понимаю. Тебе совсем все равно? Ты его хотя бы любишь?
— Это я точно не буду обсуждать с тобой, — ответила я.
  
Ниса кивнула. По сути, мне было больше нечего ей сказать, и этот разговор должен был закончиться здесь и сейчас. Но официант еще не принес закуски, а она еще не поела. Она, наверное, потратила целое состояние на то, чтобы приехать в Мэйстон. Я имею в виду, состояние по ее меркам: должна же в этом быть какая-то логика? И я принялась мысленно рассуждать.
Роа игнорирует Нису, Ниса узнает, что беременна. Она может попытаться поймать его на людях или прийти к его отцу, что неизбежно спровоцирует скандал, виновницей которого будет она. Или же может приехать сюда и спровоцировать на скандал меня, и тогда вроде как виновата все равно будет она, но чуточку меньше, потому что именно благодаря «ревнивой невесте» всем станет обо всем известно.
Ну… так себе план, но в принципе, мог бы сработать.
— Ты хотела, чтобы я устроила скандал? — прямо спросила я.
— Я… почему ты…
— Это единственная причина, по которой ты могла поехать ко мне, вместо того чтобы прийти к его матери, отцу или к нему самому, или пойти в прессу. Ты не хотела выступать инициатором скандала, но тебе нужно было, чтобы Роа об этом узнал, и чтобы об этом узнал весь мир.
Ниса скривилась, и я поняла, что моя теория верна на все сто процентов без единой доли погрешности.
— У меня не такой уж и большой выбор, Ятта, верно? — Она пожала плечами. — Либо я устраиваю скандал, либо ты. Но таким как ты всегда все прощают, а таким как я — никогда. Во мне растет ребенок с черным пламенем, которого мало того, что надо кормить и одевать, так еще и… это большая опасность для жизни.
Я нахмурилась. Беременность иртханятами с черным пламенем в нашем мире не то чтобы изученная тема. Банально потому, что иртханов с таким типом пламени очень мало: помимо нашей семьи и семьи Вайдхэнов в мире их больше нет. Когда-то в нашем мире вообще не было иртханов, а люди были вынуждены жить под землей, потому что драконы уничтожали любые наземные поселения. Но потом шаманы Пустынных земель начали вливать в себя кровь драконов, не все выживали, но те, кто выживал, получали способности зверя. Со временем это привело к возникновению сверхрасы, способной управлять драконами, разворачивать их, отдавать любые приказы, защищать земли от налетов. Так возникла наша раса, раса иртханов, которые аккурат до папиной реформы считалась в нашем мире господствующей. Благодаря первым иртханам люди вышли из-под земли, появились первые наземные поселки, а после и города.
Алый-огненный, синий-снежный, ледяной, зеленый-водный, золотой-пустынный — так в нашем мире распределялись цвета пламени иртханов, и у каждого были свои уникальные особенности. Черного пламени в мире не было, потому что до определенного момента до глубоководных фервернских (самый малоизученный и самый сильный вид драконов) никто не добирался. А тот, кто добирался… в общем, ничего хорошего с ними не происходило. До моего отца, матери и до Бенгарна Вайдхэна, отца Роа, глубоководные вообще не шли на контакт, они не подчинялись приказам даже сильнейших иртханов, каким бы пламенем они не были наделены. Так что в какой-то мере наши семьи были аномалиями. Равно как и Вэйд Гранхарсен с его объединенным фиолетовым пламенем.
Вэйд…
Я украдкой бросила взгляд на телефон, но сообщения от него по-прежнему не было.
* * *
Я буквально почувствовала обжигающий мою руку взгляд и поняла: кое о чем я все-таки не подумала. Ниса буравила смартфон взглядом в ожидании, что на него позвонит Роа. А еще она наверняка думала, что рано или поздно Роа появится вместе со мной на людях. Кормить ее резко расхотелось, как и сидеть рядом с ней. Она действительно собиралась спровоцировать скандал и сделать это на максималках. Мне стоило немаленьких усилий сдержать проснувшуюся внутри ярость и не выдать ей то, чего она так ждала. Ниса все отлично распланировала, и, я полагаю, она бы получила то, что хотела, если бы мы с Роа не расстались. Не говоря уже о том, как бы я себя чувствовала, если бы между нами реально были какие-то отношения, а не просто семейная договоренность.
— Роа не появится, — сухо сказала я, ругая себя за свою дурацкую сентиментальность и желание видеть в людях все только самое лучшее. — А тебе лучше уйти.
Ее глаза округлились. Нет, прости, а чего ты хотела?
— Вы с ним сейчас не видитесь? — с какой-то затаенной надеждой спросила она.
— Как я уже сказала, обсуждать с тобой это я не стану. — Я посмотрела на подошедшего официанта. — Заверните, пожалуйста, это с собой для эссы. К сожалению, ей уже пора уходить.
— Думаешь, твой статус поможет тебе стать счастливой? Ха! Подавись своими подачками, ларрка! — выплюнула она мне в лицо. А потом подхватила сумку и выбежала так быстро, что все-таки привлекла внимание.
Не говоря уже об официанте, который теперь не представлял, куда девать закуски.
— Поставьте тарелки, — попросила я. — Спасибо.
Официант явно был счастлив, что его не снесло волной женского противостояния, не говоря уже о том, что он не оказался втянут в международный скандал. Мне же оставалось только вернуться к салату, ругая себя за доверчивость. Впрочем, отец всегда оберегал меня от таких ситуаций, а я… я всегда считала, что это просто его зацикленность на безопасности. Что люди не могут меня ненавидеть просто за то, что я есть, за то, что я родилась не в трущобах, и мне не надо сводить концы с концами. За то, что у меня было то, что многие не смогут получить и за всю жизнь. Наверное, стоит ему сказать спасибо, что я столкнулась с таким лицом к лицу впервые в девятнадцать. Серьезно.
Я никогда не ставила себя выше окружающих. Никогда не тыкала никому в нос, что я — Ятта Хеллирия Ландерстерг, что мой отец — одна из самых влиятельных фигур на мировой политической арене, сильнейший иртхан Ферверна. Мне даже в голову не приходило, что я лучше кого-то просто потому, что я родилась в такой семье. Поэтому я с детства очень много училась, тренировалась и снова училась. Потому что мне всегда нужно было соответствовать. Идеалам. Правилам. Мировым стандартам. Я хотела всего добиться сама, в спорте, в учебе, везде…
Салат после такого разговора отказывался в меня лезть, но я все-таки съела все и, наплевав на здоровое питание, впихнула в себя еще полтарелки морепродуктов и частично сырную. Потом вернулась в номер и уселась смотреть фантастический сериал про мир, где нет никаких драконов. В этом мире активно развивались технологии, но до наших им все равно было далеко. Такие книги и фильмы стали популярны после нашумевшей истории Люси, оперную постановку по которой ставил Джерман Гранхарсен. Его же постановка — на этот раз уже вайшеррская экранизация про жизнь Теарин Ильеррской, спровоцировала интерес к древности и историям любви и интриг в антураже прошлого.
Я старалась отрешиться от неприятного разговора, который налип на кожу, как какая-то отвратительная некачественная бытовая липучка, но получалось плохо. Я то и дело смотрела на дисплей смартфона, думала про Вэйда. Хотела ему позвонить, но потом понимала, что он может быть занят, и снова откладывала смартфон.
В конце концов я выключила визор и наклеила себе очередную пластинку на сгиб локтя, чтобы поспать. Но поспать не удалось: я действительно чувствовала себя хорошо, вирус больше не требовал постоянно находиться в горизонтальном положении. Я сходила в душ, сделала укладку, не представляя, чем еще себя занять. Просто я привыкла постоянно находиться в движении, что-то делать — либо учиться, либо тренироваться. Вот такие расслабляющие дни в моей жизни случались крайне редко и сильно меня нервировали, примерно так же нервировал предстоящий разговор с отцом.