Циклы исторических романов. Компиляция. Книги 1-16 (СИ)
Они добрались до комнаты, в которую поселил виконт Жаккетту, отжали створку, просочились вовнутрь. Там было пусто и холодно. Очаг давно не топился, сиротливо висело одеяло на дверном проеме.
Перешли в комнату Жанны — та выглядела более жилой. Масрур, словно гончая, прополз по коврам, проверяя каждый клочок. И уверенно заявил по-арабски:
— Пахнет благовониями госпожи.
— Странно все это, — невозмутимо заметил рыжий пират. — Пусто тут как-то… Пойдем в покои хозяина, может, что поймем.
Длинной анфиладой они пошли к главному залу. Вокруг по-прежнему было безлюдно.
— Мерещится ли мне со страху или просто всякая чушь в голову лезет, — сказал рыжий пират Жерару, — но такое ощущение, что все живое в округе избегает теперь «Малой Ливии», как зачумленной.
— Да, похоже, — подтвердил Жерар.
— Иди-ка ты в арьергарде, а мы в авангарде, — попросил его рыжий. — Я страсть как не люблю нападений со спины, прикрой, ладно?
Масрур шагал по коврам мягко-мягко, как тигр.
Рыжий пират первым заглянул в главный зал, тот самый, с балдахином:
— Собственно говоря, понятно, почему все кинулись замаливать грехи. Тут пусто.
Они вошли в зал.
Парчовый балдахин по-прежнему висел над возвышением. Но вместо восточных, расшитых золотом подушек на помосте, накрытом роскошным персидским ковром, стояло грубое черное кресло с высокой спинкой.
Путь к креслу преграждали воткнутые в возвышение старинные мечи и копья, явно из фамильной коллекции хозяина. Десять штук.
И на каждую рукоять и древко были насажены черные, расписанные узорами черепа. Тоже из коллекции виконта.
* * *Убедившись, что «Малая Ливия» безлюдна и у обитателей замка действительно прорезалось небывалое молитвенное рвение, рыжий пират преспокойненько уселся на трон хозяина Шатолу и начал считать:
— Один разбился вдребезги о камни Аквитанского отеля. Два уехали в сундуке баронессы. Десять — здесь.
— Тринадцать черепов, — задумчиво заметил Жерар, осматривающий из окна замок. — Хозяин если за что берется, так всегда с размахом. Здесь сатанизмом пахнет, тринадцать как раз подходит.
— Черепа я вижу, — согласился рыжий пират. — А виконта не вижу. А где он?
— Черт его знает! — буркнул расстроенный Жерар.
— Давайте вернемся в коровник, — предложил рыжий пират. — И подумаем там, поблизости от выхода, над этой загадкой. Memento mori, конечно, впечатляет, но пора и честь знать.
Он обошел все черепа, осмотрел:
— Это мужской, а это женский, это снова мужской… На могильный склеп похоже. Пойдемте отсюда.
Они вернулись в комнату Жаккетты, выбрались наружу и покинули верхний двор Шатолу.
— То-то ребята в борделе гуляли, словно из преисподней выбрались, — заметил рыжий пират. — Тут, конечно, начнешь глушить пойло кружками или молиться до умопомрачения. И где он раздобыл столько мертвых голов?..
Когда они добрались до стога сена, где отдыхал десятник Дедье, то обнаружили, что он умудрился приподняться и обводит мутным взором окрестности:
— Хде я?
— Дома, дорогой господин Дедье, дома, — промурлыкал рыжий пират.
— П-почему эт-та?! — возмутился десятник. — Требую назад! Хозяин отпустил — чего это обратно дома?! Хочу в бордель! Там де-е-евочки…
— Хорошо, хорошо, — убедительно сказал рыжий. — Доставим. А где хозяин-то?
— Ккак хде? — покачиваясь, удивился десятник. Он сел и поднял палец вверх: — На кко-ко-ко-королевской свадьбе, вот хде! Прислали, позвали, в-о-о-о-о-о-о-т! Ой, голова болит…
— А поправьтесь, господин десятник, — рыжий пират протянул заветную фляжку, — полечите голову. А свадьба где?
— Снача-ла ты отпей! — недоверчиво сказал десятник. — Пей, я сказал!
— Как скажете, — рыжий пират отхлебнул из горла фляжки. — Прошу.
Десятник Дедье успокоился, отобрал фляжку и начал булькать. Затем уронил ее и захохотал:
— В з-замке Ланже, тс-тс-тс-тс, с-с-с-с-с-с! — и затряс пальцем. — Ссстрашная тайна! Хозяин домой — а его уж ждут, поехали, говорят, король без тебя никак не женится, молодой еще. Вот он и понесся, то есть отбыл, отбыл наш господин, доброго ему здоровьичка!
— А баба с ним?
— Эт-та которая поперек себя шире? — расплылся до ушей счастливый десятник. — Откормлена — ух! Ух! Ух-ух-ух!
Рыжий пират снова сунул ему фляжку с остатками вина, чтобы остановить уханье.
Десятник выпил и сказал:
— Баба с ним. А более я вам ничего не скажу, потому как вы враги!
Снова упал в сено и захрапел.
— Какие же мы враги, господин Дедье, — вздохнул рыжий пират, высвобождая флягу из рук десятника. — Мы ваши лучшие друзья, кто же еще кроме друзей вас обратно уволочет…
— Мы его обратно повезем? — не поверил Жерар. — Зачем?
— Зачем-зачем. А зачем человеку праздник портить? Все, что нужно, узнали. Вернем его в бордель — пусть он думает, что ему все приснилось. Вот только один вопросик меня мучает — в то, что виконт уехал, я верю. Но точно ли он забрал с собой госпожу Фатиму? Не спустил ее в какое-нибудь тюремное узилище?
— Это мы сейчас узнаем, — пообещал Жерар. — Тюрьма здесь, на нижнем дворе, в старом донжоне. Но я верю десятнику — господин виконт еще не наигрался, чтобы так просто свою узницу оставить. Слишком быстро его вызвали. Ждите меня здесь, я быстро проверю.
Он исчез.
Масрур молча двинулся за ним — чтобы подстраховать. Рыжий пират готовил лошадь десятника к обратному путешествию. Обращаясь не то к десятнику, не то к самому себе, он сказал:
— Похоже, служат длинную мессу по избавлению Шатолу от бедствий, я ведь прав, мой пьяный друг?..
— Аха, — неожиданно отозвался из сена десятник. — Ее, рродимую. Достали уже. Ссскоро ангельские крылья у всех отрастут. Тоска…
Жерар с Масруром вернулись с хорошими новостями — тюрьма пуста, открыта настежь. Можно ехать.
Захрапевшего десятника заново взвалили на лошадь.
— Хорошо, что мы фонарь не погасили, — заметил рыжий пират. — Давайте побыстрее свалим из этой обители скорби. Они же не могут весь день в церкви отсиживаться.
— Могут, — мрачно сказал Жерар, первым скрываясь в тайном ходе, уходящем вниз вдоль крепостной стены.
Он дошел до ворот, поднял горящий фонарь, освещая путь идущим позади.
Десятник Дедье поехал обратно к девочкам.
Подземные ворота Шатолу закрылись.
— Даже и не знаю, радоваться или печалиться, — заметил Жерар, запирая их.
— Радоваться, конечно, — посоветовал рыжий пират. — Ты снова побывал в Шатолу и уходишь живым. Да тут отплясывать от радости нужно.
— А госпожа Фатима?
— Мы знаем, что виконт привез ее в замок. И с ней же уехал в замок Ланже. Это тоже хорошо. Просто великолепно, я бы сказал.
— Этому пьянице понравилась госпожа, — заметил по-арабски Масрур. — Госпожа всем нравится.
— Она его поразила, это точно, — ответил ему по-арабски рыжий пират. — Видимо, виконта тоже…
И, передав повод Масруру, чтобы тот вывел лошадь с десятником из подземного хода, рыжий пират тихо сказал на ухо Жерару:
— Жаккетта рассказывала, как виконт гонял их по коврам в порыве страсти. Не удивлюсь, если сейчас ему пришлось в свою очередь улепетывать от госпожи Фатимы…
— Я все слышу, — заметил Масрур.
И добавил:
— Госпожа и не такое может, слава Аллаху.
Впереди засиял выход — светлое пятно в темноте.
* * *Опять была дорога через лес под низким небом. Снова брод.
Они ушли из города на рассвете, когда ворота только открывались, — и вернулись к закату.
Госпожа Перетта глазам своим не поверила, когда увидела, как господина Дедье, живого, хоть и слегка помятого, осыпанного сеном, заносят и складывают на то же самое место, с которого забрали ночью.
— Увы, дорогая госпожа Перетта, — снабдив свой грустный вздох монетой, объяснил рыжий пират, — накрылись мои мечты о повышении, как выяснилось, медным тазом.
— А чего так? — поинтересовалась сердобольная госпожа Перетта, пробуя монету на зуб.