В пепел

Пепел рванулся, но его тут же сграбастали за шиворот – дамочка была явно готова к подобному повороту. Демоны, да что ж такое! Второй раз за сегодня его хватают за воротник, как пса на сворку. Выбросить его нахрен, что ли?
– Сидеть! – опять же как собаке рявкнула ему блондинка, утверждая в мысли избавиться от долбаной рубахи.
– Да сижу уж, – полупридушенно прохрипел он. – Надеюсь, более серьезно посадить ты меня не планируешь?
– А есть за что? – с непритворным интересом полюбопытствовали в ответ.
– Нету! Чист аки ангел непорочный!
– А чего тогда запрыгал? Привычка?
– Да иди ты… – Пепел окончательно растерял веселость. – Ты кто вообще такая?
Она молча достала из кармана и положила на стол квадратик визитной карточки.
«Лаисса Нокс. Частный детектив».
Дари опять дернулся, на этот раз от неожиданности, и тут же понял: скрыть, что он грамотный не выйдет. Засветился, демоны его подери. Опять. Да что ж за день сегодня такой?!
– Именно, – подтвердила блондинка. – Детектив. А не воровка в поисках подручного, как ты себе, видать, намечтал. И теперь слушай внимательно, Эрдари. Сдается, кое-что может стать для тебя новостью. А потом подумаешь – тебе это по силам, я видела, и поговорим опять. Уже серьезно.
И он выслушал. Некоторые факты действительно оказались для него внове, но кое в чем смог даже поправить свою собеседницу. А в целом картина вышла совсем не радостная.
Два года назад Лаисса Нокс как раз закончила академию в Листере и только-только приехала в Праут. Все еще полная иллюзий и надежд кому-то что-то доказать. И убедить – женщины тоже могут работать в полиции, и вполне успешно. Громкое дело со зверским убийством проститутки оказалось для нее самым первым и, соответственно, самым запоминающимся. А если начистоту – то вообще единственным в таком качестве, потому что как раз после него Лаис из управления и вышибли, отправив на вольные хлеба. Нет, непосредственно к расследованию ее не допускали даже тогда, но по кабинетам ходило столько слухов, что достаточно было их просто сопоставить, а как раз это она умела делать прекрасно. Лучше многих.
Да, улик не нашли, следов тоже, но кое-что все же было. Например, через пару дней после смерти Лизы, загадочно пропал ее сын, Эрдари. Но ни сирота, ни его участь никого из коллег особо не заинтересовали. А еще день спустя, по его душу в бордель явились два господина, оставшихся сильно разочарованными тем, что мальчишка исчез. Вроде бы речь шла о каком-то наследстве… Странно, правда? У женщины, вынужденной работать проституткой, вдруг так кстати обнаруживается наследство. И плюс два прилагающихся к нему поверенных. Очень солидных поверенных, надо сказать. И упорных. Которые год потом продолжали везде совать носы и искать свою пропажу. Зачем бы? Но и это не вызвало вопросов у полицейских. Да мало ли? Может, им процент обещали с уплаченной суммы? Если найдут-таки кому ее уплатить…
– Дари, почему ты сбежал? – прервала она сама себя. – Тебя предупредили?
– Можно и так сказать, – он вытащил из кармана мешочек, развязал и высыпал на стол несколько костяшек. – Вот они и предупредили, да.
– Руны? Так ты у нас способный?
– Не особо. Но мать кое-чему научила.
– Она тоже умела?
– Вот она как раз и умела. А я так… По мелочи. Не чаще раза в неделю, не на себя, и лучше после хорошего поста.
– Так вот почему ты под лестницей два дня голодный сидел?
– Ага, – не стал отпираться он. – И высидел-таки.
– А может, наоборот, стоило остаться? Разобраться с этим наследством…
– Не стоило. Нет. Там все было… однозначно.
– Ладно, поняла. Тогда продолжим.
Так вот, самое главное, ходил упорный слух, что те же двое до этого год искали в столице… женщину с ребенком. Из рессов. То есть со старой кровью в жилах. И тоже вроде как не нашли, хотя она оказалась свидетелем чего-то крайне важного и усилий было приложено немерено. Или все-таки нашли? Но не в столице и слегка опоздав? Уже после того, как ее нашли другие? Те, кому повезло больше?
  
Лаис наклонилась, заглядывая Дари в глаза:
– Это же твоя мать, да? У нее была старая кровь? Выходит, кто-то ее все же вычислил? И убил? Для этого искали?
– Нет, – ответил Пепел после десятого вопроса, поняв, что так просто она все равно не отстанет. – Убийство – случайность. Просто в бордель заглянул кто-то из измененных. И ту самую кровь в ней почуял.
– Боги! – Лаисса прижала ладонь к губам. – Как же она тогда умирала?
– Ты знаешь! – зло ощерился мальчишка и уронил голову в сложенные ладони. – Весь город знает – неделю потом ходили туда пялиться.
Она с трудом удержалась, чтобы не тронуть его за белобрысый вихор. А потом решила, что правильнее будет продолжить:
– Выходит, кто-то сопоставил факты, сумел понять, что это было за убийство… и кого… А потом пришел за тобой?
– Выходит, – поднял тот на нее глаза. – Осталось выяснить кто.
– Лучше выяснить зачем. Что ты такого знаешь, Эрдари? А? Как только поймешь это, поймешь и кому ты нужен. Вернее, наоборот, не нужен.
– Дохрена я знаю, – вяло отмахнулся он. – Вот реально – дохрена. Так что выяснять, от чего конкретно припекло ту сволочь, та еще задача.
– Н-да…
– Слушай, не сопи. С той смерти два года прошло. Плакать мне уже не хочется. А вот убивать – да. До сих пор. Если поможешь мне с поисками, считай, я твой вечный должник. Идет?
– Дари, но ты же понимаешь, что… – начала было Лаис.
– Понимаю, – быстро перебил он ее. – И не прошу бросить все ради этого дела. Но, если вдруг… Где-нибудь… Случайно… Ты мне поможешь?
– Идет, – не сразу, но все-таки согласилась она. – И только если случайно. Специально лезть в это я не буду, понял?
– Другой разговор! – пусть не весело, но все-таки улыбнулся мальчишка.
Но потом посмотрел на Лаиссу со странным выражением, посомневался и все-таки спросил:
– Слушай, а ведь когда ты меня на площади пасла, то знать всего этого еще не могла, – Дари и сам не заметил, как перешел с ней на «ты». – Тогда зачем? Что тебе от меня нужно?
– Верно мыслишь, – похвалила она. – Я работала. Искала кое-что, к чему ты мог иметь отношение. Рассказать?
Пепел кивнул. Пауза ему была нужна, даже такая.
– Позавчера ночью из одного особняка в городе кое-что пропало. И кое-какие люди видели там Косого. А потом еще кое-кто видел, как этот Косой гонял, словно зайцев, двух мальчишек. Черненького и беленького. Понимаешь?
– Понял, ага. Так ты те письма ищешь? Сколько?
– Даже так… – озадачилась Лаис. – Действительно, умный мальчик, я не ошиблась. Читал?
– Сколько?
– Что «сколько»?
– Непонятно? Сколько я с этого буду иметь?
– А во сколько ты оцениваешь свою жизнь?
– Не, так дешево эти писульки стоить не могут.
Лаис рассмеялась:
– И правда. А сколько бы хотел?
– Половину с того, что получишь ты.
– Ага. Мальчик еще и жадный.
– Нет, просто умный – сама сказала. Без меня вообще ничего не получишь.
Она с полминуты испытующе смотрела на него, а потом улыбнулась:
– Двадцать процентов.
– Сорок, – тут же возразили ей.
– Двадцать. И перспективы дальнейшего сотрудничества.
– Идет, – он протянул ей грязную ладонь, которую Лаис пожала не поморщившись.
– Но письма мне нужны сегодня.
Дари кивнул:
– Легко. Только темноты дождемся. Сейчас я по городу не ходок.
– Как они вообще к вам попали?
– Банч подрезал бумажник у одного из людей Косого.
– Зачем? – непритворно удивилась Лаис.
– Да хрен знает? Это же Банч.
– И? – хмыкнула она.
– И мы все равно смогли удрать.
– Это я уже поняла. Что дальше? Ты их читал?
– Конечно. Вдруг там векселя. Или расписки.
– А там?
– Любовные писульки всего лишь. Шантаж, да?
– Дари, иногда сильно умным быть вредно.
– Ха! Быть умным всегда полезно. Иногда вредно это показывать. Но у нас ведь разговор по душам, нет?