В пепел

– Я тебе сейчас по шее накостыляю! – откликнулась маман. – Вместо разговоров. Неужто раньше не мог объявиться? Или тебе на мои нервы совсем плевать?
– Лура, у тебя нервов сроду не было, не примазывайся. Но я рад, что даже без них ты сумела за меня поволноваться.
И, сменив тон, Пепел продолжил уже серьезно:
– Пойдем же. Действительно есть разговор.
Та сделала незаметный знак отпуская охранника, бросила единственный взгляд на тех, с кем мальчишка пришел, вытащила из ящика своего стола звякнувшую связку и все-таки подошла к двери:
– Ну пойдем, раз так, – звеня ключами приоткрыла она контору, пропуская гостей вперед. – Поговорим. Догадываюсь даже о чем.
Жестом пригласив всех троих присаживаться на длинный, вдоль целой стены диван, хозяйка борделя умостилась за столом, теперь уже исключительно делового вида, и вопросительно посмотрела на гостей. На всех по очереди.
– Вы помните как звали тех поверенных, – начала Лаис, – которые разыскивали Эрдари?
Лура молча открыла один из ящиков, порылась там и так же молча выложила на столешницу квадратик визитной карточки.
– Можно забрать? – вставая поинтересовалась Лаис.
– Да на здоровье, – откликнулась та. – Наследство-то не мое.
А потом пристально посмотрела на Пепла и добавила:
– Только не знаю, и твое ли? Я бы трижды подумала, прежде чем это проверять. Мутное дело. Задницей чую.
– А мне трижды не надо, – ответил Дари. – Мне и одного раза достаточно, чтобы понять – от этой мути смердит за версту. И отнюдь не дармовыми пряниками.
Маман кивнула, соглашаясь. И тут же уточнила:
– А теперь, небось, о смерти Лизы спросишь?
– Нет. Сразу об убийце. Ты ведь его видела, Лура?
– Видела, – согласилась она.
Скрывать хозяйке борделя было нечего. По крайней мере в этом деле. К тому же с той злополучной ночи два года прошло, все давно быльем поросло. Поэтому она была откровенна, и на вопросы отвечала не задумываясь:
– Конечно видела, ведь платят за девочек всегда мне. Как выглядел? Да обычно выглядел. Ну в плаще, ну в капюшоне – так и погода тогда зимняя стояла. Может замерз настолько, что даже в гостиной снимать не стал, а может и другая причина была, я не спрашивала. У нас же заведение своеобразное, иногда и так делают. Мы не возражаем, ни лиц открывать, ни документов предъявлять не требуем. Нет, ничем он особо не выделялся.
– Лура, – спросил Пепел, – а если я скажу, что это был измененный?
Та выдохнула сквозь зубы, остро глянула сначала на него, потом на Ретена, явно что-то сопоставила и согласилась:
– Может и так. Но тогда Лизу он убил, потому, что учуял?.. – не договорив, она вопросительно посмотрела именно на Ретена.
– Да, – подтвердил он ей. – Вы правильно догадались. Старая кровь.
– Что ж, тогда действительно возможно. Вы же знаете, это… эти пока ту самую кровь не почуют совсем как люди. Вот и в тот вечер тоже. Сказал, что со станции дилижансов к нам пришел. Ну с той, что рядом с нами. Там ему наше заведение и порекомендовали. Сразу пачку кредитов на стол мне бросил. Просил сначала молоденькую девочку, хорошо бы невинную, но потом согласился на Лизу. Как на лучшее, что у нас есть. Нормально с ней поговорил, нормально ушел наверх. И потом все тихо было. Н-да… Утром только ее нашли, из-под порога красным натекло. А его и следа уже не было. Как ушел, куда – никто не видел.
Пепел, стараясь хоть как-то отгородиться от этих подробностей, глянул на Лаис. И заметил, что она слушает монолог бордель-маман очень внимательно, явно пытаясь нюхом уловить зацепку. Пару раз переглядывалась с Ретеном, тот, в свою очередь, понятливо отмахивал ресницами, что женщина не врет. Но в итоге Дари решил, что даже ей вряд ли удастся выцепить из этого рассказа интересное. После толп легавых, которые пронеслись по заведению два года назад, найти хоть что-то упущенное ими нереально. Тем не менее, девушка смогла его удивить.
– Лура, – вдруг медленно проговорила Лаисса, – а ведь полицейским вы не сказали, откуда он пришел?
– Не сказала, – откликнулась та. – Зачем? Знают они там не больше нашего, а подставлять партнеров… невыгодно, в общем. Кто к нам своих постояльцев тогда отправит, если мы их сдавать начнем?
  
– Понятно. Почтовая станция, значит. С дилижансами. Дари, покажешь?
Тот согласно мотнул головой, теперь не сводя глаз с мамы Луры. Он вообще притих, как только перешагнул порог конторы, потому, что чувствовал себя так, будто и не было этих двух лет. В борделе не изменился даже запах – смесь дешевых духов, дорогого алкоголя и пригорелой капусты. И женщина, сидевшая напротив, ни капли не изменилась – он не мог оторвать от нее взгляд. Словно ждал, что сейчас она встанет и кликнет его мать. А та спустится к ним, как ни в чем не бывало…
– Эрдари, почему ты ушел? – Лура, заметила это внимание и, не зная того, повторила вчерашний вопрос Лаиссы.
Пепел в ответ, как и вчера, достал и выложил на стол мешочек с рунами. Опять же молча.
– Лизины? – и дождавшись от него кивка, продолжила: – Она для меня иногда кидала.
– Если нужно… – замялся Дари, – в общем, я тоже могу. Если очень нужно. Кинуть?
– Да нет, не стоит. Важного вроде не жду, а как вас после этого корежит видела, особенно таких как ты, слабеньких. Но за предложение спасибо. Считай, оценила.
И вдруг неожиданно стремительно встала, шагнула из-за стола и подняла ему подбородок, впившись в глаза:
– Что ты тогда увидел?
Дурить и переспрашивать Пепел не стал. Когда – тогда и так ясно. Высвободившись из ее пальцев он глухо ответил:
– Смерть. И огонь.
– Понятно, – так же глухо ответила Лура. – И ведь гадал ты не на себя, на себя вы не можете. На заведение?
– Да, – подтвердил он. – Сначала на бордель. А потом еще и на тебя, мама Лура. И оба раза одно и тоже. Если я здесь останусь.
– Ну что ж, – вдруг повеселела маман, – значит я твоя должница. Будем считать так. Когда начнете расспрашивать на почтовой станции, сразу найдите Лантера. А ему скажите, что вы от меня и передайте вот это. Все, что знает, он вам расскажет.
На стол лег второй кусочек картона, так же как и первый быстро канувший в сумочку Лаис.
– Спасибо за помощь. И еще одно… – начала было девушка, но ее прервали.
– Вас здесь не было, понимаю. И про язык за зубами кого нужно предупрежу. Но выходить лучше не через парадный вход, а через заднюю дверь, Эрдари покажет где. Не забыл еще?
– Мама Лура, – снова повеселел мальчишка, – как можно? У тебя тут все совершенно незабываемо! Особенно девочки.
– Иди уж, охламон, – и незаметно сделала ему вслед жест, отвращающий несчастья. – Иди. Потом обязательно вернешься и расскажешь, чем все закончилось.
 
Глава восьмая
 
Выскользнув через черный ход борделя, они оказались фактически на задворках почтовой станции. Пепел ловко преодолел пару заборов и с обратной стороны открыл калитку остальным. Пройдя мимо конюшен, где обихаживали почтовых лошадей, они вышли к ресторанчику в здании самой станции.
– Можно и пожрать заодно, – принюхался Пепел к запахам, идущим оттуда. – Вроде неплохо должно быть.
– Можно, – согласилась Лаис, Ретен молча кивнул.
Заглянув в обеденный зал, они оценили приятный полумрак и практически полное отсутствие посетителей, устроились за дальним столиком в углу и Ретен позвал жестом подавальщика. Особых изысков меню не предлагало, не то это было место, но еда оказалась сытной и действительно вкусной – ребрышки в горчичном соусе удались на славу. Закончив со своей порцией, Пепел рванул на разведку – выяснять, кто такой Лантер и где его можно найти. И уже буквально через пяток минут вернулся в сопровождении седого как лунь старика:
– Знакомьтесь, Эйнс Лантер. Здешний старожил и по совместительству конюх, – тут же просветил он остальных.
– Присаживайтесь, – Ретен указал тому на свободный стул. – Пожалуйста.
– И зачем бы я вам понадобился? – остро глянул на него дед, тем не менее принимая приглашение.