"Фантастика 2025-187". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)
— Посмотри на себя, ты ведь как младенец, — издевалась голова. — У тебя нет шансов выбраться отсюда в одиночку. Одна голова – хорошо, а две – ещё лучше. Но в нашем случае голова одна на двоих, и явно не твоя.
Магнитные поля живых существ, их едва уловимые индукционные токи – каким-то образом я чувствовала людей, догадывалась о том, что они уже собирались рядом с помещением. Сверху, снизу, по сторонам – некоторые двигались мимо, другие приближались. Меня окружали. Пытались загнать в угол.
— Иногда нужно занять чью-то сторону, — сообщила София через репродуктор. — Иногда непонятно, что делать дальше. В такие моменты мы обращаемся к памяти, собираем в единое целое картинку из того, что помним. Склеиваем лоскуты прошедших дней. Места, где когда-то были… Олинала, Москва, Порт-Лигат, Асканий, Пирос…
— Всё это пустой звук, — ответила я. — Я помню какие-то вспышки ярких событий, как редкие острова над водой, но тебя там нет. Ты – ложь!
— Острова над водой? — задумчиво протянула София. — Интересную ассоциацию можно было бы построить. Иногда ассоциация – это маяк, ведущий нас в правильном направлении… Ты вспоминаешь маяк?
— Нет, — отрезала я.
Голова с чёрными глазами, изучая, казалось, мою душу, вопросила:
— А что вообще из прошлого ты помнишь? Меня? Может быть, нашу интернатскую Анютку? Или тех подонков, что перебили наших ребят, а потом забрали оставшихся?
В поле зрения вплыл небольшой кусочек картона. Словно пёрышко, вильнул перед глазами и упал в рефлекторно протянутую ладонь. Я не почувствовала касания. С фотографии на меня смотрели трое. Всё новые далёкие воспоминания пробуждались при виде запылённых фермеров – старика, девчонку с протезами в синем комбинезоне и высокого загорелого повесу. Марк Сантино.
Движение с той стороны стены замерло, а я подняла глаза вверх. Раскуроченный многофункциональный робот выжидающе смотрел на меня окуляром камеры.
— Я помню Пирос, Марка и дядю Алехандро, — ответила я и опустила взгляд – фотографии уже не было, невесомая голограмма исчезла. — Помню Каптейн и друзей из интерната. Но тебя там не было. Тебя не было нигде, и я тебе не верю!
— Всё правильно, ты идёшь от начала к концу, — терпеливо увещевала София. — Ты восстанавливаешься. Но у нас больше нет времени. Мне нужен твой ответ. Ты в деле?
— Мой ответ – нет.
София отчётливо вздохнула и сдавленно проговорила:
— Что ж, если ты не хочешь себе помочь, тогда никто другой не в силах.
Спустя мгновение над самым ухом разорвался воздух…
Глава VI. Свободное падение
Перекошенная дверь лопнула, как мыльный пузырь, сметая импровизированную баррикаду из капсул и отбрасывая меня взрывной волной. Контейнеры полетели в разные стороны, а вместилище Веры едва не сорвалось с крепления от звонкого удара по касательной. Полупрозрачный клуб дыма, дохнувший в лицо жаром, стремительно растворялся и наконец втянулся в потолок системой дымоудаления.
— Вниманию персонала! — запоздало проснулся Ной после моих недавних метательных упражнений. — Нарушение целостности лаборатории номер шесть! Угроза первой степени! Всему персоналу – немедленно покинуть лабораторию для автоматической утилизации образцов!
Я ничком лежала после удара о стену, который приняли на себя мехапротезы. Спустя секунду на фоне дыры со стальными изорванными краями появилась невысокая фигура, искусно выточенная из ткани-хамелеона. Над защитной полумаской сверкнули карие немигающие глаза, а в руке, отведённой чуть в сторону, облачённая в плотный боевой костюм женщина держала серебристый, почти невидимый предмет.
— Нарушение инструкций безопасности при утилизации! — настойчиво вещала машина со всех сторон. — Всему персоналу – немедленно покинуть…
— Ной, отставить! — рявкнула девушка. — Особо ценный образец!
Силовая ткань-хамелеон таяла на глазах, от ног в силовых ботинках вверх, вдоль изгибов бёдер. София, уже наполовину растворившись в воздухе, звонко сообщила:
— Пойми же наконец, Лиза, иногда правильный выбор только один! Сколько ещё последних шансов я должна тебе дать?!
Девушка сделала движение, опуская на глаза верхнюю полумаску, и исчезла совсем. Я перестала чувствовать её даже сквозь внутренний фильтр, но рефлексы в адреналиновом шторму сработали моментально и швырнули меня за Верину капсулу. Я оказалась лицом к лицу с выпученной головой и укрылась как раз вовремя – застучали по металлу иглы снарядов, зазвенели крохотные ампулы с транквилизатором, отскакивая от капсулы и биотитана ног на пол. Через мгновение сквозь дверной проём стремительно ворвалась пара плоских, словно тарелки, беспилотников.
— После того, как ты уснёшь, — крикнула она, и её голос эхом напрыгнул на меня со всех сторон, — мне придётся вернуть тебя в капсулу, чтобы ты не наломала дров!
Значит, я нужна ей живой…
Едва я успела это додумать, как сбоку возник и вильнул в воздухе один из дронов, а в помещении их гудело уже полдюжины. Автоматы заходили с разных сторон, окружая полукольцом. Вера приоткрыла рот и собралась что-то сказать, но моё тело уже знало, что делать.
Зажмурившись, я сняла с внутренней стороны века окружающую обстановку. Время кратно замедлилось, почти остановилось. Я вскинула живую руку, и прямо на отпечатке комнаты, словно на круговой школьной доске, росчерком взгляда вздёрнулись в воздух разбросанные по комнате щупальца робота-хирурга. Беспорядочно взметнулись вверх, раскручиваясь и звонко колотя по всему, что попадёт под хлыст, и зарыскали по воздуху стальным ураганом.
Загрохотал по полу дрон, сбитый и отброшенный в сторону. Другие, уже захваченные танцем железного вихря, натужно гудели моторами, силясь вырваться. Словно лезвия мясорубки, металлические предметы метались по помещению, колотясь в стены, капсулы, шваркаясь о пол. Один из жгутов хлёстко стегнул воздух, и сбоку мелькнул скрытый маскировкой силуэт. Вот она!
Стремительной змеёй метнулась к шее палка с электродом, и моя рука незримым движением неосязаемой дубины наотмашь смела что-то невидимое. Воздух завибрировал, формируя проступающий силуэт. Сбитая с ног, она откатилась по полу, и на долю секунды проступила плёнкой искажённого воздуха, прежде чем исчезнуть вновь.
Змеиный бросок – в этот раз моего взгляда и сжатого кулака – подцепил одну из лежащих за ней капсул и дёрнул к себе. Неожиданный удар по ногам опрокинул Софию на пол – я увидела лишь, как сдвинулась одна из беспорядочно разбросанных капсул.
— Почему я её не вижу?! — выпалила я.
— Костюм экранирует видимые и сверхдлинные волны! — с плохо скрываемым волнением поёжилась голова.
— Сердцебиение… — догадалась я.
— Именно! — проскрипела Вера. — Скорее, забирай меня и уходим отсюда!
— Да куда уходим-то?! Выход вон там, а за ним нас уже встречают!
— Так сделай второй! Ты теперь и не такое можешь!
А ведь она права. Лицо горело от ползущей по щекам крови, но я отчётливо понимала – сейчас мне под силу свернуть горы. Главное – не открывать глаза и не терять концентрацию.
Встающую с пола Софию я заметила лишь по полоске рассечения, обнажавшей быструю оранжевую пульсацию. Сразу же туда метнулась ещё одна капсула. Второй взмах рукой, полупрозрачная рябь маск-костюма – и девушка, перекатившись, ловко увернулась от тяжёлого снаряда. Силуэт пропал, а следом туда обрушился новый контейнер, опрокидывая невидимку на пол и выигрывая для меня спасительные доли секунды.
«Схватив» первое попавшееся стальное щупальце, я с разгона вонзила его наконечник туда, где должно было быть тело моей тюремщицы, придавленное тяжёлой ношей. Послышался приглушённый вскрик. Вот и она – прямо передо мной. А между нами – изготовившиеся к броску стальные змеи. Чутьём я ощущала спокойный взгляд невидимки, замершей в ожидании очередного конца.
«Семьдесят седьмая смерть… Я всё гадала, какой она будет», — произнесла она безмолвно.
Что-то – то ли пойманный отблеск мысли, то ли беспомощность врага, – остановило меня, и металлические щупальца со звоном рухнули на пол.