"Фантастика 2025-187". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)
Ну уж нет! Я не позволю тебе одержать победу во второй раз, чёрная душа!
Мобилизовав все силы, что у меня были, я уцепилась рукой за выступ в стене и перевернулась на спину. Ионный резонатор оглушительно жахнул целым залпом плазменных сгустков – и один из них достиг цели, с хлопком разорвавшись на чёрном костюме, оплавляя искрящуюся брешь. Использовав её замешательство, я изо всех сил толкнула её ногой в живот и вскочила на ноги.
Боль разливалась по телу, чудовищная усталость и слабость наваливались сверху, наливая голову свинцом, примешивая к искрам перед глазами тёмные круги. Сейчас! Сейчас или никогда!
Вновь вспыхнул резак, забирая остатки жизненной энергии, я приготовилась к выпаду, и в ту же секунду что-то прилетело из полутьмы, ослепляющим ударом в голову опрокидывая меня на пол возле самого выхода из корабля. Лоб будто разорвался на части, рядом со звоном грохнулось что-то тяжёлое, и я попыталась перевернуться на живот, чтобы встать.
Грузная масса опустилась мне на бок, впиваясь коленом в рёбра, мощная хватка стиснула предплечье, раздирая так и не зажившее после укуса плечо, и руку дёрнули вверх. Неистовая вспышка боли, мой отчаянный крик – и я балансирую на грани потери сознания.
— Какой хорошей игрушкой ты успела обзавестись! — раздалось над ухом оскаленное змеиное шипение. — Как жаль, что тебе придётся с ней расстаться!
— Я поджарю тебя, мерзкое отродье! — с ненавистью процедила я. — Уничтожу!
Резак вновь полыхает, озаряя полутьму, с размаху окуная слабеющее тело в мутные воды бессилия, и вдруг мощный хват срывает руку, со скрежетом выламывая её из сустава. В живом плече надорвалось, душераздирающая боль сдавила горло в тисках – до того сильная, что я не смогла даже пискнуть, – и через мгновение собственный плазменный факел с шипением впился мне в бок. Последние силы моментально ушли, покинули меня вместе с приходом болевого шока, и яркая белая поволока встала перед глазами, смешиваясь с запахом палёного мяса.
Выключить! Я не могу выключить… Не могу…
Оседлавшее меня существо шевелило факел, тормоша, выворачивая наизнанку шипящие потроха. И вдруг что-то случилось. Вера отвлеклась и посмотрела куда-то поверх меня, чёрные глаза её расширились.
Оглушительным басовитым грохотом в раскалённое добела сознание ворвались, продрались отрывистые выстрелы – один за другим, – а в грудь Веры, выбивая искры и ошмётки синтетики пополам с биосталью, забрызгивая меня горячей синткровью, вгрызся крупнокалиберный снаряд, и ещё один, и ещё…
Её буквально сдуло с меня, отшвырнуло назад, в глубь корабля, звонко грохотнуло о стену, и в этот момент я увидела ангела. В дрожащем и свистящем мареве, среди воя сирен и запаха гари, предо мной стоял силуэт, изнутри озарённый светом. Два серебряных крыла сияющими опахалами вздымались из-за его спины.
Ангел взмахнул крылами и бросился вперёд, ко мне – моя Софи в одну секунду оказалась рядом. Позади неё, прямо напротив входного люка, с опущенным вниз дымящимся стволом на мощных ногах присел «Анкилон», а на лбу Софи на ремешках висело устройство, напоминавшее очки виртуальной реальности.
На сетчатке глаза нервно замигала нежданная надпись:
«Состояние пользователя критическое. Аварийное отключение резонатора. Срочно пополнить запас энергии!»
И резак наконец потух.
Мой нежный ангел, моя Софи нависала надо мной, её мокрые карие глаза шарили по моему лицу, руки гладили мои слипшиеся волосы, а её ласковый дрожащий голос лепетал:
— Всё будет хорошо… Дыши, пожалуйста, дыши глубоко…
— Ты спасла меня… — Я отчаянно ликовала, созерцая божественное существо пред собою. — Ты пришла, мой ангел…
— Подожди… — Её дрожащие руки кружили надо мной, не зная, к чему притронуться, какую рану заживить. — Погоди, я сейчас, найду что-нибудь… Ты только полежи, не двигайся!
Она скрылась в коридоре. Волны слепящей боли в океане страданий бились о берег разума, накатывали одна за другой, в лицо бил распалявшийся ветер, с воем уходящий из ангара сквозь дыру в бездну. Где-то в отдалении громыхнуло, тусклая вспышка пробежала по каменной пещере. Из тёмного нутра корабля слышался стук падающих предметов, звон стекла, шорох какой-то ткани.
— Да где же эта чёртова аптечка?! — со смесью отчаяния и злости выкрикнула Софи.
— Левый шкаф, в самом верху! — донёсся хриплый голос Василия. — Вот же мерзкая зараза… Как печень рвёт… Стар я уже, чтобы на киборгов в рукопашную лезть… Кто-нибудь, задрайте люк, снаружи уже что-то горит!
Зажмурившись, я попыталась встать, чтобы закрыть корабельный шлюз – чтобы моим друзьям было чем дышать, когда весь воздух выйдет из каменного чрева базы. Тело моё меня не слушалось – с помощью уцелевшей руки я лишь смогла приподняться на четвереньки и полулёжа привалиться к стене.
Вторая рука, вырванная из живого, онемевшего до поры плечевого сустава, страшным безвольным куском металла свисала на толстом пучке проводов, бордовых кровеносных патрубков и сухожилий. Из раны сочилась кровь, тонкими ручейками сползая по биостали на грязный корабельный пол. Сверкнула и тут же потухла в голове случайная мысль – бедная моя, невезучая рука… Как же ей достаётся в последнее время…
Проснулись, загудели, раскручиваясь, двигатели «Р-13», прошибая тело лихорадочной вибрацией. Колючий ком подкатил к горлу, вырвавшись хриплым кашлем и пульсирующей резью в груди. Рот моментально наполнился металлическим привкусом крови – она поднималась снизу, из пищевода с каждой попыткой сипло выдохнуть застрявший внутри меня игольчатый сгусток.
Я утёрла рукой рот, оставив на механических пальцах кровавую пену. Взглянула вниз, на живот, и замерла в леденящей оторопи, не веря своим глазам – как-то совсем неестественно и страшно выглядела сквозная чёрная обугленная дыра в боку, через которую вялыми, неспешными толчками выходила бордовая жизнь…
Вернулась Софи. Грохнула кулаком по кнопке возле шлюза, и стальной люк неторопливо пополз вниз. Рухнула рядом со мной на колени, вскрыла аптечку и высыпала её содержимое на пол. Снаружи жалобно и протяжно заскрежетал металл, корабль тряхнуло, а я, оторвав наконец взгляд от чёрного отверстия в жёлтом скафандре, посмотрела на Софи. Боль в деревенеющем теле вновь отступала, всё расплывалось перед глазами, и безумно хотелось спать.
Дрожащими пальцами ангел вскрывал какие-то упаковки. Ампулы, тихонько звеня, падали на металлическую сетку пола. Я попыталась протянуть руку, чтобы коснуться драгоценного лица Софии, но не смогла.
— Какая ирония, — просипела я. — Меня спасала мудрость, а убила вера…
— Никто тебя не убил! — рявкнула Софи. — Мы всё исправим и поставим тебя на ноги!
Тело отдавало последние резервы – те, что открывают второе и финальное дыхание для завершающего рывка. Но я уже сделала свой рывок, выполнила предназначение, отомстила, пусть и с чужой помощью – с Верой покончено, и мои друзья спасены. Впрочем, жизнь – опасная вещь, я успела в этом убедиться. Кому-то всегда приходится её отдавать.
Кто-то однажды сказал: жив тот, кто готов умереть в бою… Глупость? А я бы добавила – жив тот, кто готов в бою отдать жизнь за дружбу и за любовь.
— Теперь всё не напрасно, — еле слышно прохрипела я. — Я люблю тебя, моя Софи… Люблю…
— Ты нашла самый подходящий момент для признаний?! — крикнула она, и слёзы ручьями потекли по её грязным щекам. — Смотри на меня, не смей закрывать глаза! Даже не вздумай!
Она с размаху вогнала колючую ампулу мне в шею. По телу тут же покатилась тёплая волна блаженства, затмевая боль. Я изо всех сил старалась не закрывать глаза. И не было момента для признания лучше, чем сейчас. Только теперь, моя Софи, когда я почти освободилась от тебя, я могу признаться. Себе. И сказать это тебе, вслух – потому что уже не страшно.
Почему всё не так, как мне хотелось?
Мы же так мечтали быть вместе, хотели сбежать от всего мира туда, где нас никто не найдёт, построить собственный мир. Но он с самого начала был обречён остаться руинами. Ведь мы не строили – мы цеплялись друг за друга, как утопающие. Ты называла это любовью, а я… Я просто хотела быть с тобой, моя Софи, до самого конца времён…