"Фантастика 2025-187". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)
Василий устало протёр глаза и сказал:
— Ну, кому суждено утонуть – того не повесят. Может, кривая и выведет, так что давайте не вешать нос. Кто-нибудь хочет горячительного? Подустал я что-то, надо бы горло промочить…
Я ответила отказом, а Софи, увидев вынутую откуда-то стеклянную бутыль с прозрачной жидкостью, поморщилась и спросила:
— Как это вообще можно пить?
— Вопрос хороший, но несвоевременный, — заявил Вася. — Своевременный вопрос: как это пить правильно?
Капитан открутил пробку и занёс бутыль над металлической кружкой.
Внезапно оглушительно, на всю рубку затрещал звук оповещения, на коммуникаторе вспыхнула и замерцала лампочка входящего радиосигнала. Василий замер, я опешила и уставилась на Софи, которая поглядывала то на меня, то на Василия, то на мигающий пульт. И снова на меня, на пульт и на Василия, который наконец нарушил повисшее молчание:
— Ну, сними трубочку, Софочка. Не сиди как пень…
Включив приём, Софи, слегка запинаясь, отрапортовала:
— Система-Ресурс, разведчик тринадцать… Э-э-э… Тридцать девять, слушаю вас.
Раздался чистейший, нисколько не искажённый помехами женский голос:
— Вот вы и попались. Думали скрыться от моего всевидящего ока?
В ту же секунду за обтекателем полыхнула вспышка. Справа и чуть спереди, вращаясь вокруг нас вместе с искрами звёзд, пространство будто бы вспучилось, искривилось, а вокруг вялыми и ленивыми молниями поползли волны электронных возмущений. Я вертела головой и безуспешно попыталась уследить за причудливыми переливами, пока в конечном счёте не сообразила ударить по кнопке стабилизации движения.
Несколько секунд перегрузки – и корабль прекратил вращаться и приобрёл устойчивость, а прямо над нами, метрах в трёхстах, повисла длинная, серебристая, до боли знакомая корма звездолёта. Первой опомнилась Софи и закричала в коммуникатор:
— Капитан Юмашева, вы нас хотите со свету сжить?! Зачем же так пугать?!
— Имею на то полное моральное право. — Из динамика раздался смешок. — Скажите спасибо, что не поджарила за присвоение секретной информации, а то ведь могла бы, и никто бы слова не сказал. А теперь рассказывайте, кто в экипаже, и куда вы летите! Впрочем, куда – мне уже известно…
— Нас трое, — отозвался Василий. — Я, София и Лиза.
— Вот как… Контрабандистов подвезти решили, значит? — протянула Диана Юмашева. — Ну, здравствуй, Елизавета. Не ожидала встретить тебя вновь, но, как выясняется, мир намного теснее, чем кажется.
Холодный пот прошиб спину, я почувствовала себя в ловушке. После происшествия на пляже меня одолевали догадки одна хлеще другой. Спецназ, посланный ликвидировать террористов, появился неспроста, и всё это прямо указывало на «Фидес» и его миссию, после которой нас, вероятно, и взяли в оборот.
— Диана, скажи честно, — попросила я в воцарившейся тишине. — Почему нас пытались убить спецназовцы ГСБ? Это твоих рук дело? Из-за того, что мы вынесли с корабля копию данных? Или из-за той беседы с андроидом, информация о которой просочилась в прессу?
— Вас пытались убить? Вот как… — протянула Диана, переваривая услышанное. — Я клянусь – мне об этом ничего неизвестно. Я лишь знаю о том, что Ионова подставил «сливной бачок» – иначе невозможно объяснить, как секретная информация попала к журналистам. Но это уже не наша забота…
Любая крупная структура полнилась кротами, в ней всегда находились «сливные бачки», через которые заинтересованные силы целенаправленно выпускали информацию в публичное поле. И в любой структуре – тем более, в такой большой, как Галактическая Служба Безопасности, – действовали разнонаправленные силы. Порой в одном и том же деле разные комитеты ставили себе диаметрально противоположные задачи – как это было, например, в случае с «карманными партизанами» на Каптейне, когда один подкомитет вооружал повстанцев, а другой – помогал Комендатуре с ними бороться.
Политические игрища спецслужб всегда были грязным делом – они порой напоминали суету неразумного пятилетнего ребёнка, который, не заботясь о последствиях, играет в солдатиков и стравливает одну пластиковую армию с другой. Только в этой схватке гибли реальные люди – в конечном счёте ради того, чтобы чей-то кошелёк стал ещё тяжелее…
Голос Юмашевой звучал искренне. Она была порядочным человеком – я это знала. Я ей верила, отчаянно хотела верить. Поэтому сейчас, после того как нам удалось чудом скрыться от преследователей, я решила спустить на тормозах тему покушения и появления долговязого чудовища в чёрных очках. Потерянная было надежда вновь забрезжила робким светом в конце туннеля. Мы были не одни – и от этого становилось намного легче.
— Я рада, что ты с нами, Диана, — сказала я. — Вижу, вы тоже время зря не теряли.
— Вообще-то, можно было бы сделать всё намного быстрее, потому что расшифрованные данные у нас были ещё три дня назад, но ты понимаешь… Бюрократия – она везде и всегда одинакова, — вздохнула капитан «Фидеса». — Впрочем, мы вас догнали не просто так. Нам надо кое-что обсудить. Предлагаю сделать остановку и встретиться на моём корабле. Заходите в гости…
Коммуникатор пиликнул, отключившись.
— Ну, в гости – так в гости, — пробормотал Василий и запустил процедуру торможения.
Мы переглянулись. В глазах Софи читалась та же смесь облегчения и тревоги. Приближался поворотный момент – и от него теперь зависело всё. Выбравшись из рубки и цепляясь за поручни вдоль коридора, мы направились в подсобное помещение, где нас ждали жёлтые скафандры геологоразведчиков…
* * *
… Люк переходного шлюза распахнулся, и прямо перед носом я увидела уходящий вдаль округлый гладкий стыковочный туннель «Фидеса», присосавшийся к боку «Р-13-39». С той стороны отчётливо проявилось круглое отверстие люка, и массивное серебристое блюдце сдвинулось вбок. В полутьме отверстия показался один из членов экипажа и махнул нам рукой. Из коммуникатора раздался знакомый – не очень-то, впрочем, насыщенный энтузиазмом, – голос Райкера:
— Добро пожаловать на борт. Извините, что без ковровой дорожки – работаем по-спартански, персонала не хватает…
— Давайте, девоньки, — сказал Василий, деликатно подталкивая меня в спину. — Я тут останусь, буду принимать вас обратно на борт. Да и какой капитан покидает своё судно во время полёта?
Бывший начальник охраны лаборатории, похоже, уже вжился в роль капитана пусть и не самого лучшего корабля в Секторе, зато своего собственного.
Цепляясь за многочисленные ручки и поручни, мы с Софи нырнули в длинный туннель, и вскоре оказались на той стороне. Василий убедился, что мы добрались до «Фидеса», отсалютовал нам и закрыл шлюзовой люк «Разведчика». Кислородная камера захлопнулась, отделяя нас от туннеля. Минута стабилизации давления – и вот мы уже в знакомом и почти родном ангаре.
На меня нахлынул приступ ностальгии, словно бы случившееся на «Фидесе» произошло уже давным-давно. Почему так? Наверное, космические перелёты играют с нами злую шутку, лишая ощущения времени, сбивая внутренние часы с толку. А может быть, во всём виновата слишком частая и резкая смена обстановки…
Возле массивного стеллажа с ящиками, на продолговатом зелёном контейнере, закреплённом тросами к полу, скрестив руки сидела капитан Юмашева. Её распущенные гладкие светлые волосы, контрастировавшие со смуглым лицом, ниспадали на плечи, сине-чёрный мундир был как всегда опрятен и сидел на ней идеально. Нисколько не изменившись с нашей последней встречи, она оглядела с ног до головы сначала меня, потом Софи.
— Прошу присаживаться. — Она сделала движение, указав рукой рядом с собой.
Мы послушались и на соседнем контейнере устроились поудобнее, насколько это было возможно в скафандрах, а Диана встала напротив нас и сообщила:
— Признаться, неожиданная встреча оказалась очень кстати, поэтому наш продуманный план, утверждённый самим вице-адмиралом Крючковым, мы с вами немного изменим.
Софи затаила дыхание, а Диана, по привычке заложив руки за спину, принялась прохаживаться взад-вперёд.