Антология литературы православных арабов. Т. 1. История
136. Патриарх Кирилл.
Был у него брат Кирилл, бывший тогда митрополитом Хаурана с именем Косма. И явился он в Триполи, где заручился помощью христианина хаджи Сулаймана, кяхьи паши триполийского Йусуф–паши Абу Сайфа[629], который разослал послания[630] митрополиту Хамы Симеону, митрополиту Хомса Лазарю и епископу аль–Хусна Дионисию, и доставил их силой в Триполи и повелел сделать Кирилла патриархом. И рукоположили они его в селении Амйун[631], что в земле триполийской. И произошло это воскресным днем в Неделю о самаряныне — тогда же, когда был рукоположен в Константинополе Игнатий[632]. И было это по воле Божьей из–за грехов паствы.
И стал, таким образом, Кирилл патриархом без одобрения дамаскинцев и всех антиохийских епархий. И обосновался он в Триполи и силою местного паши стал управлять всеми православными жителями этого края. И раскололись тогда епархии антиохийские на сторонников двух патриархов. Дамаск и его окрестности вместе с землями, подвластными дому Ма‘ан, поддерживали Игнатия, так как был Ибн Ма‘ан покровителем его[633]. Ибн Сайфа же поддерживал Кирилла. И начались тогда неописуемые распри, смуты и злодеяния между христианами епархий антиохийских. И понесли они потери неисчислимые.
Затем Кирилл отправил сына дяди своего Джирджиса аш–Шахира в Константинополь, где тот добился султанского берата о низложении Игнатия и его ссылке на Кипр. И послал он в Дамаск несколько воинов, на которых христиане издержали немало денег[634].
Затем отправился Кирилл из Триполи в Египет, где встретился он с патриархом Александрийским Кириллом[635] и пожаловался ему на свои обстоятельства. И отправил тогда патриарх Александрийский дамаскинцам послание, в котором укорял их за то, что поставили они на престол патриарший Игнатия. Жители же Дамаска отправили патриарху Александрийскому письмо, в котором написали: «Мы не хотим Кирилла и не желаем, чтобы он был нашим патриархом. Ты же должен заниматься делами своей паствы, а принуждать нас к чему–либо и приказывать нам делать то, чего мы не желаем, права ты не имеешь». И разгневался тогда патриарх Александрийский и отслужил литургию вместе с Кириллом. И приумножились тогда злодеяния, и усилились смуты, и начался великий раскол в большей части епархий антиохийских.
Когда же после этого умер Ибн Сайфа, Кирилл из страха перед Ибн Ма‘аном бежал из Триполи[636]. И пришел он в Халеб и поселился в доме митрополита Мелетия[637]. И провел он там 42 дня, но ни разу не был приглашен Мелетием отслужить с ним литургию. И ни один из них не разделял с другим это дело. После этого Кирилл мирно и спокойно покинул Халеб и отправился в Константинополь, где был тогда патриархом Кирилл, бывший Александрийский патриарх, который оставил этот престол и назначил на свое место Герасима, а сам занял престол Константинопольский. И был он очень рад приезду Кирилла, и отправил он его в Валахию и Богданию, снабдив посланиями от себя к знатным людям тех стран[638]. И явился туда Кирилл, и приняли его с большим почетом. Потом вернулся он в Константинополь и отслужил с патриархом Константинопольским литургию. Затем же вновь он отправил оттуда в Дамаск нескольких воинов с указом о низложении Игнатия. И опять издержали дамаскинцы немало денег.
И так то один добивался указа султанского о низложении другого, то второй делал то же самое. И поступали они так до тех пор, пока не стало бедственным положение христиан всех епархий антиохийских, в особенности же дамаскинцев, так что бывало иногда даже так, что ни один священник не служил в церкви, но все они убегали и скрывались, как священники, так и миряне. И если вдруг умирал кто–либо из знатных христиан, не находилось даже священника, чтобы похоронить усопшего. И случались тогда многие другие события, достойные лишь слез и рыданий.
Что касается Игнатия, то пребывал он тогда все время в Бейруте, Сайде, в других краях, которые были подвластны Ибн Ма‘ану. В Дамаск же приезжать он не осмеливался из страха перед местными правителями. А затем Кирилл 27 августа[639] 7132 года от сотворения мира[640] приехал из Константинополя в Халеб. Но Мелетий, митрополит Халебский, не позволил ему поселиться в новопостроенной митрополии. Тогда Кирилл ушел от него и поселился в доме одного знатного армянина. И каждый, кто не любил Мелетия, отправлялся к Кириллу. И стали они дружить с людьми из других общин, и ни один не служил литургию с другим, а встречались они лишь по воскресеньям и по праздникам для молитвы. В будни же приходил на службу только Мелетий и один совершал литургию, что продолжалось в течение некоторого времени.
Затем Кирилл сам начал служить литургию по воскресеньям и праздникам с местными священниками, так как митрополит Халебский позволил ему это делать. А потом Кирилл вечером рождественского сочельника устроил великий пир, на который пригласил местную знать, шерифов[641] и воинов, а также пребывавших тогда в Халебе патриархов армянского и сиро–яковитского с их свитами. Пригласил он также знатных франков, некоторых членов нашей общины и знатных армян, которые служили тогда секретарями султанскими в Халебе. Позвали и Мелетия из митрополии и уговаривали его отслужить литургию вместе с Кириллом. Однако он отказался и удалился в свою митрополию, притворившись больным. Кирилл же отпраздновал Пасху в Халебе, а в среду, в праздник Преполовения Пятидесятницы, призвал он Мелетия к паше халебскому и потребовал от него уплаты денег за 12 лет[642]. И тогда по приказу паши нанесли ему за отказ выплатить деньги 80 палочных ударов, после чего бросили в тюрьму. Спустя 12 дней он вышел из заключения и выплатил немало денег, а после этого укрылся в доме одного мусульманского шейха.
На второй год пребывания Кирилла в Халебе, вечером в Вербное воскресенье, созвал он против Мелетия другое большое собрание. И спросили Мелетия, будет ли он служить с ним литургию. Но тот отказался, а после Пасхи отправился в Константинополь. Спустя некоторое время Кирилл последовал за ним туда. И завязалась между ними ссора великая. Затем Мелетий вернулся в Халеб, а спустя некоторое время, 7 октября 7136 года от сотворения мира[643], явился туда и Кирилл. И пришел он к правителю вместе со всеми христианами из числа его сторонников. И стали они судиться с Мелетием, после чего посадили его в крепость. И схватили они также 27 знатных мужей из нашей общины, и посадили их в тюрьму мутасаллима[644]. А спустя три дня их заставили выплатить большую сумму денег — так же как это было во время первого приезда Кирилла[645].
Затем Кирилл отправился в Дамаск. Местные жители не стали ему противиться, так как пребывали они в плачевном состоянии. Кирилл оставался там некоторое время. А затем отправил он послание к Ибн Ма‘ану, в котором упрашивал его созвать Собор из всех архиереев епархий антиохийских и при участии Игнатия и самого Кирилла. И кого выберут тогда архиереи и все православные, тот и будет патриархом, а второму в кормление будет отведен один из епархиальных престолов. И сделал тогда эмир по слову его, и созвал всех архиереев и Игнатия в селении ар–Раас, что вблизи Баальбека[646]. И посылал он за Кириллом неоднократно, но тот не явился, ибо уже раскаялся в своих же словах. И присудили все участники Собора отдать престол патриарший Игнатию. Этот Собор также постановил много полезного и необходимого как для архиереев, так и для мирян в двадцати главах, которые сохранились в деяниях этого поместного Собора и которые всякий желающий может прочесть в патриархии или у некоторых христиан[647].
Эмир же Ибн Ма‘ан, заручившись приказом властей дамасских, отправил своих людей за Кириллом в Дамаск, и они в цепях привезли его к нему. А когда эмиру доложили о прибытии Кирилла, он сказал: «Видеть его не хочу! Идите и убейте его». И тотчас же они убили его и бросили в расселину ‘Айн–ар–Рахиб (Колодец/Пещера монаха), что неподалеку от Хермеля[648]. После этого Собор был распущен, а Игнатий один стал управлять патриархией. А жил он в Бейруте и его окрестностях.