Космофлот. Игрушка ренегата

Я попыталась дёрнуть решётку и поняла с досадой – пазы заблокированы от несанкционированного доступа. Хорошо ещё, током не шарахнуло. А могло бы, если бы подобный сетевой узел обладал многоуровневой защитой.
Так, и как его взломать без инструментов?
Что делать?
Пока я раздумывала, ситуация развивалась стремительно. Впереди запахло жареным. В буквальном смысле. Сернистый запах внизу был слабо слышен, но даже этого хватало, чтобы глаза начали слезиться. Раздался хлопок. И громкие возгласы ликования послышались следом.
  
– О! Кайф! – крикнул один из ренегатов.
Я испуганно отпрянула назад, благо звуков особо не создавала. В стоящем шуме-гаме меня вряд ли могли услышать. Но вдруг они поняли, куда я ползу, вдруг это за мной?
Бежать, бежать, бежать!
Но куда?
Ай!
Плечо заныло, стоило им двинуть резко.
 
Глава 9. Разборки
 
 Гилем Натис
Едва я в пятый раз подключился к терминалу, почуял неладное. Ощущение преследования не оставляло. Открыл трай-лист и заметил безымянный процесс, который подсказал о наличии шпионского приложения.
Неужели Денч опознал меня и устроил слежку?
Скверно.
А если они заодно?
Остановился и постарался развить мысль.
Так, во-первых, кто они? Все подконтрольные мне ренегаты, которые отправились на штурм? Это же три капитана и подчинённые им команды. Допустим. Но что стало причиной предательства?
Чем я мог вызвать недовольство?
Понять вот так сразу было сложно. Скорее всего, велась какая-то подковерная игра, о которой я не знаю. Но кто мог её устроить?
Ответ напрашивался сам собой. Например, Вайс и Денч решили захватить власть в свои руки при полной поддержке Хорада. Точнее, их управляющего аппарата под названием домен Ваколо.
Тихий скрип в соседнем отсеке навёл на мысль: на меня устроили охоту.
Встав за стойку терминала, первым делом вскинул резак на плечо и вывел из строя две угловые камеры. Далее надо заняться датчиками. Но было уже поздно. Шквальный огонь обрушился на антивандальную титановую стойку. Времени не осталось совсем.
Что ж.
Я выждал достаточно, чтобы минимум у троих закончились заряды аккумулятора в коротких бластерах, выглянул и убил сразу двоих, перекатился в сторону и отправил на тот свет ещё двоих.
– А-а-а! – взвыл раненый ренегат. Вместо правой руки у него торчал лишь оплавленный обрубок.
Жить будет. Оставлю его, чтобы выяснить информацию.
Ещё один ренегат дал дёру, но был остановлен очередью выстрелов моего резака.
Небольшая лужа крови рядом с коленом подсказала, я тоже не ушёл просто так. Ладно, доковыляю до медотсека и вколю кровоостанавливающее. Сто седьмой сектор близко. Разговаривать с Денчем бесполезно, пока он чувствует собственное превосходство.
Однако имелся и другой повод для страха, я махнул резаком в сторону раненого, бывшего подчинённого.
– Каковы ваши планы?
Бедняга молча предпринял попытку дотянуться до бластера. Выстрел – и пушка расплылась некрасивой, дурно пахнущей жижей, утекая сквозь металлическую решётку пола.
– Ну? – поторопил его я. На вид ему было меньше тридцати. Тоже сионтик, но без чипа. Бракованный.
– Зачем вы решили меня убить, говори?
Моё терпение было на исходе. Поэтому, приблизившись к нему, я первым делом пнул его в другое плечо, заставляя улечься на сетку пола. Следующий мой шаг, и парнишка завопил как резаный.
– А-а-а!
Ногой я наступил на его открытую подгоревшую рану.
– Говори, иначе я тебя прикончу здесь и сейчас.
– З-з-зачем? Всё равно сдохну! – разродился он умной мыслью.
– Все мы рано или поздно сдохнем. Вот ты точно рано, а я попозже. Поэтому говори! – Я надавил рифлёной подошвой до чавкающего звука. – Ведь мне несложно тебя раздавить и немного помучить. Твои дружки ещё не скоро кинутся тебя спасать.
– Хорад! – выдавил пленный, стискивая зубы. – Это всё они! Они… обещали ратификацию соглашения. Статус наёмников. Они заказали устранить тебя, потому что ты бывший террианец. Они тебе не доверяют.
Ответ пленного не сказать чтобы порадовал, но точно пролил свет на происходящее.
– Хорошо, я избавлю тебя от страданий.
Спустил курок и прикончил парня, кем бы он ни был. Кодекс ренегатов был неумолим. Пошёл против капитана – готовься к смерти.
В этот раз информационные терминалы использовать не стал. Передвигался, проверяя периметр, по камерам. И изредка уничтожал или обесточивал датчики движения. Думаю, после кровавого побоища у Денча явно возникли проблемы с антвагами. Они должны были почувствовать своей развитой сенсорной системой нашу бойню. По этой же причине в моих интересах было поскорее добраться до медотсека, найти кровоостанавливающее.
Но каково же было моё удивление по прибытию в сто седьмой отсек, когда я обнаружил неаккуратно вскрытый шлюз и подстреленного Мейнарда. Страх вызвал краткое оцепенение. Невероятным усилием воли я шагнул вперёд и подошёл к истекающему кровью медику.
– Ты… Не говори мне, что ты так просто сдался! – прикрикнул я на тёртого ренегата, который ранее с лёгкостью выбирался из любых передряг.
Он приоткрыл затуманенные болью глаза.
– Я устал, – выдохнул он сухими губами, – я устал бороться, но ты – живи.
– Нет, так не пойдёт! – Я вцепился в его плечи. Хотел встряхнуть, чтобы привести в чувство, однако то, как сильно обмякло тело дока, наводило на мысль: жить ему осталось недолго. Повреждение внутренностей критическое, в районе живота виднелась прожжённая дыра.
– Папка, – тихонько произнёс доктор, – записи о ней, папка… – шептал он в предсмертной агонии. – Слюна, твоя слю… – Голос его оборвался. Доктор выдохнул, прежде чем закрыть глаза в последний раз. Но силы кончились раньше. Взгляд его остекленел.
Помог ему закрыть веки и со злобой, затаённой в сердце, обернулся к камере.
– Я тебя достану, Денч. Тебя и всех, кто сегодня бесчинствовал, слышишь?
Как назло, камеры были выключены. Подозреваю, сделал это сам Мейнард в попытке кого-то защитить. Скорее всего…
Нет. Не верю. Мысленно вздрогнул и с гулко колотящимся сердцем заглянул в соседнюю комнату-тамбур. Следов крови не видно. Нажал кнопку и заглянул в комнату Дианы. Никого. Скорее всего, её похитили. Наверняка используют как заложницу. А вдруг ей станет хуже? И что сказал док про слюну? Какого дакса они вообще удумали его убить? Не понимаю.
Фаген…
Не докончив мысль, я принялся искать ту самую папку, о которой сказал Мейнард. Не понимаю сейчас, значит, пойму потом. Вот мой жизненный принцип. Любой мысли есть время. Подходящее время. А сейчас его попросту нет. Надо действовать. Вначале найду папку и попытаюсь скрыться с радаров, чтобы ещё раз не нарваться на людей Вайса и Денча. Да хотя бы просто, чтобы не нарваться на оголодавших антвагов.
Удивительно ли, но устаревший источник информации, столь непривычный в нынешнее время, нашёлся быстро, буквально в верхнем ящике стола со всякими колбочками и реагентами. Повезло, люди Денча не обыскивали дока. Скорее всего, сионтик пошарился в его системе, где друг вбивал формулы и пользовался специальными программами для генной модуляции.
Я быстро спрятал папку под водолазку экзокостюма и затем уже поискал взглядом аптечку, которая так и стояла открытая возле убитого доктора. Нашёл нужный препарат и вколол себе коагулянт, чтобы замедлить кровопотерю, заодно перехватил ногу прорезиненным жгутом. На час должно хватить, а там как-нибудь себя заштопаю. Взял заодно стерильную упаковку со шьющим степлером. Главное – убраться отсюда и поскорее.
Но куда? В далеко просматриваемом коридоре, скорее всего, меня могут ждать.
  
Последний раз взглянул на потухший экран монитора, отражающий камеры слежения в комнате Дианы, и припомнил о наличии в ней вентиляции. Мощная система ионизировала воздух, делая частицы пыли тяжёлыми, и засасывала их в соответствующее решётчатое отверстие внизу.