Князь Целитель 6 (СИ)

— Отчаянный, да, согласен, — ухмыльнулся я. — Но жить хочу, так что я не смертник. Погибать за идею в желудке гигантской змеи в качестве бессмертного подвига не рассматриваю.
Тем временем титанобоа-переросток продолжала неторопливо расплетаться, а её огромная голова медленно приближалась к нам из центра огромной каверны. У рептилий нет никакой мимики, но я всем телом ощущал исходящую от хищника угрозу и предвкушение скорой лёгкой победы.
  
— Отойдите ещё немного назад и держите её голову на прицеле, — сказал я, набрав максимум энергии в навершие протазана и в левую руку. — Когда откроет пасть, старайтесь стрелять вглубь её глотки или в нёбо, тогда хоть какой-то толк будет.
— Принял, — сказал Стас, который уже смотрел на змею сквозь прицел.
Матвей передёрнул затвор автомата и молча поднял его, уставившись в коллиматор.
Я медленно снял рюкзак, опустил на пол возле самой стены и немного сместился в сторону, чтобы не оказаться на линии огня, затем пошёл навстречу разворачивающейся змее. Хоть этот монстр и был невероятных размеров, поведение, в общем, мало чем отличалось от обычного ужа, который охотится на большую вкусную лягушку. Голова продолжала медленно приближаться, а тело двигалось немного быстрее, формируя изгиб «шеи» для совершения молниеносного броска.
Насколько помню из фильмов про животных, пасть открывается не в непосредственной близости от жертвы, а заранее, то есть у меня будет мизерный запас времени, чтобы отправить ей в глотку свои молнии и отпрыгнуть в сторону.
— Может, не надо? — со слабой надеждой в голосе спросил Матвей.
Я ничего не стал отвечать, продолжая медленно идти навстречу и готовясь к самому короткому поединку. Хотя, это не точно, он может и затянуться. От огромной змеиной головы с мутными кругляшами глаз меня отделяло уже метров десять. Она перестала приближаться, наращивая лишь изгиб тела и готовясь к броску.
На какое-то мгновение мир замер, всё вокруг куда-то исчезло, и огромная подземная каверна, и мои друзья, и проблемы с нейроинтерфейсом. Я слышал лишь стук своего сердца и напряжённое дыхание. Адреналин пульсировал жарким огнём, заставляя слегка подрагивать готовые в любую секунду совершить жизненно важный бросок мышцы.
Словно в замедленном кино, змеиная голова устремилась прямо ко мне, открывая на ходу огромную пасть. В голове за это мгновение успело пронестись: «Да куда ж ты так раззявливаешь, родная, я вовсе не такой большой!»
Выпущенные мной сдвоенные разряды прогрохотали одновременно с автоматной очередью Матвея, выстрела Стаса я на этом фоне не мог услышать, но абсолютно уверен, что он тоже был. Как только молнии и усиленные магией пули ударили в разверстую глотку, я резко прыгнул в сторону, совершил кувырок по осколкам камней, и тут же снова оказавшись на ногах.
Распахнутая змеиная пасть с диким грохотом врезалась в устилавшие дно каверны камни, на которых я только что стоял, с хрустом выворачивая нижнюю челюсть в обратную сторону и подминая её под тело змеи. За счёт мощности броска и инерции, голову несколько метров протащило по острым камням, раздирая мягкие ткани пасти, словно тёркой. Тело змеи продолжило вести в сторону, и на камнях стала видна кровь монстра и ошметки плоти. Всё это тянулось широкой полосой от места столкновения с землёй и до места полной остановки.
— В яблочко! — прокричал на всю пещеру Матвей так, что задрожали своды и на пол упало с десяток увесистых сталактитов.
— Не ори, дурень! — буркнул Стас, и я услышал лязг доспехов от того, как парень ткнул своего напарника локтем в бок. — Ещё не факт, что эта тварь мертва.
  
Глава 8
 
Сомнения Стаса по поводу гибели гигантской змеи были, увы, совсем не беспочвенны. Огромное тело, достигавшее более полутора метров толщиной, начало дико извиваться, разметав извивающиеся петли во все стороны и грохая ими о камни. Чтобы не попасть под раздачу, мы юркнули обратно в проход.
— Вроде серьёзный монстр, а ведёт себя как червяк на сковородке, — усмехнулся Стас и тут же увернулся от полетевшего в него каменного обломка. — Ещё и дерется.
— Прощальный танец титана, — произнёс с некоторой грустью Матвей.
— Я что-то не врубаюсь, тебе её жалко, что ли⁈ — возмутился Стас.
— Ну так, слегка, — улыбнулся Матвей. — Росла тут себе, кушала в удовольствие и с аппетитом, а мы ей огня в глотку зарядили и готово.
— А может, ей это так понравилось? — спросил Стас с ухмылкой. — Может, это её от удовольствия так корёжит?
— Поскорее бы уже всё это закончилось, — сказал я, глядя, как постепенно стихают возмущения мускулистого многотонного тела.
Судя по относительно неподвижной голове с разорванной пастью, продолжать охоту на нас монстр уже не собирался и отходил потихоньку в мир иной. Метания огромного тела магического зверя вскоре прекратились, местами остались лишь небольшие подёргивания, которые вскоре тоже затихли. Наконец-то агония этого существа прекратилась.
— Кажется, мы можем идти дальше, — сказал я, когда конвульсии монстра прекратились окончательно. — Идём.
Первым, показав пример, я закинул рюкзак за спину, взял в руки протазан и пошёл в сторону противоположного конца каверны, стараясь держаться от змеи подальше на всякий случай. Огромный подземный зал, бывший долгое время для монстра домом, стал теперь его же могилой. Когда-нибудь сюда доберутся археологи и обнаружат гигантский скелет, похожий на выросшего до невероятных размеров ископаемого титанобоа. Правда всё, что здесь есть, могут растащить быстрее, но это уже частности.
Проход по другую сторону каверны был чувствительно меньше и в ширину, и в высоту. Объяснялось это, скорее всего, тем, что неподалёку обнаружились несколько отверстий, в которые я не рискнул бы попытаться залезть даже ползком. Наверное, потоки талой воды распределялись между ними, поэтому главный ход был небольшим.
— Так ещё немного и придётся на карачках ползти, пожаловался Матвей, которому пришлось согнуться чуть ли не вдвое, чтобы не цеплять головой и плечами за неровности на потолке.
Зато стены здесь были идеально отполированы и без мха. Чуть дальше ситуация улучшилась, и мы могли идти, лишь чуть склонив голову.
— Чем это так воняет? — спросил вдруг Стас. Я тоже почувствовал крайне неприятный запах, но сначала не придал этому особого значения. — Матвей, тебе, что ли, сало не впрок пошло?
— Чего ты сразу на меня думаешь? — возмутился парень. — У меня всё в порядке. Это, наверное, змея перед смертью сюда газанула.
— Но запах появился только сейчас, — возразил Стас.
— Сквозняком отнесло, — буркнул Матвей.
— Да нет, сквозняком как раз в лицо веет, — заметил Стас. — Значит, вонь идёт откуда-то спереди.
— Скоро узнаем, — сказал я, поблагодарив мысленно друзей, что меня не начали подозревать в несварении. А то шуточки шуточками, но иногда подобное может и напрягать.
Запах почувствовали не только мы. Каким-то образом наш запах учуяли и те, кто сделал тот, от которого все мы морщились. За очередным поворотом пещеры обнаружилась довольно большая колония здоровенных грызунов.
— Вот те здрасьте, — выдавил из себя Стас, когда при виде чужаков поднялся душераздирающий гвалт, и на нас двинулось около сотни воинственно настроенных увесистых землероек. — От таких уже не отмахаешься ни тряпками, ни веником.
— Зато мечами должно получиться неплохо, — сказал Матвей. — Доспехов я на них не вижу.
— Может, они у них под мехом, — возразил Стас.
— Только не стреляйте, экономим патроны, — сказал я, накапливая смесь двух энергий в руке и навершии протазана.
  
Настала пора попрактиковаться с массовой атакой. Насколько я могу судить, монстры весят под пятьдесят кило, примерно, значит, на каждую землеройку достаточно и половины того, что уходило на волков. Обращение к нейроинтерфейсу обернулось полной тишиной в ответ, но я и так помню информацию из книги, где упоминались цепные молнии. Для более крупных тварей нужен достаточно мощный заряд, и я до этого момента не стал рисковать, раздавая «подарки» адресно и дозированно, а сейчас можно и поэкспериментировать.