Плантаторы (СИ)

Он достал из ящика стола бутылку коньяка и несколько граненых стаканов. Разлил, придвинул нам.
— Позавчера ночью на одно из наших поселений напала банда. Щеригино — небольшая деревня в тридцати километрах отсюда. Там жили в основном семьи наших бойцов, женщины с детьми, старики. Мы обеспечивали их охраной, продовольствием, медикаментами. Считали это место безопасным.
Голос Полковника звучал ровно, но я видел, как он сжимал стакан.
  
— Пришли глубокой ночью. Человек сорок, может больше. Убили четверых охранников на посту, двоих ранили. А потом… — он замолчал, отпил коньяка. — Они врывались в дома. Избивали людей. Издевались. Забрали двадцать три человека. Восемнадцать женщин и пятерых детей. Самому младшему четыре года.
Аня резко вдохнула. Медведь у двери зарычал что-то нецензурное. Я почувствовал, как холод разливается по венам.
— Кто это сделал? — спросил я.
— Банда Крота. Ублюдок, который контролирует западную промзону здесь, в Кремне. Засел на территории старого металлургического завода Огромная территория. Цеха, склады, коммуникации. У него там человек пятьдесят, может больше. Бронированные машины, как минимум один БТР, куча оружия и боеприпасов.
— И что он хочет? — уточнил Серега.
— Выдвинул условия. Оружие, боеприпасы, медикаменты, продовольствие на два месяца. И свободный проход его людям через наши территории. В обмен обещает отпустить заложников.
— Вы ему верите? — спросила Аня.
Полковник горько усмехнулся:
— Ни на грош. Крот известен тем, что не держит слово. Пару месяцев назад уже была похожая история — он захватил группу разведчиков вон у Филипыча, требовал выкуп. Туда послали выкуп и группу сопровождения. Не вернулся никто, ни заложники, ни сопровождающие. Так у Крота появилась тяжелая техника.
— Тогда какого хрена мы тут обсуждаем? — Медведь отлип от двери. — Надо брать штурмом. Вы, та–а–рищ Полковник, вроде как мужчина военный, разве нет? Полроты солдат с поддержкой, и там вымрет все живое.
— Если бы все было так просто, — Полковник снова разлил коньяк. — Крот ждет нашего наступления. Все подходы к заводу заминированы, выставлены блокпосты, пулеметные гнезда. У него отличная позиция для обороны. Если мы пойдем в лобовую, потеряем десятки людей. И вообще, похоже, именно этого он и ждет. А главное — при первых признаках атаки он убьет всех заложников. У нас есть информация от перебежчика, что Крот именно так и планирует сделать.
— А мы тут при чем? — спросил я, хотя уже догадывался.
— Вас никто не знает. Вы не из наших, не военные. Можете подойти к заводу, не вызывая подозрений. Все их блокпосты выставлены против нас, против военных. Они ждут форму, технику, колонны. А вы — просто группа выживших на гражданском транспорте. Можете проникнуть внутрь.
— И сделать что? — уточнил Серега. — Спасти заложников? Нас восемь, их там полсотни.
— Девять, — поправил я. — У нас еще Надя.
— Девять, десять. Какая разница. — Полковник достал карту и развернул ее на столе. — Я не прошу вас идти на самоубийство. План такой: вы проникаете на территорию завода, находите заложников и выводите их. Незаметно. Пока банда Крота не поняла, что происходит, вы должны быть уже на выходе.
— А если засекут? — спросила Аня. — Мы ведь и впрямь не военные, и опыта подобных операций у нас нет.
— Тогда поднимайте шум, стреляйте, отвлекайте их внимание. И подайте нам сигнал. Как только увидим ракету– наши ребята пойдут в наступление. Мы прорвем блокпосты и войдем на территорию. Но нам нужно время. Хотя бы минут двадцать, и их вам придется продержаться абсолютно самостоятельно, так что планируйте, как именно вы этого добьетесь.
— Звучит именно как самоубийство, — буркнул Медведь. — За двадцать минут, если что–то пойдет не так, нас там в фарш перемолотят.
— Именно поэтому я предлагаю вам любую награду, которую сможем предоставить, — Полковник внимательно посмотрел на каждого из нас. — Оружие, боеприпасы, продовольствие, медикаменты. Топливо. Технику. Хоть БТР, если хотите, после зачистки завода там их останется несколько. Сопровождение вашей передвижной лаборатории, если вы ее сумеете добыть.
Я опешил. Это–то он откуда узнал, а? Подслушивал что–ли?
Полковник выставил ладони в примеряющем жесте.
— Не надо сразу же так на меня смотреть. Информацию предоставил Смит, с разрешения вашего старшего, Владимира. Мы не шпионили за вами.
Меня этот идиотизм уже поддостал, если быть честным. Задача по добыче лаборатории все больше превращалась в какой–то компьютерный квест — сделай три десятка попутных миссий и спаси мир, чтобы просто купить молока. Но союзник в регионе нам был нужен. Потому что, чем дальше, тем больше становилось понятно, что никуда мы с этой лабораторией без помощи не уйдем, тут все поделено между бандами и вояками.
И как будто этого было мало, у меня подобралась команда каких–то «палладинов». Вот и сейчас. Я посмотрел на Аню. Она кусала губу, обдумывая. Медведь скрестил руки на груди, хмурясь. Серега постукивал пальцами по подоконнику.
— Мне нужно подумать, — сказал я. — И обсудить с командой.
— Конечно. У вас есть час. Потом я должен принять решение — либо вы идете, либо мы начинаем готовиться к штурму. А значит, заложники умрут.
Мы вышли из кабинета. На улице стояла теплая ночь, светили звезды. Где-то вдалеке ухала артиллерия — то ли учения, то ли отбивали очередную атаку мутантов.
— Что думаете? — спросил я, когда мы отошли подальше от часовых.
— Думаю, что это дерьмовый план, — Медведь сплюнул. — Шестеро против пятидесяти, на незнакомой территории. Нас сожрут.
— Там дети, — тихо сказала Аня. — Женщины. Если мы не пойдем, их убьют.
— Если мы пойдем, нас убьют, — парировал Медведь. — И толку не будет никакого.
— А если получится? — подал голос Серега. — Мы же на пожарной станции справились. Причем против еще большей хрени. Контроллер, когтистые, мутанты…
— Там нам помогли Петрович с бойцами, — напомнил я. — Там мы знали территорию, план эвакуации. Здесь мы вообще не знаем, где что находится.
— Можем разведать, — предложил Серега. — Подъехать днем, осмотреться. Завод большой, должны быть обзорные точки.
— И подставиться? Вспомни, что рассказывал майор. Эти ребята в первую очередь гопстопнут нас, а уже потом будут разговор разговаривать. — охладил я его пыл.
— Так, а дрон Лехин на что?
Я задумался. С одной стороны, риск при попытке огромный. С другой — мы уже доказали, что можем справляться с невозможным. И награда… оружие, припасы, союзники. Это могло обеспечить нам выживание на месяцы вперед. Особенно если БТР затребовать, и отправить его домой, на базу. Хотя…а где на него топлива столько брать?
— Голосуем, — сказал я. — Кто за то, чтобы попробовать?
Аня подняла руку первой. Серега — вторым. Я посмотрел на Медведя.
— Ты серьезно? — буркнул он. — Ладно, черт с вами. Раз идете, я с вами. Кто-то же должен вас прикрывать.
Леха, Макс и Пейн тоже подняли руки, хотя и без малейшего энтузиазма. Пейну в целом все эти приключения явно не нравились. А пацаны последнее время ходили смурными, интересно даже с чего бы.
Я поднял руку последним.
— Значит, решено. Идем обратно к Полковнику.
Полковник принял наше решение с видимым облегчением. Он сразу же вызвал майора и нескольких офицеров, развернул карты на столе.
— Хорошо. Вот что мы имеем, — он указал на план завода. — Кременский металлургический завод. Построен в шестидесятых, действовал до самого катаклизма. Огромная территория — почти два квадратных километра. Десятки цехов, складов, административных зданий. Железнодорожные пути, подземные коммуникации.
  
— Где могут держать заложников? — спросила Аня.
— Скорее всего, в одном из центральных цехов, — ответил майор, указывая на карту. — Наш информатор сказал, что их держат в помещении с хорошей охраной, но не в подвале. Крот не дурак, понимает, что в случае штурма подвал превратится в ловушку.