Улей 2: Нерест (ЛП)

Огни мигнули.
Мигнули снова.
Нет, это не было чем-то необычным. Иногда на линии от генератора случался кратковременный скачок напряжения. Иногда это бывало.
Они снова мигнули.
Затем не просто мигнули, а заработали подобно стробоскопу.
- Какого черта? - сказал Уоррен, его голос был сухим, как будто во рту не было слюны.
Раздался грохочущий звук.
Казалось, он исходил ото льда под ними. Раздался треск статики, который был неприятно резким, неприятно близким. За ним последовал пронзительный металлический визг, высокие звенящие шумы. А затем вибрации, которые прокатились по гипертату ритмичным гулом, как биение сердца.
  
Громче.
Громче.
Весь гипертат трясся.
Огни безумно мигали.
Уоррен вскрикнул, а Биггс просто вцепился в свое кресло, пока оно вибрировало по полу, и из радиоприемника раздавался визг статики. Свет безумно мигал, и ему показалось, что он мельком увидел покачивающиеся, скрюченные, нечеловеческие фигуры, скачущие вокруг него. А затем снаружи раздалась дикая и пронзительная какофония пронзительных звуков, которая была такой громкой, что им пришлось заткнуть уши. А затем...
Ничего.
Биман сидел на своей койке, открывая и закрывая рот, словно рыба.
Уоррен выглядел испуганно белым.
Биггс был не лучше. "Как будто кто-то повернул выключатель", - подумал он. "Включил и выключил". Боже, его кожа была прохладной на ощупь. Мурашки все еще бежали от его яиц к горлу.
- Что, черт возьми, это было? - наконец спросил Уоррен.
У Биггса не было ответа. Он был слишком занят, глазея в окно, ожидая увидеть что-то, смотрящее на них. Что-то огромное и зловредное с лицом насекомого.
- Пещера, - сказал Биман, и в его голос прозвучал жутко и одиноко. - Внизу, в пещере. Эта штука... проснулась. Она проснулась и знает, где мы.
 26 
ПОЛАР КЛАЙМ
15 МАРТА 
ЭТО БЫЛ ДОЛГИЙ день.
Тихий, но жуткий и выжидающий.
Команда приходила и уходила, напряженная и беспомощная, не говоря ни слова, просто выглядела злой и испуганной, и все более параноидальной, поскольку они были обременены ужасным стрессом и психологическим давлением.
Харви Смит оставался в своей комнате. Он выходил поесть, но забирал свой поднос с собой, потому что больше никому не доверял. Он не был уверен, кто все еще был человеком. Он писал бесконечные письма своей матери, описывая состояние станции.
Койл и Гвен, Фрай, Локк и Зут проводили много времени, обсуждая то, что происходит в мире, и, что для них важнее, то, что происходит на Клайм. Они знали, что где-то есть существо с диким аппетитом к человеческой плоти. Оно было в темноте или пряталось среди них, но оно было там. И в конце концов оно собиралось показать себя.
Гвен призналась им, что голос - древний, распадающийся голос - звал ее ночью, и это был не сон. Что-то было в комплексе, зовя ее по имени. Не то чтобы это удивило Зут. Она постоянно видела сны. И слышала голоса. Они становились хуже, как она обнаружила, если она проводила время с Батлер.
Дэнни Шин, такой же напуганный, как и остальные, разыскал Локка, и они долго беседовали. "Это происходит", - сказал ему Локк. "Это действительно происходит. И здесь, внизу, мы сидим прямо на вершине эпицентра".
Шин пытался возразить, что никто на самом деле не видел живого Старца. Не на Клайм. И Локк сказал: "Нет... пока нет. Но он приближается. И когда мы увидим, будьте осторожны".
Как оказалось, первым человеком, который увидел одно из существ и выжил, был сам Шин. Вернувшись с электростанции, он вбежал в кают-компанию, ругаясь и неистовствуя перед всеми присутствующими. Он утверждал, что на куполе что-то было, наблюдая за ним. Он не говорил, что именно, пока Фрай не пригрозил выбить из него это. Затем, медленно успокаиваясь, он сказал, что это было одно из существ, о которых ему рассказывал Локк. У него были большие крылья и пристально смотрящие красные глаза. И оно издавало пронзительный, пискливый звук, как будто пытаясь с ним общаться.
Фрай и Койл вышли с фонариками, чтобы осмотреться, но ничего не увидели.
Наверху купола ничего не было. Но снаружи, в свежем сугробе, на снегу были странные треугольные отпечатки. Многие из них группировались под окнами... как будто то, что их оставило, стояло там и смотрело внутрь.
Койл ожидал этих отпечатков, но увидеть их на самом деле было для него почти слишком. Стоя на насте, рядом с Фраем, ветер дул ему в лицо, наметая снег на ботинки, он, казалось, не мог поймать дыхание.
Вот неопровержимое доказательство.
Фрай спросил: - Это наше существо, Никки?
Но Койл покачал головой. - Нет, не существо... что бы это ни оставило, это был его хозяин.
Психическое состояние Хоппера ухудшалось с каждым днем. Он совершил ошибку, заглянув к Батлер среди ночи.
Хотя она была без сознания, явления начались... стук в стенах, вибрации и далекие писклявые шумы. Дрожа и потея, просто пронизанный ужасом, он наблюдал, как из ее пор вырывался пар. Не совсем пар, а закручивающийся, кипящий туман, который собирался над ней тонкими нитями эктоплазмы, формируя нечеловеческую форму с распростертыми крыльями, извивающимися конечностями и ярко-красными глазами на мясистых стеблях...
Хоппер закричал и бросился в коридор, который был пуст и густ от теней. Он оглянулся, и эта туманная фигура выходила из медотсека, снова формируясь в коридоре. Затем рассеиваясь, растворяясь, пока не остались только эти красные глаза, следующие за ним, пять красных глаз с крошечными черными зрачками, которые смотрели и смотрели.
Пока он бежал, они плыли за ним.
А когда он нашел свой собственный кабинет и захлопнул дверь, заперев ее, свет погас, и остались только он и эти бестелесные красные глаза, парящие и вглядывающиеся в него. Заставляя его узнавать и вспоминать.
Где-то в процессе он отключился.
Хорн нисколько не удивился ничему, что произошло или должно было произойти; он всегда ожидал худшего. Когда он не занимался доводкой машин в гараже или мастерской, он изобретал оружие. Давний любитель видеоигр, который сражался с ужасами пришельцев на экране, он планировал быть готовым. Он сказал Койлу, что может легко сделать огнеметы и электрошокеры, которые поджарят инопланетные задницы. И он не шутил.
Двое оставшихся членов команды FEMC - Кох и Хансен - выточили себе мачете на токарном станке и, как и Хорн, были готовы к бою. Подкрадываться к ним сзади было не самой лучшей идеей. Это могло стоить вам конечности.
Ида слышала много того же, что и остальные, и она не была защищена от безусловно угрюмой атмосферы станции, но она отказывалась верить. Она отказывалась даже обсуждать это. Она спряталась в своей комнате и пила.
Бив, возможно, сама когда-то бывшая частью контркультуры, приняла это. Она тоже оставалась в своей комнате, когда могла, слушая The Doors и Sly and the Family Stone, думая, что все это может рассосаться.
Эйке заперся в Atmospherics с консервами и не выходил. Крайдерман был один в Tи-Шаке. Хоппер все еще не хотел, чтобы Харви находился где-то рядом с радио, поэтому Крайдерман управлял им один. Он даже подключил сигнализацию, которая срабатывала, когда кто-то входил. Хотя иногда он был настолько пьян, что не слышал ее.
Гат не хотела верить в истории Локка, но медленно, как и Шин, начала. И когда она это сделала, будучи таким человеком, она захотела действовать. Она не верила в то, что говорили, но то, что среди них был монстр - или кровожадный психопат - она не сомневалась. И в ее представлении причиной этого была Батлер. Она была какой-то ведьмой, и с ней нужно было разобраться... так или иначе.
  
Особый Эд нашел Хоппера в его комнате, съежившимся в углу. Он сжал руки вместе, заламывая их, переплетая пальцы, костяшки пальцев побелели от напряжения. Он был очень близок к нервному срыву.