В интересах Рода (СИ)

— Мистер Уизли, вас не учили стучаться перед тем, как войти? — стоило только Снейпу вынырнуть из сознания Поттера, как он накинулся на вторженца с язвительными упреками. — Ваша бесцеремонность может когда-нибудь стоить вам жизни, бестолковый вы глупец!
Рон стоял соляным столпом с выпученными глазами и только открывал да закрывал рот, словно у него отобрало речь. Именно таким его увидел Гарри после окончания сеанса ментальной связи с учителем. Не обращая внимания на друга, Поттер разразился восторженной тирадой:
  
— Вы видели? Вы видели, у меня получилось! Он получился таким, как нужно, правда? Только почему это был… О! И у вас тоже? Да? Или это был мой? — он на миг задумался. — Нет, я ведь считывал. Я знаю, что у меня получалось считывать. Значит, все-таки ваш. Он у нас одинаковый, представляете? Страх страха, — Гарри хихикнул, — он ужасней всего. Ну, вы же видели?
И вот как Снейпу реагировать? Поттер добился великолепных успехов. Гарри даже в состоянии эйфории от достигнутого, смог сдержаться и не раскрыть посторонним темы разговора, ограничившись невнятными возгласами. А то, что Поттер видел приход Грейнджер, и посторонних теперь было уже двое, не являлось тайной для Северуса. Гарри все время косил глазами на рыжего недотепу и лохматую заучку. «Это же нужно так наплевательски относиться к своему внешнему виду, да еще и девушке. Обрезала бы эти патлы, да не мучилась», — подумал мимоходом Снейп, размышляя, как все же ему поступить. Хотелось Гарри похвалить, порадоваться вместе с ним его успеху. И это было не только желательным, но и необходимым. От этого напрямую зависели дальнейшие достижения Поттера в ментальных практиках. Так уж был устроен этот человечек, что малая похвала для него становилась ценнее тонн нравоучений и наставлений. К тому же, сегодня он действительно сделал очень большой шаг вперед.
Снейп постарался незаметно для присутствующих одобрительно пожать руку Гарри за диванной спинкой, на которую они оба опирались во время занятий, и произнес:
— Да, Поттер. Я видел. У вас, несомненно, что-то получается. Возможно, к концу лета вы соблаговолите хоть чему-то научиться у меня, — тон был сухим и холодным, но в черных глазах, обращенных к Гарри, светились радость и одобрение, гордость и сопереживание удаче. И Гарри это все увидел, ответив на пожатие руки.
— Профессор Снейп, во сколько я должен быть в лаборатории? — он постарался произнести фразу как можно обреченнее.
Северус окинул скептическим взглядом друзей своего ученика и, хмыкнув, ответил:
— Если вас не задержат дела, мистер Поттер, то я жду вас к часу пополудни. Вы должны до того, как Кричер подаст обед, успеть доварить зелье улучшения памяти, — слова Снейпа были чистой правдой. Именно над этим зельем Гарри работал уже несколько занятий подряд, и сегодня его приготовление может быть окончательно завершено, если он что-нибудь не испортит.
— Хорошо, профессор, — согласился Поттер, поднимаясь с дивана и слегка неуверенно становясь на ноги.
Северус заметил это и молча достал из кармана фиал с зельем восстановления магических сил. Все же нелегко Гарри сегодня дался успех. Северус протянул ему снадобье, и тот так же молча его выпил.
— Профессор Снейп, что вы дали Гарри? И почему он варит зелья, которые не предусмотрены учебной программой? — требовательно спросила Гермиона, вызывающе глядя на Снейпа.
— А какое вам до этого дело, мисс Грейнджер? Вы опекун Поттера, чтобы я согласовывал с вами, чем его поить, и утверждал у вас план занятий с ним? — едко поинтересовался в ответ Северус, возмущаясь наглостью девицы.
— Нет. Конечно, нет, — сбавила обороты Гермиона, поняв, что выбрала неправильный тон. — Просто мне интересно.
— Вопросы о том, что вам интересно, вы можете задавать своему другу, а я не намерен тратить личное время на праздные беседы. До встречи в лаборатории, Поттер, — Снейп вышел из библиотеки, взмахнув полами мантии, которую начал надевать, пока по дому бродят гости, чтобы не выходить из привычного для них образа.
— Ужжжасссс! — оттаял Рон. — Как я тебе не завидую, Гарри! Просто мрак! Такие пропащие каникулы! И что это он с тобой делал? Я когда зашел, ты был такой бледный и напряженный, словно мешки с драконьим навозом в теплицах мадам Спраут таскал. У тебя и сейчас еще вон руки подрагивают. Он мучил тебя? — Уизли заботливо заглянул в глаза друга. Казалось, что он уже и не помнит о вчерашнем споре с Поттером.
— Нет, Рон. Он не мучил Гарри. Они занимались окклюменцией, как и в прошлом учебном году, — блеснула догадкой Гермиона. — Правда, Гарри?
— Правда, — кивнул Поттер, снова усаживаясь на диван и приглашая присоединиться к нему друзей. — У меня уже начинает получаться, — он понял, что его восторги могут быть слишком правильно истолкованы. А Гарри не хотел, чтобы до директора дошли сведения о его больших успехах в окклюменции. Поэтому решил преуменьшить свои заслуги. — Вы же слышали, возможно, до начала занятий я научусь худо-бедно защищать свое сознание.
— Это хорошо, Гарри. Вы должны заниматься с профессором. Директор говорит, что тебе просто необходимо научиться этому всему, чтобы ты не сошел с ума, — с видом старушки покивала Гермиона, одобряя занятия Поттера.
— Ага, — на большее Гарри не решился, помня рассказ Снейпа про слова Дамблдора о «ненужном сумасшедшем герое».
— А зачем тебе зелья? Это же так скучно! К тому же зельями и в школе можно заниматься, — поинтересовался Рон, искренне не понимающий, как можно тратить каникулы так бездарно, просиживая в библиотеке и работая в лаборатории.
— Гарри может все пригодиться в борьбе с Волдемортом, — последовал ответ Гермионы вместо Поттера.
Гарри было забавно наблюдать, как разговаривали его друзья. Вроде бы обращались к нему, но сами уже знали ответы на все свои вопросы, и сами же на них отвечали. Гарри не понимал, зачем в таком случае им он?
— Герми, попрошу тебя не называть Тома по имени, которое он себе выбрал, — Поттер помахал на подругу руками, стараясь заставить ее помолчать. — Это связно с моим шрамом и занятиями, которые мы проводим с профессором. Я сейчас очень уязвим, и Том может обнаружить меня, несмотря на все чары, установленные на Блэк-хаусе. Пожалуйста. Надеюсь, это будет не трудно для вас. Правда, Рон? — Гарри решил подключить к разговору и друга, который до сих пор вздрагивал при звуке имени Темного Лорда.
— Да. Герми, если для Гарри так будет безопасней, то мы должны придерживаться этого правила, — поддержал Уизли, облегченно вздохнув.
Его всегда напрягало звучание особого имени темного колдуна, оставившего Поттеру знаменитый шрам на лбу. Рон ведь, в отличие от магглорожденной Гермионы и Гарри, воспитанного в маггловском мире, с детства знал о Том-кого-нельзя-называть. Не дураки же все маги, что так величали темного тирана? И не пришлым выскочкам из мира магглов решать такие вопросы. Вон Дамблдор тоже его называет Томом и не выкрикивает на всех перекрестках запрещенное имя. Береженого и Мерлин бережет, всегда говорила Молли Уизли. А Рон верил матери. Она плохого не посоветует. Воспоминание о семье напомнило Рону, что он так и не уговорил Гарри пригласить сюда еще кого-нибудь. А директор ведь намекал ему — если Поттер пригласит Молли пожить в дом, то и Рон сможет здесь гостить до самой осени. «Ваша мама, Рон, могла бы присмотреть за Гарри. Он ведь совсем один и нуждается в сочувствии и заботе», — сказал ему директор перед самым его уходом с Гермионой в Блэк-хаус. Оказалось, что их друг здесь не совсем один, как вещал Дамблдор. И директор обязан был об этом знать. Да и опекуном Гарри Дамблдор не являлся, хоть и говорил, будто просто не хочет навязывать ему компанию, которая не понравится. А он и не имел, как оказалось, права что-то навязывать Поттеру. «И все равно, если бы сюда пришла мама, то и все остальные из семьи могли бы пожить в этом большом красивом доме. Не то, что наша Нора — перекошенная, замусоренная и старая», — думал Рон, с завистью поглядывая вокруг себя.