Око Баала (СИ)

— Как я понимаю, то, что мы остались на плаву и живы — твоя заслуга, — сказал мне незаметно подкравшийся сержан Рэд.
Достал этот гад — взял моду подкрадываться, так что фиг заметишь, несмотря на немалые габариты! Я потер замерзшие руки и неохотно признал, что да, я постарался, готов принимать благодарность, желательно в реалах.
— Надо же, а я до последнего дня сомневался, что от тебя будет толк в этой командировке, — хохотнул сержант, — Кстати, ты в курсе, что почти вся электроника на борту, кроме экранированных и защищенных военных коммуникаторов, вышла из строя?
— А я тут при чем? — буркнул я и замер пораженный неожиданной мыслью.
— Да-да, при чем здесь ты? — как большой кот промурлыкал сержант, — Говорят, что мина в последний момент отчего-то заглючила и всплыла вверх тормашками? И расстреливать ее, в общем-то, было уже не обязательно?
— Ну, я не знаю что сказать, — протянул я, дергая себя за ухо, — Может быть какая-то электромагнитная пушка?
— Пушка, ага, — оскалился довольно Мейсон, — Компактная такая, самоходная…
— Слушай, чего ты из меня жилы тянешь? — рассердился я, — Не знаю я, что это такое было!
— Ну не знаешь и ладно, — поднял ладони сержант, — Я в общем-то поблагодарить тебя подошел, не претензии высказывать.
— Не надо мне ваших благодарностей, — раздраженно отмахнулся я, — Я если честно свою задницу спасал, ваши так, прицепом зацепил…
— Да все понятно, что своя задница на первом месте, — развеселился сержант, — Но это не отменяет… Ладно, парень, вижу, что ты не в духе — потом поболтаем. Просто учти, что за мной должок!
И, хлопнув меня по плечу, отошел. А я принялся обдумывать внезапно появившуюся мысль — что это такое было вчера с миной? А заодно и со всей электроникой на борту? А ведь раньше подобные инциденты со мной уже были! Сколько электроники погорело дома — не сосчитать. Брейнхуп друга, за который его родители выставили моему папе немаленький счет опять же можно вспомнить. Если вдуматься, то способность оперировать электрическим током вполне даже может позволять генерировать и электромагнитное поле, которое перегружает и сжигает электронику! И эта способность дает мне интереснейшие возможности. В наш высокотехнологичный век электроника встроена практически во все — в оружие, средства связи, да та же крутая броня у Скалы — там же есть мускульные усилители, значит, не обошлось без управляющих цепей и контроллера! А тут прихожу я, такой красивый, делаю ба-бах и ничего не работает! Электромагнитное оружие тоже, кстати. А огнестрелу ничего не будет, так что может и не зря меня Энрике натаскивает стрелять именно из порохового оружия. Это непременно нужно обдумать и провести эксперименты. Как некстати получилась эта командировка!
Салал, в который мы прибыли через пару часов после рассвета, оказался даже не портом а просто поселением на берегу. Глубины были малые, так что к берегу мы подойти не смогли — бросили якорь в полукилометре от линии прибоя. Нас уже ждали — не успел наш конвой остановиться, как к нам устремились многочисленные катера и шлюпки — на борту были десятки раненых, которые нуждались в медицинской помощи. Я, облокотившись о фальшборт, смотрел на берег. Аравийский полуостров пока что не впечатлял, после этих всех рассказов я ожидал чего-то более жуткого и опасного. Хотя развалин здесь хватало, но выглядели все как обычная заброшка, так что городок на берегу выглядел так обыденно, что я вполне мог себе представить где-нибудь в родной Сибири. Если убрать пальмы, конечно.
— Привет, парень, любуешься? — прервал мои мысли боцман Нильс, — Не выглядит этот берег опасным, верно?
— Да уж, это точно, — протянул я, — После всех этих пугалок я ожидал другого. Ну, знаешь, руин городов светящихся от радиации, мутантов, бродящих в развалинах.
— Все это тоже есть, — невесело хмыкнул боцман, — Там, в глубине полуострова. Оман война особо не задела, хотя и здесь тоже жить невесело. Да и не живет никто, все гражданские сбежали давным-давно.
— Почему?
— Скоро сам поймешь, — вздохнул Нильс, — Короче, мы с ребятами тут тебе кой-чего насобирали. Типа в благодарность — если бы не ты, мы бы сейчас рыб кормили. Я так точно — пока ты не начал шухер наводить, я в машинном отделении сидел.
 
С этими словами моряк сунул мне в руку брезентовую сумку в которой что-то позвякивало.
— Удачи тебе, парень! — хлопнул меня по плечу боцман, — И, напоследок дам совет — не слушай Шорох! Не вслушивайся в него ни в коем случае, игнорируй изо всех сил!
— Чего?! — удивленно переспросил я, но боцман уже отошел.
Я открыл сумку и хмыкнул. Ну что еще мне могли подарить моряки? Конечно алкоголь! Две литровые бутылки бухла.
— Как-то недорого эти жмоты свои жизни оценили! — неодобрительно сказал Мейсон за моим плечом, — Два литра копеечного вискаря, тьфу!
Опять подкрался, сука! Как он ухитряется так перемещаться бесшумно при таких габаритах?
— Мейсон, ты знаешь, кто такой Шорох? — спросил я недовольно.
— Понятия не имею. Да не слушай ты этих мокрожопых, у них на каждый чих найдется страшная легенда или история! Эти ребята до сих пор в средневековье живут, скорость измеряют в узлах, морских богов вспоминают при прохождении экватора. Собирайся лучше, раненых вывезли, скоро за нами катер придет.
Я сидел на корме большого моторного катера рядом с рулевым и разглядывал всю нашу «дружную» экспедицию. На носу с недовольным видом сидел лейтенант Сэм Грабовски — белобрысый, высокий и худощавый тип, весь как будто на разболтанных шарнирах. Он командовал нашей экспедицией и по моему прибытия сразу же попытался меня прогнуть под себя. На что я отвел его в уголок и коротко но доходчиво объяснил лейтенанту что на хую вертел всю ЧВК «Корона» скопом и его Сэма Грабовски в частности и если он хочет от меня сотрудничества, то придется разговаривать уважительно и договариваться.
Разумеется, я отлично понимал, что в экспедиции должно быть единоначалие, опять же место опасное и возможны пострелушки со всякими гадами, но бесцеремонного хамства терпеть не собирался. Я и винтовку-то брать отказался, чтоб сразу обозначить, что я не солдат и ходить строем не собираюсь. Опять же в командировочном предписании черным по английскому было написано, что я технический специалист. Но для этого дебила, которого мама в детстве читать, похоже, не научила, а сразу отдала в армию, мои слова оказались чем-то вроде красной тряпки для быка. От конфликта нас удержал сержант Мейсон, который парой фраз утихомирил лейтенанта и его парней, которые собирались помочь командиру поставить «наглого латиноса» на место. И хорошо, что удержал, а то пришлось бы Короне новую экспедицию собриать. С тех пор мы с Сэмом друг друга игнорировали, а я с его бойцами враждовал — мы исподтишка устраивали друг другу пакости — чисто как дети ей-богу.
Сразу за Сэмом сидел сержант Мейсон. Тот еще мутный и непонятный тип. То, что он ни разу не сержант я понял очень быстро, уж больно речь гладкая и правильная. Из этого «сержанта» просто лезло классическое образование в каком-то серьезном высшем учебном заведении. И то, что он подчиняется лейтенанту чисто формально, я тоже быстро просек — скорее уж лейтенант его слушался. Серый кардинал в нашем отряде и темная лошадка. Сразу за Мейсоном сидела парочка неразлучников — Чип и Дип. Непохоже на имена, скорее всего клички. Оба невысокие, широкоплечие, молчаливые и темноволосые. Я поначалу принял их за педиков — парни все делали вместе, только что в сортир раздельно ходили. Но потом оказалось, что парни братья двойняшки и мне сразу стало интересно — у них одна баба на двоих? И если да, то они по очереди на нее забираются или одновременно? Не нашел ничего более умного, чем поинтересоваться этим вопросом у братьев и заработал себе еще пару врагов.
 
За братьями сидела парочка, которых я про себя называл «Два дебила это сила». Слай и Роки — два типичных солдафона, на которых я насмотрелся еще в армии. Тупые, здоровые, агрессивные и любят шутки про жопы — что еще можно добавить? В пути мы с ними развлекались, подкидывая друг другу дохлых крыс в постель — веселые ребята!