Джей (СИ)

– Все в порядке, – внезапно донеслось от Робин. 
И тут Би наконец-то отмер. Он резко отпустил Нами и быстро отодвинулся, будто пытался уйти... но был остановлен рукой, схватившей его за одежду. Кошка Воровка удивленно опустила глаза и посмотрела на Робин, державшую первого за штанину. 
– Спасибо... что помогли мне, – тихо сказала археолог – И... продолжаете помогать, – попыталась улыбнуться женщина.
  
Нами удивленно моргнула. Би... помог Робин? Проклятье, нужно узнать у кого-нибудь, что вообще произошло! 
Би медленно моргнул. В его глазах появился признак усталой, тяжелой осознанности. И в этот момент, лицо молодого взрослого стало выглядеть гораздо старше. 
– Вам не нужно меня благодарить, – медленно сказал Би – я... помогал не вам, – в этот момент, глаза первого снова стали отстраненными, будто он вспоминал что-то далекое и эфемерное как туман. 
Нами вздрогнула от звука его хриплого и бесконечно усталого голоса. В глазах Робин отразилось печальное и такое же тяжелое понимание. 
– Мне не важно, почему вы это сделали, – хрипло сказала женщина – Вы прекратили это, и я благодарна вам. Вот и все, – тихо сообщила Робин. 
Би невольно нахмурился, будто обдумывал прозвучавшие сейчас слова. После чего тяжело вздохнул, повернулся к сидящему у дальней стены Джею (к этому моменту снайпер уже потерял сознание). Осознанность в его глазах стала сильнее, будто он крайне неохотно, но неумолимо включался в происходящее. 
– Что мне... теперь делать? – отстраненно спросил парень.
Казалось он просто говорит вслух даже не надеясь на ответ. Что-то подсказывало Нами, что он часто так делал. Задавал вопросы в пустоту, потому что всегда знал, что ему никто не поможет и никто не ответит. Грустное понимание в глазах Робин стало полнее... теперь создавалось впечатление, что и женщина погрузилась в далекие, призрачные воспоминания. 
– Жить, – просто сказала Робин – Пока ты живешь... рано или поздно ты найдешь ответы, – спокойно сказала женщина, после чего перевела глаза на лежащего в стороне Луффи – Как я нашла свои, – мягко улыбнулась археолог.
Лицо Би застыло, после чего в его глазах снова отразилась пустота. Он отвел глаза от Джея и подвинулся к лежащей Робин, после чего аккуратно поднял женщину за плечи, снял с нее темную куртку и осторожно перевернул Робин на живот. Тело археолога невольно дернулось, и она зашипела. Нами испуганно покосилась на блондина, но тот оставался крайне сосредоточен... он осторожно задрал майку Робин, открывая ее спину. И тогда Нами увидела ИХ. Всю спину археолога покрывали отвратительные, болезненные синяки. Глаза Кошки Воровки испуганно расширились, и она сильно сжала пальцы на коленях. Это выглядело... плохо. Веки блондина дрогнули, но сам он оставался совершенно спокоен. Би внимательно осмотрел спину Робин, после чего мягко и осторожно ее ощупал. 
– Болит? – холодно спросил первый.
– Да, – слегка хрипло ответила Робин – Но не очень сильно. 
Блондин задумчиво кивнул и достал из кучи лекарств белую мазь.
– Переломов нет, – деловито сказал блондин – Но присутствуют серьезные ушибы. Я нанесу успокаивающую мазь... это поможет снять отек и уменьшит боль, – спокойно дополнил Би, нанося эту самую мазь.
Все его движения были очень аккуратными и максимально осторожными. Робин ни разу не дернулась от боли и не зашипела. Видя это, Нами почувствовала себя гораздо спокойнее в отношении этого парня. Наблюдая за этим серьезным и осторожным усердием, она поняла, почему Джей так любил своего убийственно злобного и орущего старшего. Но при этом... ее прошила ужасающая, тяжелая грусть. Человек, настолько опытный и сознательный в оказании помощи, не может считать убийство чем-то нормальным. На самом деле... никто из кадетов не производил впечатления безумных психопатов. Несмотря на все, что с ними делали, они очевидно беспокоились друг о друге... хоть и боялись этой заботы так сильно, что запихнули ее максимально глубоко и скрыли всем, что у них было. Это было поразительным чудом. Хотя и очень, очень печальным. 
– Джей прошел весь этот путь, – внезапно сказала Робин – Потому что хотел, чтобы ты жил.
Би явно вздрогнул, но не нажал на израненную спину археолога. Его глаза невольно метнулись к бессознательному снайперу, около которого деловито метался Чоппер. 
– Я знаю, – сухо ответил блондин.
Робин тихо вздохнула. 
– В его глазах ты достоин жизни, – тихо сказала археолог – И если ты веришь в него... то поверь в его веру в тебя. Если он так сильно верит, что ты достоин... то ты тоже должен в это поверить. Даже если ты делал ужасные вещи... даже если ты ошибался, – слегка дрожащим от эмоций голосом произнесла Робин.
Ее глаза не отрывались от лежащего без сознания перебинтованного Луффи. В этот момент Нами ощутила, что лезет во что-то глубоко личное. И не только со стороны блондина.
– Робин, – тихо сказала девушка – Ты... будешь в порядке? – осторожно спросила она, косясь в сторону застывшего Би.
Женщина устало закрыла глаза и кивнула.
– Мистер Би позаботится обо мне, – мягко сказала женщина – Судя по тому, что я слышала... лечить людей его... лучший навык, – немного запинаясь сообщила Робин, начиная уплывать в мир бессознательного.
Блондин крупно вздрогнул, после чего его лицо мучительно скривилось, а плечи мелко задрожали. Казалось он с трудом сдерживает слезы. Именно в этот момент Нами остро поняла, что ей здесь не место. Она была другом Робин, но Би... видеть его полное эмоциональное крушение было бы... невежливо. 
Мягко скажем. 
Поэтому Нами решительно встала и осмотрела импровизированный лагерь. У стены дома лежали перебинтованные и залеченные по самое горло бывшие агенты, рядом с ними привалился к стене Джей (которого тоже недавно закончили перевязывать) и теперь Чоппер деятельно суетился уже около Луффи. Рядом с Мишель сидел мрачный глава плотников и еще мрачнее сжимал в пальцах не зажженную сигару (Чоппер бился против этой сигары как зверь... буквально. Упрямого плотника пришлось боднуть). остальные же плотники во главе с ОЧЕНЬ мрачным Санджи отправились на великую и очень ответственную миссию.
Они пошли на поиски Зоро. 
Плотники разделились на несколько групп, взяли по ДенДену из комнаты связи и обещали прочесать каждую щель, каждый камень этого несчастного острова в поисках мечника. Нами мысленно пожелала этим героям удачи. Топографический кретинизм Зоро давно преодолел ограничения пространства, времени и логики. Нами бы не удивилась, если бы они успешно вернулись в Ватер 7 и там спокойно бродил Зоро. 
Девушка очень тяжело вздохнула и скользнула глазами по старушке Кокоро ее внучке и их домашнем зайце, что стояли около края острова и завороженно пялились в воду. Нами понятия не имела, где эти трое прятались, пока Мугивары потрясали остров своим существованием, но как только все закончилось, они вылезли из небытия и начали весело терроризировать всех, кому не посчастливилось выжить. Кокоро при этом снова была пьяна в жужело. Нами понятия не имела, где женщина взяла выпивку, но факт оставался фактом. 
Девушка была ОЧЕНЬ рада, что Луффи не позвал их вступить в команду. От этих ребят исходил дух безумия и безбашенного наплевательства к смерти. Даже странно, что Луффи их не взял... хоть капитан хорошо ощущал атмосферу команды. Возможно он как-то подсознательно решил, что если добавить Мугиварам еще хоть немного безумия, то мир развалится. А без мира не стать королем пиратов. 
– Ух ты! – внезапно воскликнула внучка – Плывущая овечка!
Нами нахмурилась и невольно повернулась на звук. Эти слова... звучали подозрительно знакомо. 
– Корокорокоро... и вправду, – весело согласилась пьяная в бубень Кокоро – Плывущая овца. Ну и чудеса, – хмыкнула женщина, заглатывая остатки очередной бутылки. 
– О! Мистер мечник! – снова воскликнула внучка.
И вот тут-то Нами оживилась. 
– Где? – взволнованно крикнула девушка, подбегая к берегу. 
Сначала она на всякий случай подняла голову к небу (НИКОГДА не недооценивай Зоро), после повертела ей по сторонам и, в конечном итоге, опустила ее к волнам. И тогда, она наконец-то увидела Зоро. После чего морально смирилась с тем, что отправление мечника на вольный выпас нарушает пространственно временно континуум. Почему же навигатор так решила? Все просто... когда Нами опустила голову, ее взгляду предстала привычная до боли картина – Зоро мирно спал на палубе Гоинг Мерри.