Командировка (СИ)

— Э-э-э… хорошо…
Алекс посмотрел вниз. Сознание пока работало без перебоев, а он сам висел относительно недалеко от горизонта событий. Но трансформация Тела Звезды начала замедляться. Зато и разделение почти прекратилось. Очевидно, эти два фактора были связаны.
Однако стабильность его не устраивала, и он приказал:
— Мирам, спускай нас.
— Что⁈ Ты с ума сошел? Нам надо продержаться еще три-четыре часа.
  
— Туннель не стабилизируется. Факир просит спуститься ниже.
— Бездна! Проклятый Факир! Вот пусть сам сюда и лезет в следующий раз, — проворчала спутница, но покорно начала опускаться…
  
Глава 23
 
Вторая граница
 
— Есть новости? — в очередной раз поинтересовался Факир у Икара.
— Нет, — терпеливо ответила думающая машина. — За последние десять минут ровным счетом ничего нового не произошло. Как только появятся новости, Сердатишан сразу мне об этом скажет. А я тебе. Не сомневайся.
— Не доверяю я мозгокрутам, — буркнул Факир. — Слишком много от них проблем. А ведь я не хотел пускать их в нашу школу.
— Я почему-то не удивлен. Ты вообще никому не доверяешь.
— Помолчи, бестолочь! Что ты вообще в таких вещах понимаешь? Глава школы не должен доверять посторонним. Особенно скалсам. Между прочим, они были нашими врагами и наверняка снова станут, если Перезагрузка пойдет не так. А мы их пустили в наш дворец и все секреты добровольно показали. Будь ты настоящим адептом, ты бы и сам догадался. Но думающим машинам, видимо, не дано понять таких простых вещей.
— Между прочим, мы оба сидим в великих артефактах, и ничем не отличаемся друг от друга.
— Ха! Еще как отличаемся, — безапелляционно заявил Факир. — Я хозяин себе, а ты — нет.
— Не хами, хозяин, — протянул Икар. — А то быстро узнаешь, что думающие машины не рабы. Мы подчиняемся правилам, но в рамках этих правил вольны делать что угодно. А еще у нас хорошая память. Поэтому, если будешь меня унижать, снова придется со стенами разговаривать.
— У меня еще ученики есть!
— Да, и они отличные собеседники.
— Ладно, не начинай, — тут же пошел на попятную Факир. — Просто момент серьезный, а ты так спокойно относишься к нашим бывшим врагам.
— Скалсов пригласил Алекс, — напомнил Икар.
— Бездна! Я помню, но от этого мне не легче. От Колодцев зависит будущее нашей школы.
— Скорее, всего Ваантана.
— Сейчас меня больше волнует Великая Пустота.
— Это потому, что ты сам себя так запрограммировал, — вздохнул Икар. — Школа, школа, школа… только о ней и говоришь.
— И что в этом плохого? — поинтересовался Факир. — Если бы я не выкинул все лишнее из головы, то не продержался бы тридцать тысяч лет.
— Слишком многое ты выкинул. Иногда мне кажется, что в тебе куда больше от думающей машины, чем во мне. Я хотя бы волнуюсь о других.
— По тебе это не заметно.
— Просто я лучше воспитан, — буркнул Икар. — В отличие от некоторых.
— Просил же не заводиться.
— Это к вопросу, кто из нас ближе к адептам.
— Все! Официально прошу прощения, — не выдержал Факир. — Доволен?
— Извинения принимаются…
Надо сказать, отношения между главой Великой Пустоты и хранителем дворца школы были непростыми, и мало кто вообще догадывался о всех сложностях. Однако для Факира Икар был не только лучшим собеседником, но и ближайшим другом. Хотя бы потому, что они действительно были похожи.
Однако Факир упорно отказывался считать себя обычной думающей машиной, поэтому гнал мысль, что он ничем не отличается от Икара. Какой он тогда глава школы? И что скажут остальные, если узнают, что его лучший друг — это другая думающая машина?
В лучшем случае посмеются, а в худшем он потеряет статус, и Великая Пустота снова окажется под угрозой. Как тогда набирать новых учеников? Их и так было, откровенно говоря, немного.
«Наверное, надо изменить правила набора, — хмуро размышлял Факир. — Хотя это позор принимать кого угодно без вступительных испытаний! Одного совпадения концепции недостаточно! Нужно, чтобы ученик соответствовал нашей Госпоже. Надеюсь, Алекс справится. С Колодцами все изменится…»
— Факир! — голос Икара вырвал босса из приятных размышлений, в которых его родная школа увеличилась до нескольких тысяч членов и стала главной школой пространства Ваантана.
То есть заняла свое законное место…
— Что⁈ — оживился тот. — Сердатишан, наконец, вышел на связь?
— Нет, но я и без скалсов чувствую, что колодец стабилизируется. Появилось ощущение Флута.
— Но еще слишком рано. Прошло всего три часа.
— Знаю, однако я ясно чувствую Флут. Подожди-ка, проверю сигнатуру…
— Интересно, насколько мощным получится Колодец, — задумчиво пробормотал Факир. — Хотя три часа, это мало. Но все равно новый Колодец получится сильнее старого.
— Что-то пошло не так. Тоннель уходит слишком далеко! — вдруг воскликнул Икар.
— Насколько далеко?
— Примерно до второй границы.
— Проклятье! Алекс провалился в сингулярность⁈
— Еще нет. Я его пока чувствую. Но он погрузился очень глубоко.
— Бездна! Значит, он падает! Мы должны что-то сделать, Икар!
— Мы ничего не можем сделать. Если бы могли, то давно сделали. Сейчас все в руках Алекса. Даже скалсы ему не помогут. А ведь это ты его попросил спуститься.
— Не так сильно же! — запротестовал Факир.
— Видимо, он уже не контролирует погружение.
— Если он перейдет вторую границу…
Факир не договорил, но Икар прекрасно понял босса — второй границей называлась условная область, где гравитация становится слишком неоднородной, чтобы средний адепт там долго продержался. На этой отметке в любой момент могла начаться спагеттификация — процесс, при котором нижняя часть адепта резко ускорится, не в силах сопротивляться притяжению черной дыры. В результате тело растягивалось и затягивалось в сингулярность. А даже если несчастный каким-то образом стабилизирует тело, то вряд ли сможет выбраться назад. По крайней мере, другие исследователи не смогли.
В общем, вторая граница считалась границей между жизнью и смертью — пересеки ее, и ты немедленно умрешь. Впрочем, если ты там оказался, то ничего хорошего тебя уже не ждало. Даже если ты — Разрушитель.
* * *
— Мы висим слишком низко! — обеспокоенным голосом сообщила Мирам. — Это вторая граница!
— Ну и что? Ты же меня держишь. Сама хвасталась, что тебе это по силам. Так что все в порядке.
— Так и знала, что мне это боком выйдет, — проворчала Мирам. — Надо было остановиться выше, а не лезть в самое пекло!
— Наверху трансформация шла слишком медленно.
— Она и здесь не шибко быстро идет.
— Зато Колодец получится крепким, — возразил Алекс, концентрируясь на тонком ощущении аномалии, которую он завел за горизонт событий.
Это и был Колодец. Он уже начал проявляться, однако прямо сейчас аномалия ничем помочь не могла. Скорее, она просто оборвется, если ее использовать раньше времени. Но если подождать, то Колодец непременно окрепнет и выбраться будет несложно.
Впрочем, Алекс перестал переживать за свое положение. Острый кризис прошел и все благодаря Мирам, которая надежно его удерживала даже возле второй границы. Правда, для этого она использовала кучу меток, но с вниманием и контролем у нее проблем никогда не возникало, а запасов энергии хватало. Собственно, она сидела в великом артефакте Пространства, который в условиях прямого контакта работал прекрасно.
При этом артефакт никакой агрессии у Флута не вызывал. Вот что значит истинная Сила, а не заурядный Глас…
В любом случае Алекс был доволен — чем дальше за горизонт событий зайдет Колодец, тем мощнее станет резервуар ускоренного времени. А значит, туда вместится больше народа и ресурсов. Возможно, древние даже смогут превратить резервуар в небольшой дворец пространства.
  
В этом случае адепты смогут работать вместе, а большой группе гораздо проще достучаться до своего источника. Поэтому школы Пояса в свое время так заботились о наборе учеников. В общем, если собрать в одном резервуаре кучу народа с одной Силой, а еще подкинуть им великий артефакт, то заметно снизится главный минус резервуаров — медленный набор энергии.