Неудачник - книга вторая

 – Лада? – догадался Хартмут.
 – Верно, – подтвердил Артур. – Возле города она шириной в полсотни шагов, но глубина достаточная даже для небольшого корабля. Эта река течёт через всю империю до побережья. Плохо, что она забирает далеко на восток, в такие дикие места, что вряд ли мы кого-нибудь встретим до самого побережья. Нужно проплыть тысячу лиг или даже больше, но ещё только середина лета. Я думаю, что нужно сделать плоты, тогда можно ехать с удобствами и даже взять с собой лошадей. Продовольствие тоже купим впрок. Жаль, что нет мага, а то можно было бы всё сохранить от порчи и не тратить время на охоту. Но рыбу нетрудно ловить на ходу.
  
 – Продовольствие я вам сохраню, – пообещала Сента. – На это моих сил хватит.
 – Маг? – спросил Артур и, увидев утвердительный кивок, добавил: – Это очень хорошо. Вы и лечить можете?
 – Вылечу, если не свалитесь все сразу, – ответила девушка, – У меня мало сил.
 – Возьмём с собой проводником кого-нибудь из местных, – продолжил Артур. – Если у вас есть деньги заплатить за гражданство, желающие найдутся.
 – А сколько оно может стоить? – спросил Кай.
 – Сам я в империи не был, но говорил со знающими людьми, – ответил Артур. – Единой цены нет. В центральных провинциях придётся платить больше, но мы с вами прибудем в глушь, поэтому я думаю, что обойдёмся сотней монет на человека, а может, и меньше.
 – Такую цену я потяну, – сказал Кай. – Ешьте, мы вас подождём здесь. Шевалье, вы в состоянии ехать верхом или сядете в карету?
 – С вашего позволения, я сегодня поеду в карете. Меня крепко побили, и ещё не всё зажило. Но уже завтра...
 – Сядете к нам, – сказала Сента. – Я в пути подлечу.
 Долго в этот день не ехали и до темноты остановились на ночлег, прикрывшись от дороги небольшой рощей. На следующий день объехали столицу и после долгих поисков нашли нужную дорогу. Шевалье Белер весь день ехал в карете с девушками, развлекая их разговорами и вызывая ревность Симона, а утром пересел на коня. До Залежа добирались пять дней. Не встретили ни одного трактира, но были съезды к деревням, в которых покупали продукты. Залеж только назывался городом, фактически это была большая деревня, только с магистратом.
 – Даже не знаю, как вам помочь, – почесал затылок его глава. – Конечно, можно найти какого-нибудь сорвиголову, но вам нужен человек, знающий реку. Такие есть, но это люди семейные, которые не бросят хозяйство. Мы далеко не плаваем. Ходит кое-кто на баркасе на день пути для рыбалки, но редко: хорошей рыбы и здесь много. Зимой по льду ездят на охоту, но и тогда не забираются далеко, уж больно там дикие места. Во времена моей молодости приезжал к нам один купец, построил небольшой корабль, нагрузил товарами и уплыл в империю с такими же безбашенными, как он сам. Не знаю, что у него получилось, только назад никто из них не вернулся. Если хорошо заплатите, мужики сколотят плоты, а проводника ищите сами. Может, кого и найдёте. Корвы? Нет, мы их пока не видели, слышали только, что с ними была война.
 – Дикое место! – сердито сказал барон, когда вышли из дома, который здесь изображал магистрат. – Слышал он о войне! А ведь этот Залеж не так уж далеко от столицы. Ладно, плоты для нас сколотят, а с кем плыть? Тысячу миль по незнакомой реке... Кто сказал, что она выходит на имперское побережье?
 – Так показано на картах, – пожал плечами Артур. – Когда Вирена была провинцией империи, здесь плавали.
 – Значит, проплывём и мы, – сказала Сента. – Другого пути в империю для нас нет, а местные далеко не плавают. Купим у них продовольствие, построим на плотах шалаши, и можно плыть. Наверное, не нужно брать с собой всех лошадей. Где мы найдём для них корм на месяц пути, если по берегам реки растут леса?
 – Верно говоришь, дочка, – вздохнув, сказал барон. – Моя вина! Нужно было уходить сразу.
 – Таких убежавших было мало, – сказал Артур. – Аделрик правильно рассчитал. Тяжело бросать землю и бежать на чужбину, а слову короля привыкли верить, поэтому с готовностью поверили и ему. А у короля оказалось два слова: одно для своих корвов, а второе для всех остальных. Наверное, кто-нибудь сохранит имение, но таких будет немного. Я думаю, что к следующему лету наших дворян в Вирене почти не останется.
 С момента их прибытия в Залеж прошло четыре дня. Возле городской пристани плавали три больших плота, на двух из них были сколочены лёгкие домики, в которых можно было укрыться от ветра и дождя, а на третьем установили навес для лошадей.
 – Не сдует? – спросил Кай старшего артели. – Может, его укрепить?
 – Не сомневайтесь, господин барон! – заверил его мужик. – Мы всё сделали на совесть! И навес устоит против самого сильного ветра, и домики ваши не промокнут. Зря только ваша дочка настояла, чтобы прорубили бойницы. Нужно подумать, чем их закрывать, чтобы не дуло. Сегодня сделаем шесты, и можно плыть. Если не обидитесь, дам вам совет. Купили бы вы по одной лодке на плот. Я даже могу подсказать, у кого они есть на продажу.
 Кай послушал совета, и в тот же день на плотах закрепили лёгкие лодки, в каждую из которых могли сесть четыре человека. Рассчитались за них лишними лошадьми. Остальных лошадей отдали за продукты и овёс, оставив себе только пять самых лучших. Кареты оказались никому не нужны, и их хотели бросить, но Сенте пришла в голову хорошая мысль.
 – А почему не закрепить их на плотах? – спросила она спутников. – Место много, а они ничем не хуже наших домиков: и отдохнуть можно, и положить на хранение продукты.
 Так и сделали, после чего лесорубы занесли на плоты запас дров на первое время, получили свою плату и ушли.
 – Канаты мы купили, – сказал Кай Альберту. – Весь порох, который был на продажу, тоже взяли. Крупу и сети стражники принесли. Подумайте, может, нужно что-то ещё? Завтра отчалим, и думать будет поздно.
 – Я купил бы пару арбалетов, – сказал шевалье, – но где их здесь найдёшь!
 – Сходите к главе. Может, он что подскажет. Деньги есть?
 – Хватит тех, что вы дали, – ответил Альбер и ушёл.
 Кай не успел уйти с пристани, как к нему, сняв шапку, обратился мужик лет тридцати:
 – Дозвольте сказать, господин барон! Я слышал, что вам нужен проводник.
 – А ты, стало быть, знаешь реку? – спросил Кай.
 – Всю не знаю, – ответил мужик, – но дней на десять в один конец ходил, и не на зимнюю охоту, как некоторые, а по воде.
 – По какой надобности ходил? – поинтересовался Кай.
 – А не по какой, – ухмыльнулся мужик. – Молодой был и глупый. Сил девать некуда и было любопытно, что там дальше по реке.
 – И что же там было? – улыбнулся барон.
 – Всё то же самое, – махнул он рукой, – только река шире, а лес выше и гуще. Такого леса я больше нигде не видел.
 – А зачем хочешь в империю?
 – Я не так давно ездил в столицу, – нахмурившись, сказал мужик. – Видел я этих корвов! Это они до нас не добрались, а на то, что творят в деревнях, насмотрелся! А наши им слова поперёк не скажут. Спрашиваю, что так? А мне затыкают рот! Молчи, мол, пока тебе не закрыли рот железом! Ещё и нам попадёт за то, что стояли рядом и слушали. Все боятся, а наши господа боятся пуще крестьян! А я так жить не привык. Вот и подумал... Только если возьмёте, то знайте, что я не один, а с женой.
 – Мне в империи и за неё платить? – задумался Кай. – Не дорого ли выйдет твоя помощь?
 – Смотрите сами, я вам не навязываюсь. Скажу только, что моя Катерина отработает. Она и готовит отменно, и может постирать бельё, и сделать какую другую работу. Рыбачит лучше меня, да и с луком хорошо управляется. Зимой три сотни белок приносит, а белку ещё попробуй добыть луком-то! И в домах мы вас не стесним: поставим свой шатёр.
  
 – Тебя как звать? – спросил Кай. – Дитер? Ладно, считай, что договорились. Только учти, что мы отплываем завтра поутру. Опоздаете – ждать не станем.
 Они не опоздали, наоборот, прибыли раньше остальных. Когда беглецы расплатились с хозяевами, у которых жили в Залеже, и пришли на пристань, на одном из плотов увидели матерчатый шатёр, а под навесом были уже не пять, а шесть лошадей.