Неудачник - книга вторая
– Подумаешь! – пренебрежительно сказала девушка. – Одна мачта и три паруса с верёвками. Какие вы мужчины, если не сможете с ними управиться? Река широкая и плыть долго, поэтому научиться будет нетрудно.
– Что они сказали? – спросил Кай, не обращая больше внимания на воинственность дочери. – Сколько ещё плыть?
– Сказали, что нашим ходом плыть дней десять, – ответил Хартмут, – а по берегу до столицы примерно пятьсот лиг. Можно плыть вдоль него на корабле или двигаться по приморскому тракту. Горы там есть, но невысокие, и в них проложена дорога. Мы, когда разговаривали, старались представиться простаками, поэтому и вы, если сюда придут, ведите себя так же. Эти купцы держатся заносчиво и самоуверенно. Местных не считают людьми, и к дикарям с верховьев реки будет такое же отношение. Я тоже не хочу драки, но если нападут, корабль нужно отобрать. Если этого не сделать и дать уплыть, они такое расскажут, что нам не будет ходу в империю. Предлагаю вынести наше оружие, не для драки, а чтобы отбить охоту драться у них.
– Симон, выноси оружие, – приказал юноше Кай. – Пистоли засунем за пояса, а мушкеты составим в пирамиды. Сента, помоги ему. Эрна, марш к матери! Женщинам лучше уйти на дальний плот. Тебя, дочь, это не касается.
– Я для него уже не женщина, – пробурчала девушка, составляя вместе три мушкета.
– Вы сами виноваты, – сказал ей Симон. – Красивы и женственны, а ведёте себя так, как посмеет вести не всякий мужчина! Вас хочется защитить, а вам это не надобно.
– Защищать нужно слабых, шевалье, – сказала ему Сента, – а я не чувствую себя такой. Но я не перестала быть женщиной!
– А как с этим сообразуется желание лишить жизни бедных купцов? – спросил он. – Из-за какого-то корабля...
– Я не собиралась нападать первой, – возразила она, – а бедных купцов не бывает, особенно здесь. Слышали, что сказал Артур? У всех разбойные морды и куча оружия. Посмотрите, по-моему, эти «бедные» идут сюда.
По кромке берега в сторону плотов двигались трое. Первым шёл широкоплечий мужчина в кожаной безрукавке с такой волосатой грудью, что поначалу Сента приняла его волосы за мех. Он был босиком, а штаны поддерживал широкий пояс, на котором покачивалась короткая сабля. За этим же поясом виднелись два пистоля. Вторым шёл высокий худощавый мужчина, тоже вооружённый саблей и пистолями. На одном плече он нёс небольшой бочонок. Третьим был невысокий толстяк, у которого, помимо пистолей и кинжала, был ещё мушкет.
– Приветствую отважных путешественников! – издали закричал волосатый. – Вы меня понимаете?
– Вас понимают только дворяне, которые изучали ваш язык, – ответил ему на имперском Кай. – Я тоже приветствую вас как старший здесь!
– Мне достаточно дворян, – засмеялся волосатый. – Позвольте представиться! Я купец Нил Бродбек, а это мои спутники! Мы решили вас навестить и в знак уважения подарить этот бочонок имперского вина.
– Сейчас наши женщины приготовят мясо, и мы выпьем это вино вместе с вами! – сказал Кай.
– Благодарю, – поклонился купец. – Но мы не можем ждать и недавно ели. Так что наш подарок выпьете сами.
Он дал знак, и высокий с облегчением поставил свою ношу на песок.
– Надеюсь увидеть вас у нас в гостях, – на прощание сказал купец. – Хотел предложить вместе доплыть до побережья, но ваши плоты – слишком тихоходный транспорт.
Перед тем как уйти, он с сожалением посмотрел на Сенту. То же самое сделали и его спутники.
– Они считают нас идиотами? – в недоумении сказал Кай. – Кто же будет пить их вино? Видели, как они смотрели на мою дочь?
– Местные выпили бы, – сказал Артур. – Понятно, что вино отравлено. Этот волосатый нас уже похоронил, поэтому так посмотрел на красивую девушку. Остаётся решить, как теперь поступить. Просто уйти не получится: они легко догонят плоты и расстреляют нас с корабля. Я на их месте не отпустил бы. И дело даже не в жадности. Если мы не стали пить вино и удрали, значит, раскусили их хитрость и можем предъявить этот бочонок в магистрате приморского города. Наверняка за этой компанией числятся тёмные делишки, так что нам могут и поверить.
– У тебя остался тот флакон? – спросила Сента.
– И как ты хочешь их травить? – спросил Кай. – Мне ничего не приходит в голову.
– Когда мы были на корабле, видели бочку с водой, – вспомнил Хартмут. – Возле неё стоит кружка, которой эту воду черпают. В такую жару пьют много и часто.
– Почему не пить прямо из реки? – удивился один из дружинников.
– Этот корабль плавает и по морю, – сказал Артур, – а из него не больно попьёшь солёную воду, отсюда и бочка. Тебе легко наклониться и зачерпнуть рукой воду, а им проще один раз налить в бочку и пить из кружки. Борта-то высокие! Но нас больше не пустят на корабль.
– Дай свой флакон, – сказала Сента. – Я хоть и слабый, но маг, а в том, что хочу сделать, не нужно большой силы. Только я сяду на берегу, а вы не подходите.
– Не хочешь сказать, что задумала? – спросил Кай.
– Сейчас сами увидите, – улыбнулась она. – Где твоё зелье?
Барон принёс флакон и отдал дочери, которая взяла чашку и вылила в неё всё зелье. После этого девушка отошла от плотов к лесу, села на песок и создала зов. Пришлось подождать минут десять, пока рядом с ней приземлился здоровенный ворон. Подчиняясь приказу, он быстро выпил часть зелья, после чего упал на песок, задёргался и сдох. Девушка взяла мёртвую птицу и влила ей в клюв остатки жидкости. Ещё одно заклинание – и превратившийся в зомби ворон взмахнул крыльями и полетел в сторону корабля.
Когда Клод убил, а потом оживил своих воронов, он сделал ошибку. Надо было сначала их подчинить, а потом убивать, тогда контроль сохранялся и после оживления. Он этого не сделал, из-за чего не смог подчинить себе мёртвых птиц.
– И что он сделает? – спросил Кай, когда дочь вернулась к плотам.
– Отрыгнёт всё, что выпил, в их бочку, – ответила она. – Ему не нужно на неё садиться, сделает на лету. Хватит ли зелья?
– Я потратил на тридцать корвов десятую часть флакона, – сказал Кай. – Правда, в бутылках было не больше двух вёдер вина... Но вряд ли бочка полна до краёв.
– Может случиться так, что отравятся не все, – заметил Хартмут. – Кто-то уйдёт к охотникам или куда-нибудь ещё. Если останутся один-два человека, они не смогут управлять кораблём, но это и не нужно. Вытравят якорь и уплывут по течению. Доплывут или нет, но мы лишимся корабля. Предлагаю держать лодки наготове и, если попытаются уплыть, догнать корабль и захватить!
Так и сделали, но эта предосторожность оказалось излишней. Хартмут верно предположил, что отравятся не все, вот только уцелевший член команды не пытался угнать корабль, наоборот, он в панике бросился к ним за помощью. Этим уцелевшим оказался невысокий худощавый парень лет двадцати.
– Это какой-то ужас! – рассказывал он им, трясясь от страха. – Меня отпустили в деревню к охотникам... Понимаете, там есть одна вдова...
– Понимаем, – успокоил его барон. – Продолжай.
– Я вернулся, а Смак валяется на песке. Посмотрел, а он дохлый! И остальные там такие же! Наверняка их отравили жители деревни. Продукты-то мы покупаем у них! Заберут оружие и свои меха, которые потом продадут другим, а корабль затопят. В прошлом году в этих краях пропал один купец. Теперь ясно, что с ним случилось! Помогите! Для чего вам плыть на этих плотах, когда можно доплыть на корабле? Только нужно быстро выбросить тела, погрузиться и отплыть. Если придут охотники, будет плохо! От леса недалеко, поэтому всех утыкают стрелами, а они у них с ядом!
– Мы не умеем управлять кораблём, – сказал Артур.
– Я умею и научу! – сорвался в крик парень. – На реке в хорошую погоду можно просто убрать якорь, не поднимать паруса и управлять одним штурвалом! Если держаться середины реки, доплывём до моря. И с парусами нетрудно управляться, но этому научитесь потом!
– Артур, возьмите двух стражников и этого юношу и занимайте корабль, – приказал Кай. – Выбросите тела за борт и посмотрите, куда будем размещать груз и лошадей. Лошади войдут?