Дурень. Книга четвёртая. Ветер

– И правильно император не поверил! Не может такого быть! Чтобы заклятые враги нам войну вместе объявили. Скорее я поверю, что они друг другу объявят, – махнул рукой фон Кох, – ну, а захват Севастополя вообще ересь. У нас армия в миллион человек. Сколько та Англия может в Черное море перебросить войск? Сто тысяч максимум, ей для этого со всего мира нужно будет войска стаскивать. А как их снабжать? Продукты, порох, да просто воду, это же Крым, там нет воды. Нет, правильно Государь не поверил.
  
– Ну, да. Государь так и сказал. И ладно, нет, так нет. Там вторая часть была в том сне. В 1853 году целая флотилия американская прибудет к японским островам и ультимативно потребует от японского императора, обменяться послами и предоставить Америке порты для стоянки, продажу продовольствия их кораблям и статус наибольшего благоприятствования в торговле. Подойдут к Эдо – столице Японии и дадут залп из всех пушек. Правда, холостой. Японцы месяца три поупираются, у них там император умрёт, а потом новый всё подпишет… Или сегун их. Ну, не важно. Главное, что подпишет.
– Дерзко, но в это можно поверить, – кивнул головой капитан.
– Как думаете, Владимир Фёдорович, а что, если ваши три фрегата присоединятся к американцам у королевства Рюкю, куда они сначала придут, и предложите вы им прогуляться до Эдо вместе и договор составить на троих? – Сашка о такой возможности думал. Просто идеальный вариант. Не придётся Путятину разбрасываться Курильскими островами.
Но раз за разом к этому бредовому плану возвращаясь, уже переосмыслил всё, и теперь не верил в него и сам. Наоборот, Перри сделает всё, чтобы этого не допустить. Хоть американцы и изображают из себя друзей России, но дружба дружбой, а табачок врозь. Американцам нужен рынок сбыта и продовольствие с базами в том регионе, зачем же помогать конкуренту?
Фон Кох чуть презрительно или снисходительно улыбнулся. Всё же снисходительно. Мол, дурень, чего с него взять, такой большой, а в сказки верит.
– Я не знаю, как поступит их адмирал…
– Адмирал Перри, – перебил капитана Сашка.
– Слышал о таком, Метью Перри – герой Американо-мексиканской войны, который разрушил город Табаско. Так вот, я бы на его месте сделал всё, чтобы воспрепятствовать нашему совместному походу. Они нам не друзья.
– Точно, я думаю именно так и произойдёт, если предложить мир и дружбу этим товарищам. И вот что я придумал. Не знаю я точного времени заключения этого договора, но в 1853 году – это точно. летом. Сидим ждём. Уплывет пусть будет в Июле Перри назад в Америку с договором, и тут вы на трёх фрегатах подплываете к Эдо и даёте точно такой же холостой залп из всех ста пятидесяти орудий. А потом пытаетесь заключить с сегуном точно такой же договор от лица России. И сделать это надо именно в августе и именно в Эдо, так как в августе фрегат «Паллада» с Путятиным прибудет в порт Нагасаки именно с таким предложением.
– Это тоже из сна? – не поверил фон Кох.
– Это из сна. Что будут делать японцы, если русские на четырёх кораблях подойдут к Нагасаки и на трёх к Эдо?
– И перед этим были американцы? – хмыкнул капитан.
– Точно.
– Хороший план. А Путятин? Василий Ефимович будет о нас знать? Если не будет, то ерунда может выйти.
– А вы у Нагасаки оставите захваченный у работорговцев корабль с посланием к нему. Я вам конверт передам.
– Захваченным у работорговцев?
– Конечно. Насколько я знаю, сейчас любой корабль, любой страны может на законном основании захватить работорговца. Вы поплывёте мимо Бразилии, там этих товарищей, как грязи. Прибарахлитесь и заодно негритянок с собой прихватите в форт Росс, а негров высадите в Бразилии. Пусть ими власти занимаются.
– Прибарахлитесь? Что это? – скорчил непонимающую физогномию фон Кох.
– Конфискуете у них корабль именем королевы Виктории. Есть же закон Абердина. (Закон был предложен министром иностранных дел лордом Абердином. Он дал Королевскому военно-морскому флоту полномочия останавливать и обыскивать любое бразильское судно, подозреваемое в том, что оно является невольничьим судном в открытом море, и арестовывать работорговцев, пойманных на этих судах.)
Событие шестое
Семь футов под килем, ребята! —
Желали всегда морякам,
Чтоб ветры – муссоны, пассаты
Удачу несли кораблям.
Капитан-лейтенант фон Кох переносицу потеребил. Бровь почесал. Длинные для моряка и офицера волосы взлохматил.
– Нам нужно в январе успеть проскочить мыс Горн. В крайнем случае в феврале, так что особо задерживаться нельзя. Но если по дороге попадётся негрер (судно работорговцев), то мы его остановим и арестуем…
– Владимир Фёдорович! Ещё на остров Святой Елены отбуксируйте, там, кажется, суд англичане проводят над работорговцами бразильскими, подойдите к берегу и высадите всех негров мужского пола и команду. Ну, или повесьте работорговцев. Вы же капитан. Это и судья в том числе на борту корабля. Конфискуйте корабль именем королевы Виктории, поднимите британские флаги и вперёд к форту Росс. Можете переговорить с моряками даже и нескольких к себе на корабль переманите. Нужно же вам пополнять команду.
– Ну да, ну да. А если с настоящим английским крейсером встречусь?
– Вопрос конечно интересный. Не получится разойтись миром, утопите или захватите, команду тоже в Бразилию. Хотя нет. Это я недодумал. Они могут вас узнать. Доберутся до начала войны до Великобритании и расскажут об «Аретузе». Команду надо уничтожить. У меня люди в Лондоне. И они мне там нужны до самого объявления Соединённым королевством войны России. Так, что без вариантов. Судно, если оно небольшое, захватите и команду на дно, а если большое, то под британским флагом подойдите к ним и топите. Залп из всех пушек в упор они не должны пережить.
– А если… Ладно. Я вас понял, Александр Сергеевич. Возник сейчас у меня вопрос. А что нам делать, если Англия и Франция и в самом деле объявят России войну?
– Они объявят нам войну в марте 1854 года. Можете не сомневаться. В марте командир сотни калмыков Дондук отдаст вам конверт, в котором будут подробно описаны ваши и остальных фрегатов задача. Если к тому времени у вас будет больше кораблей, то имейте в виду, что в том плане, который вам надлежит исполнить, имеет значение скорость, если новые корабли будут вас тормозить, то оставьте их в форте Росс или в Ситке. Если скорость соизмерима, берите с собой. Там всем работы хватит и лишнего места в трюмах не будет.
– Понятно. А сейчас взглянуть на этот план нельзя? Его моряк составлял? Вдруг там…
– Господин капитан-лейтенант, вы же не верите. В марте 1854 года получите. Если мой план неосуществим, просто воюйте с наглами и французами. Там Муравьёв – губернатор Восточной Сибири в устье Амура будет с ними воевать, но под командование Муравьёва не поступаете и воюете под флагом Джунгарии. Но это так. План нормальный и осуществимый, и он очень важен, именно ради него всё и затевается. Я двадцать лет жизни посвятил его выполнению. Не подведите.
– Постараюсь, Александр Сергеевич? Я тут написал письмо жене и дочери, передаю его вам. Отдадите им только в случае моей смерти. Так сказать, последний привет. Ну, а если выживу, то заберу у вас и порву. Договорились? – хлюпнул носом фон Кох.
Ну, вот, а несгибаемый тевтонец.
– Конечно, Владимир Фёдорович, договорились. Тут мне мысль сейчас в голову пришла. Есть же фотографы уже. Я как приеду, из Тулы привезу фотографа, и жену с дочкой вашей сфотографирую. Много даже раз сфотографирую и мой человек вам в Кронштадте фотографии с письмами от жены и каракулями от дочери передаст.
  
– Буду вам премного благодарен. Они согреют меня и уберегут от бурь у мыса Горн, – опять хлюпнул носом тевтон.
– Всё, Владимир Фёдорович, давайте прощаться. А то январь и правда не за горами. Да, имейте в виду, что эти сто калмыков перерезали три сотни английских матросов без потерь почти. Они очень хорошо обучены. И стреляют отменно, и на лошадях скачут, и ночью подкрадутся к неприятелю. Да и днём с равным по численности противников легко разберутся. Среди них десяток снайперов. Я оружие для них дал команду сюда заранее привезти и оно прибыло, но и дополнительно ещё в Кронштадт доставлю.