В преддверии Перестройки (СИ)
А пока основной мой доход будут составлять книги, поэтому я и форсирую «Матрицу». В свободное время на занятиях даже расписал в тетрадке план «Людей в черном», этой книгой сразу же займусь, как закончу с текущим текстом. Еще я несколько комиксов по обеим историям составил — действия героев, их фразы. Картинки, понятно, будут рисовать художники.
Более-менее наладились отношения с нашей группой. Тут помогли периодические занятия, на которых я нюансами английского в американском изводе делюсь. А своих особенностей тут хватает, да и с научной терминологией не всегда понятно. Я еще и познакомил наших с американцами, вместе на вечеринки сходили. Общаемся теперь вполне по-дружески. Даже взбалмошная и балованная Ирина Дольских сменила гнев по отношению ко мне на милость.
Все же, после того как Громина отправили в Союз, моральный климат в группе значительно улучшился. Урбан со студентами ведет себя ровно, он и в Магадане никогда не позволял себе орать даже на систематических прогульщиков. Ну, а со мной у него вообще отношения дружеские. Я его с Майклом и его отцом познакомил. Вот с дядей нет — тот до сих пор торчит в Канаде.
Есть и побочный положительный эффект — у Стаффа переговоры продвигаются. Фома прислал образцы, интерес к которыми проявили крупные игроки на рынке. Так что папаша Майкла сейчас часто будет мотаться на западное побережье США. Он обычно в Калифорнии живет, но пока уезжать с Аляски не собирается, потому как дел образовалось здесь уйма.
Ну, а я составил донесение, которое собираюсь передать через советских дипломатов в КГБ. Конверт лежит, припрятанный в моей комнате. Не стал текст отпечатывать на компе и своей печатной машинке. Может, дую на воду, но предпочел использовать одноразовый способ.
Случайно натолкнулся на гаражную распродажу и прикупил по дешевке старую печатную машинку. Разобрал ее, смазал, а после того, как закончил послание, забросил инструмент в море. Все равно я из США больше материалы в представительство передавать не собираюсь и с собой в СССР машинку не потащу.
Планирую упасть на хвост Стаффу в октябре, в середине или конце месяца. На джете летать милое дело, практически летающая спальня — заснул в Анкоридже, проснулся — а ты уже в Нью-Йорке. Красота же. Одно плохо — высыпаюсь плохо. Встаю рано, ложусь поздно — работы много, а сама она себя не сделает. Лишний час поспать стало настоящей роскошью. Но ничего, потерплю до конца октября. Там закончу пилотские курсы, тогда станет посвободнее со временем.
Глава 16
Мне бы в небо
Дядюшка Фома вернулся 4-го октября. Ввалился вечером в дом пропахший дымом, веселый, заросший бородой и первым делом облапил меня, глядя шальными глазами.
— Да, — громким шепотом заорал мне в ухо, — Есть, три места обследовали. Там трубки и богатые.
Еле вырвался, а то ишь, чего удумал. Я не такой, я просто мимо проходил. Фома на мои маневры внимания не обратил, побежал тискать племянника, неосторожно выглянувшего на шум и тоже попавшего под раздачу. При этом Фома походя с дурным энтузиазмом хлопнул меня своей дланью по плечу, а попал по шее, не удалось мне увернуться. Вот же лось бешеный, совсем одичал в канадской тайге.
Вечером устроили праздник в тесном кругу нашей тайной алмазной лажи, тьфу ты, ложи, ложи, конечно. Хотя вроде по правилам русского языка «ложи» — это не правильно, надо писать «клади». Тогда у нас тайная клади получается. Нет, что-то тут не то. Еду заказали в ресторане, но отмечали успех разведывательной экспедиции дома, мало ли, еще услышат случайные уши не предназначенную для них информацию, потому как говорили мы много, обсуждая нюансы развития будущих рудников.
Фома подробно рассказал про свое путешествие. По его словам места дикие, даже индейцев поблизости нет, из общества одни карибу и гризли, но они не особо общительные создания. Утки еще были, но они уже собирались в стаи, отправляясь в эмиграцию за лучшей долей на юг.
Для доставки оборудования, как я и предлагал, использовали гидросамолет, к счастью подходящая модель была на балансе компании. В партию вошло всего четыре человека, включая Фому, заодно привлекли к работам и пилота самолета, ничего не поделаешь — каждые руки были на счету.
Для разведки использовали легкую бурильную установку, разбирающуюся на несколько частей с возможностью переноски вручную. До кимберлита добрались легко. Удалось добыть несколько мелких алмазов, годных только на абразив, и даже один камень ювелирного качества карат на десять, довольно чистый.
Геологам удалось проверить три участка, на большее просто не хватило времени. Погода ухудшилась, последние утки встали на крыло. По утрам прибрежные воды озера ледок схватывал после ночных заморозков. Ну, а когда по радио сообщили о резком похолодании в течение двух дней и идущем снежном фронте, Фома решил, что срочно пора улетать.
Все сомнения оказались сняты, теперь можно уверенно заниматься оформлением разрешения на добычу ископаемых, а заодно начинать предметные переговоры с возможными партнерами.
* * *У меня даже в выходные с утра занятия, единственное отличие — еду не в университет, а в летную школу. Я и в будние дни договорился и с утра посещаю пару теоретический занятий на курсах, потом занимаюсь в универе, ну, а после обеда приезжаю опять на аэродром — летать.
У нас в СССР при обучении пилотов зачем-то изрядное количество часов посвящают подробной конструкции летательных аппаратов и двигателей, что не совсем понятно. Нет, на заре авиации, когда моторы часто отказывали и авиатор мог сесть на безлюдном лугу, где и починиться с помощью кувалды и какой-то матери, такой подход был не только оправдан, но и разумен. Но сейчас летчик самостоятельно исправить самолет не имеет никакой возможности. Тогда зачем ему давать знания для механика, тем боле урезанные, которые применить все равно невозможно? В принципе будущему пилоту в этом плане достаточно основ, чтобы понимать, что может аппарат, а что нет.
У американцев подход оказался более прагматичный, как у нас на заочных факультетах в институтах и техникумах. Преподаватели дают только основные сведения по предмету, а дальше занимайся сам, учебники у тебя есть. Не будешь учить — не сдашь экзамен.
На самом деле теории не так и мало читают, курс разбит на пять блоков, в каждый из которых входит несколько мини-курсов. Программа достаточно насыщенная и включает все, что частному пилоту может понадобиться. Фактически, на выходе получается готовый летчик, который знает все, что ему нужно, как в полете, так и на земле. Причем выяснять практические нюансы, расходящиеся с теорией, у более опытных коллег, как это зачастую бывает у новоиспеченного специалиста в Союзе, ему совершенно не требуется.
На первых уроках нам дали фундаментальные принципы управления самолетом, включая его устройство, принципы аэродинамики, работу бортовых систем. Знаний ровно столько, чтобы летчик четко понимал, что от самолета можно требовать, а что нет. Подробно в особенности механики преподаватели не лезут.
И все, буквально после пары занятий начинается летная практика, которая идет параллельно с теоретическими лекциями. Читали нам правила по эксплуатации летательного аппарата, особенности навигации, работе с картами. Еще подробно объясняли, как взаимодействовать с наземными службами, работать с метеорологическими прогнозами. Также мы отрабатывали разные ситуации, тренируясь быстро принимать решения, строить полетные планы.
Важная часть обучения — авиационный английский. Для переговоров с диспетчером и другими пилотами используется специальная фразеология, отсебятина недопустима. Любые действия от рулежки по земле до посадки обозначаются стандартными фразами, которые должны от зубов отскакивать и никак иначе.
Все знания, которые необходимы курсанту, изложены в руководстве для частных пилотов. Том толстый, но за пару месяцев его можно буквально вызубрить. Мне проще — я книгу за вечер прочитал, считай, выучил. Кроме руководства еще нужно знать авиационные правила FAR/AIM, действующие в Штатах, ну, тут еще на вечер чтения.