Его выбор (СИ)

– Ладно, допустим… – медленно проговорила я. – Но если не сработает? Если они вытрясут все из запасов и ни единой фальшивой монетки мы там не обнаружим?
– Это врядли, – пожал плечами Кирион. – Киллинджер расплачивался фальшивками с собственным племянником, наверняка и в банке они есть.
– И все же – упрямо возразила я, – если не сработает?
Братья переглянулись. Это был верный признак того, что риск существовал, и они это уже обсуждали между собой. И у них было решение.
– Если не выгорит, – спокойно проговорил Кирион, – мы с Даяном найдем способ вернуть тебе деньги.
Я покачала головой. Знаю я этот способы – выгодный брак, нелегальные сделки и сомнительные истории. Выбирай любой и попадай в неприятности королевского масштаба.
– О ваших способах поговорим по факту, – произнесла я. – Решение мое и ответственность тоже будет моя. Вне зависимости от результата. Итак, сколько нам нужно людей для ваших веселых торгов?
– Я посчитал, что 20 человек нам хватит, – сказал Даян.
– А почему 20, а не 50? – раздраженно произнес Кирион, и я его понимала.
Дело предстояло деликатное, персоналу дворца его не доверить. Можно с тем же успехом дать объявление в Железный вестник, чтоб на каждом углу об этом кричали.
– Думаю, людей можно найти, – задумчиво проговорила я. – Даян, сможешь пригласить Мику ко мне?
Близнец при упоминании своей пассии оживился, и я подумала, что из нас троих только у Даяна ситуация патовая.
Принц не может жениться на шлюхе. Или может?
– Во сколько ты будешь ее ждать? – поднимаясь на ноги и уже практически готовый скакать вприпрыжку к любимой женщине, спросил Даян.
– Как всегда, – ответила я, – после ночной перемены стражи.
Потому что ночная стража Ирониума обладала поистине магическим талантом ничего не замечать дальше собственного носа. И вообще не выходить на патрулирование лишний раз.
– Хорошо, – раздалось от потайных дверей, и близнец умчался в логово продавцов кошмаров.
Мы с Кирионом несколько секунд сидели задумчивые, а затем одновременно произнесли:
– Это надо обсудить.
Синхронно хмыкнули и рассмеялись.
– Ты первый, – сделала я разращающий жест рукой.
– Микаэлла уже совсем скоро будет проблемой, – без долгих предисловий заявил Кирион.
– Знаю, – ответила я. – Что будем делать?
Кирион вздохнул и подошёл к окну. Долго молчал и разглядывал унылый пейзаж, прежде чем произнести:
– Он ведь ее по-настоящему любит, Дем. Мы, конечно, можем женить его на хорошей партии, но не можем.
– Можем, но не можем... – тихо повторила я и тоже вздохнула.
– Давай предложим Микаэлле титул? – вдруг предложил старший брат.
Я выразительно приподняла брови, а он пояснил:
– Не такой, что дала матриарх Констанции. А полноценный оре, с землей и доходом.
Я невесело усмехнулась:
– Титул не решит вопрос. Сейчас Микаэлла правит ночным Ирониумом, распоряжается большими суммами, многими судьбами. Чтобы стать хозяйкой города, ей пришлось не только ноги раздвигать, но и пачкать руки. И не в чернилах. Это очень большая власть. Власть, которой она достигла хоть и не без моей помощи, но благодаря своим талантам. Из трущоб поднялась практически на самый верх пищевой цепочки. Ты бы смог променять это все на оре, миленькое поместье и семейный быт? Королевски шикарный, но, тем не менее семейный быт.
Кирион тяжело вздохнул на мои слова.
– Вот и я не знаю, – ответила я.
  
Глава 36
 
Микаэлла редко приезжала во дворец. Во-первых, потому что он не любила дворец. Во-вторых, потому что она не любила придворных. И в-третьих, потому что терпеть не могла матриарха.
Но раз в пару месяцев хозяйка Ирониума обязательно заглядывала ко мне на бокальчик-другой. Делалось это исключительно для поддержания личного рейтинга в глазах продавцов кошмаров. Вроде как их местная начальница запросто может явиться во дворец, чтобы порешать какие-нибудь вопросы в пользу своих людей. Мы тщательно выбирали какие-нибудь незначительные решения, которые не влияли на погоду в городе, но крайне благоприятно сказывались на нашем равновесии. Баланс закона и беззакония нарушать было чревато для обеих сторон.
  
И вот сегодня я встречала подругу у себя в покоях за накрытым шикарным столом с ящиком винища на полу, развалившись поперек дивана. Мика себя ждать не заставила – она знала, что время мое крайне ценно и появилась точно в оговоренный час ночи. Привел ее Даян через потайную дверь в коридор жилого крыла, а уже оттуда открыто проводил до моих покоев.
Когда подруга вошла, я еще успела уловить румянец на щеках, раскрасневшиеся губы и тот особый, нежный взгляд, какой никогда не увидишь у прожженной стервы. Но один легкий взмах ресниц и весь флер романтики растаял.
На девушке было очень необычное. Но удивительно красивое платье тонкой работы, состоящее из двух частей. Верхнее платье – из плотной, зеленой ткани, с воротником-стоечкой застегивалось на одну-единственную хитрую пуговицу чуть пониже груди. Второе, нижнее платье, из легкой, почти что прозрачной ткани с богатой вышивкой золотой нитью.
– Привет, – вяло поздоровалась я, потягивая вино из бокала и даже не собираясь отдираться. – Присоединяйся.
– По какому поводу ящик? – поинтересовалась подруга, наполняя свой бокал.
– Имела разговор с матриархом, – охотно ответила, закидывая себе в рот крошечный бутербродик, – снимаю стресс.
Мика хмыкнула, пригубила из бокала и спросила:
– Ну, как тебе?
– М? – не поняла я.
– Ну платье!
– А… Необычно. Решила открыть дом мод?
– Нет, – фыркнула подруга, плюхнувшись в кресло рядом со мной, – это из мира Дерева. Они начали активно продвигать свои товары, вот я и не удержалась.
– Национальный колорит, да?
– Типа того, – кивнула Мика. – Ну, рассказывай.
– Мне нужно двадцать людей на выполнение мелких финансовых операций, – охотно ответила я.
– Надолго?
– Не знаю… – задумалась я. – Ну дней пять точно, но это надо еще у Даяна уточнить.
– Двадцать – много, – покачала головой Мика. – Если только привлечь подростков, кто сейчас на побегушках бегает.
– Пойдет. Главное, чтобы немного умели считать и выполнять несложные команды.
Микаэлла кивнула, принимая задачу. Я опрокинула в себя еще бокал и села на диване, принимая вертикальную позу.
– Но это еще не все.
– Еще людей?
– Нужно обсудить одного человека, – я внимательно посмотрела на подругу, которая искренне не понимала, в какой неприятный разговор я ее сейчас втяну.
– Кого же?
– Даяна.
Глаза подруги хищно сузились, ее расслабленная поза едва уловимо изменилась, и казалось, что девушка готова была сорваться с места и вцепиться мне в глотку.
– И что ты хочешь… обсудить? – процедила Микаэлла сквозь зубы.
Быть может, на продавцов кошмаров этот грозный вид и производил впечатление, но на меня – нет. Мы обе знали, что если сойдемся один на один, то у Мики нет шансов. Просто потому что я банально сильнее.
– Я хочу обсудить ваши перспективы, – спокойно произнесла я, наблюдая за реакцией подруги.
– Ты собралась его женить. – произнесла с горечью Мика. Не спрашивала, утверждала.
Я фыркнула:
– Нет.
Девушка нахмурилась:
– Тогда что тут обсуждать?
Я серьезно посмотрела на Микаэллу:
– Что ты будешь делать, когда ему надоест проводить время в веселом квартале, и он предложит тебе, ну не знаю, все бросить ради перспектив тихого семейного счастья?
Ни один мускул на лице у хозяйки Ирониума не дрогнул, но я знала, что попала в самое больное. У Продавцов кошмаров не должно быть семьи. Это первый пункт их кодекса. Семья – слабость, семья – повод для шантажа, семья – это неоправданный риск. И пусть каждая шлюха мечтает о домике и колыбели, каждый наемный убийца, чтобы его ждали в месте, что можно назвать домом, я точно знала, что тех, кто бросил службу Иштар слишком мало, пренебрежительно мало. Меньше статистической погрешности. И не потому что Повелительница кошмаров карала ушедших, нет. Просто сменить адреналин на тихую, размерешнную жизнь было практически невозможно.