А мы любили осень (СИ)

 Я вернулся в гостиную, взял домашний телефон и, сев обратно в кресло и накрывшись пледом, положил его к себе на колени. Телефон Билла был снова недоступен, о чём сообщил мне монотонный женский голос, который разлетелся по комнате тихими звуками печали. Повесив трубку, я, не задумываясь, набрал номер мамы. Длинные гудки неприятным осадком опадали на самое дно моей души. – Да.
  
 - Привет, мам, - тихо сказал я, боясь нарушить эту тишину и спокойствие.
 - Том? – удивилась. – Почему так рано? Что-то случилось?
 - Нет-нет, - поспешил я её успокоить. – Я хотел спросить… Билл у тебя?
 Тишина.
 - Нет.
 - А он не звонил вчера? Не приезжал? – в надежде спросил я.
 - Нет, - она вздохнула. Помолчала. – Он давно уже не приезжал.
 - Ладно, мама. Спасибо, - грустно протянул я, выдержав недолгую паузу.
 - Точно всё в порядке?
 - Да. Всё хорошо.
 Я медленно повесил трубку и, помедлив, набрал номер секретарши брата, всей душой надеясь, что та что-то знает.
 - Офис Билла Каулитца, - я сморщился от монотонного голоса Элизы.
 - Привет, Элиза! Это Том.
 - О, Том! – девушка тут же смягчила свой голос. – Доброе утро!
 - Соедини меня с Биллом, - решительно попросил я, полностью уверенный в том, что брат в своём кабинете.
 Молчание.
 - О… - она, наверное, заёрзала на стуле. – Его нет на работе. Я видела его последний раз два дня назад.
 - Понятно, - обречённо вздохнул я. – Спасибо.
 Я быстро повесил трубку, чтобы Элиза снова не начала выносить мне мозг своей бесполезной и неинтересной болтовнёй.
 Так, кому ещё позвонить? Дин сейчас в Америке, звонить ему просто бесполезно. Не мог же мой любимый братик направиться к нему и ничего не сказать.
 Я глубоко вздохнул и не спеша встал, поставив на стеклянную поверхность столика домашний телефон. Лениво потянувшись, я устало зашагал в сторону кухни, чтобы сделать себе мой любимый кофе, который я каждое утро пил с Биллом. Волноваться было слишком рано, ведь парень уже не маленький и может делать, что ему взбредёт в его пустую голову. Однако мне было немного обидно из-за того, что он меня не предупредил.
 Я решил подождать до вечера, а уж потом начинать паниковать и тому подобное, что принято делать в таких случаях.
 Уверенный в том, что убью его на месте, как только брат соизволит переступить порог нашего дома, я поставил чайник кипятиться и стал ждать, пока он соизволит подать признаки жизни.
 POV Bill
 Непривычная кровать не пускала меня в мир снов довольно долго. Я смог заснуть только под утро и то проснулся уже спустя четыре часа. Наполовину приоткрыв глаза, я почти сразу понял, где нахожусь и что здесь вообще делаю. Шторы были занавешены, но сквозь них пробивался слабый свет утреннего солнца, врываясь в спальню какими-то тусклыми надеждами на жизнь. Всё такой же тяжёлый запах пыли, как и вчера, заставлял меня дышать медленно и глубоко. Я совершенно не мог понять, как здесь жили раньше в такой ужасной обстановке. Здесь даже в туалет брезгливо ходить, не то что есть. Я даже не раздевался и лёг спать прямо в кроссовках.
 Я прикрыл глаза, в тайне надеясь очутиться у себя дома рядом с Томом. Я знал, что брат ещё не волнуется за меня. Пройдёт день, два, и у него начнётся явственная паника. Жаль его…
 Я перевернулся на правый бок и открыл глаза, взглянув на окно, спрятанное за шторами. Медленно сев, я свесил ноги с кровати и встал, не спеша подойдя к нему и распахнув преграду, что так настойчиво не хотела пропускать свет в эту квартиру. Пыль разлетелась в разные стороны, а я зажмурился от ярких солнечных лучей. Разлепив ресницы, я взглянул на улицу. Везде лужи, трава и деревья покрыты блестящими мокрыми каплями, оставшимися на них после дождя.
 Невесомо улыбнувшись, я вздохнул и поплёлся на кухню, попутно поднимая остатки пыли своими неловкими движениями.
 Я сел и ухватился кончиками пальцев за стакан, из которого я вчера так настойчиво пил алкоголь, и повертел его перед глазами.
 - Надо было остановиться в отеле, - буркнул я, поставив с негромким стуком его обратно. – Там хотя бы гигиенично.
 Несколько минут я задумчиво посидел на месте. Есть не хотелось, пить тоже. Мне вообще в последнее время совершенно ничего не хотелось делать. Однако жить в таком свинарнике я не мог. Из личных принципов и гордости.
 Хоть мне и осталось жить меньше месяца, я должен был провести их в нормальном месте. Нет, я не собирался снимать в отеле номер. Единственное, что приходило в мою тупую голову – это вычистить всю эту квартиру, чтобы потом лечь на нормальную чистую постель с бутылкой хорошего виски и спокойно с чистой совестью поприветствовать смерть.
 Для начала надо было купить чего-нибудь из еды, иначе я умру с голоду ещё быстрее, чем этого ожидаю.
 Я схватил свою дорожную сумку, которая по иронии судьбы так и лежала всю ночь на кухонном столе, и поспешил выйти из дома. Наличных у меня не было. Я взял лишь свою кредитку, на которой оставалась довольно большая сумма денег, на которую я легко мог прожить все эти дни.
 Я быстро спустился на первый этаж и почти что вылетел во входные двери на улицу – прохладный влажный ветер подул мне в лицо и заставил слегка поёжиться. В большой луже, которая располагалась прямо перед крыльцом, отражались солнечные лучи солнца. Я ловко перепрыгнул через неё, всё же наступив ногой на самый край воды, отчего от моего наглого вмешательства заскользили по глади «крошечного озера» волны.
 Осмотревшись по сторонам, я быстро зашагал к своей машине, которую оставил у обочины, и, быстро её обогнув, залез на переднее сидение, с наслаждением вдохнув в себя знакомый запах Тома.
 День 3.
 До конца 28 дней.
 POV Tom
 Билл не появлялся дома уже второй день. Его телефон был отключён и лишь оставлял в моей голове противный осадок электронного женского голоса каждый раз, когда я пытался до него дозвониться. Нервы уже начинали подводить итак моё хрупкое моральное состояние: я выкурил за эти дни уже шесть пачек сигарет. Пепельница переполнена, а я всё никак не могу выкинуть окурки в урну. Глупо. Брат бы меня давно убил за это…