Гробница первого императора

Сэм сходил за противотуманной лампой, стоявшей у выхода из туннеля, и поставил ее у постамента. У него оставалось три монеты, похищенные из кабинета Рудольфа. Отлитые из одного и того же серебристого металла, они очень походили друг на друга. На каждой вручную были выкованы число и час. На одной — день рождения Сэма, 5 июня. На второй — его настоящее время. А вот на третьей... Дата, указанная там, была вовсе не 11 июля... Сколько Сэм ни вертел ее в руках, число не менялось: 23 июля!
— Сволочь! — заорал он. — Сволочь!
Рудольф...
Рудольф подменил монету, которая должна была вернуть его в дом к безумной Марте! Видно, воспользовался моментом, когда Сэмюел лежал взаперти в багажнике шевроле, и подсунул вместо нужной более позднюю! 23 июля... Видимо, это была дата настоящего, из которого прибыл сам Рудольф! На двенадцать дней позже! То есть Татуированный и не думал спасать Элайзу... Он планировал просто-напросто вернуться в свое время, как только завладеет кольцом. Вот почему злодей всё твердил, что Сэмюел никогда не увидит мамы!
От досады Сэм едва не сбросил с обруча все диски Тота. Потом ему показалось, что издалека донесся лай, и он постарался взять себя в руки и успокоиться. Видимо, сторож лагеря проходит неподалеку со своей псиной. Рудольф или Аллан — а то и Чемберлен — могли его предупредить...
Только без паники. У него есть Золотой обруч и монеты, это ведь уже кое-что! Возможно, удастся попасть в нужный момент в Сент-Мэри окольным путем?
Сэм снова посмотрел на монеты. Только одна из них сулила небольшой шанс. Монета с датой его рождения... В тот день у соседа, старого Макса, еще было где-то припрятано несколько дисков Тота, доверенных ему Алланом Фолкнером. Среди них имелся голубой жетон, позволяющий попасть в тайное жилище Рудольфа в подвалах Церкви Семи Воскрешений... Атам, в глубине кабинета, за стеклом в шкафу еще лежала монета 11 июля...
Конечно, для этого понадобится не меньше двух дополнительных путешествий, прежде чем он попадет к маме. И на всё про всё — не больше полутора часов. Трудно... Трудно, но не невозможно. Тем более что на монете с датой его рождения было указано время 17:00. В тот день — когда всё это началось! — Сэмюел отправился в свое первое путешествие на остров Айона еще в первой половине дня. То есть ему не нужно опасаться встречи е самим собой... Необходимое условие для успеха!
Сделав, таким образом, свой выбор, Сэмюел поместил оставшиеся монеты на Золотой обруч и приложил его к солнцу. И тут же изумленно вскрикнул, увидев, как украшение вырвалось из рук и само прижалось к нужной точке Камня. Будто ожило и двигалось по собственной воле!
Из шести лучей, вырезанных в камне, вырвались струи золотистых жемчужин, образовавших удивительный светящийся шар. Сэмюел положил кольцо вечности в нишу и протянул ладонь к вершине Камня. Никогда еще пульсация времени не ощущалась в груди так сильно и земля не ходила ходуном под ногами так мощно. Земля, время, солнце... Он будто стал единым целым с самой Вселенной... В последний раз взглянул на Камень, коснулся ладонью вершины и почувствовал, как его неудержимо затягивает внутрь.
31      НАСТОЯЩИЕ
Придя в себя, Сэм почувствовал нечто очень странное: холод. Несмотря на обжигающий воздушный поток, перебросивший его сюда, у мальчика зуб на зуб не попадал... Он открыл глаза и понял: что- то не так. Подвал выглядел иначе. По крайней мере, сам он, воспользовавшись Камнем в день своего рождения, оставил помещение совсем в другом состоянии... Сейчас здесь не было ни перегородки, скрывавшей Камень, ни гобелена с единорогом, за которым отец прятал дверь в тайную комнату, ни знакомой раскладушки, ни желтого табурета... Но главное — не было и самого Камня!
Дрожа и ошарашенно оглядываясь по сторонам, Сэм поднялся на ноги. Нет-нет, это был всё-таки их подвал, просто он сильно изменился. Пахло краской, повсюду стояли картонные коробки, тележка для грузов, большой деревянный стол у приоткрытого окна, на полу валялись шарики пенопласта и обрывки шпагата... Будто в дом только что въехали новые жильцы.
 
— Камень, — прошептал Сэм.
Поискал в дальнем углу и обнаружил его под полиэтиленовой пленкой, и Золотой обруч с монетами тоже были на месте. Облегченно выдохнул, сунул украшение в карман и заметил, что дрожит как осиновый лист. Заглянул в нишу для перевозки, достал оттуда кольцо вечности и крепко сжал в ладони, надеясь, что оно его немного согреет и успокоит. Потом подошел к окну, в которое еще заглядывал ясный солнечный день. Весьма вероятно, что это как раз и было 5 июня 17:00... Но если так, что же случилось с подвалом?
И тут Сэм увидел на столе плакат с объявлением, выведенным зеленой краской:
3 ИЮНЯ — ОТКРЫТИЕ
БУКИНИСТИЧЕСКОЙ ЛАВКИ ФОЛКНЕРОВ!
«3 июня», — перечитал Сэмюел, не веря своим глазам... Но это невозможно! Отец открыл лавку зимой, за несколько дней до Рождества! Какая-то ерунда!
Чтобы не упасть, Сэм схватился за деревянный ящик на столе и опрокинул стакан с фломастерами. Ноги не держали, перед глазами плыло... Дело было не только в несуразице происходящего, но и в нём самом. Будто внутри всё переворачивалось с ног на голову.
«3 июня», — растерянно повторял он про себя... 3 июня, за двое суток до его дня рождения, отец якобы открыл книжный магазин, который к тому времени вообще-то существовал уже почти полгода! Но ведь это же бред, полный бред!
Сэм оперся обеими руками о стол, слегка согнувшись, чтобы не упасть, и попытался остановить кавардак, который творился в голове... Всему этому, безусловно, должно быть объяснение... Если монета перенесла его в нужное время и место, но при этом здесь всё не так, как раньше, это могло означать только одно: прошлое изменилось. По всей видимости, за несколько недель, месяцев или даже лет, предшествовавших его четырнадцатилетию, дела пошли не так, как должны были. Возникла другая последовательность событий, которая и привела к открытию книжной лавки 3 июня. А это означает, что в новой версии прошлого Аллан, судя по всему, никуда не пропадал — ведь он открывал книжный! — и его сыну не пришлось рыться в подвале дома, чтобы его найти... И, следовательно, он не обнаружил Камень и не попал на остров Айона!
Я так и знал, — тихо сказал кто-то у него за спиной.
Сэмюел оглянулся, продолжая держаться за стол. Голос он узнал не сразу, но вот интонация была ему очень хорошо знакома. На нижней ступеньке лестницы стоял молодой человек в джинсах и белой рубашке, с бумажным свертком под мышкой, и внимательно на него смотрел. Сэмюел Фолкнер... Другой Сэмюел Фолкнер! Того же возраста, довольно симпатичный парень, с непослушной прядью, падающей на глаза, возможно, чуть поуже в плечах...
Ничуть не испугавшись, второй Сэм подошел ближе, разглядывая гостя одновременно приветливо и взволнованно.
— Значит, я всё-таки не сумасшедший? — спросил он. — Ты действительно существуешь?
Сэм не нашел в себе сил ответить. Он испытывал восторг от встречи с самим собой. И в то же время понимал, что его телесная оболочка долго этого не вынесет. Плоть и кровь заискрились под кожей, будто готовились вырваться наружу...
— Ты три года приходил ко мне во сне, — продолжал второй Сэмюел. — С тех пор как мне сделали операцию и после того что случилось в тот день с мамой... Но я был уверен, что это не просто сны!
Он сделал еще один шаг вперед и дружески протянул Сэму руку:
— Знаешь, я столько раз тебя видел... Здесь, в Сент-Мэри и еще в куче разных странных мест. В городе, засыпанном снегом, ты бегал в деревянном колесе. В доисторической пещере тебе угрожал огромный медведь. Еще ты был на средневековом острове, к которому подошли корабли викингов. И потом — там, где произошло извержение вулкана и все вокруг погибли. Врач считает, это первые признаки шизофрении, что-то вроде раздвоения личности... Но я всегда спорю, что это происходит не только у меня в голове, но и на самом деле, ведь я это ПОМНЮ!