Гробница первого императора
Закрыв все двери, Боччерон наконец вышел из библиотеки, держа под мышкой одну из Книг времени:
— Решил взять одну, извиняющимся тоном произнес он. — Если эти дикари набросятся на библиотеку, не знаю, что тут вообще останется, даже в самых тайных шкафах, так что...
Посол папы бросил на библиотекаря такой суровый взгляд, что тот сразу сообразил: в его интересах поторопиться, если он не хочет остаться тут один со своим сундуком.
— Наверное, его святейшество уже добрался до замка Святого Ангела, проговорил посланник. — И мне следует как можно скорее к нему присоединиться. Нельзя терять ни минуты!
Я следую за вами, — покорно кивнул библиотекарь.
Их маленький отряд тронулся с места и принялся петлять по коридорам дворца, чтобы доставить сундук к месту назначения — в сады, которые тянулись позади главных зданий. В общей толчее Сэмюел не особо помогал толкать тележку. Среди солдат, спешивших на оборону главных ворот, Боччерон поймал одного, с которым был знаком, — мальчика едва старше Сэма. Тот был охвачен паникой и выглядел не лучшим образом.
— Альдо, что происходит, не знаешь?
— Испанцы! — выкрикнул юноша, нехотя останавливаясь. — Они прорвались через стену в квартале Святого Духа! Выбили окно, которое выходило на укрепление... Их не меньше трех тысяч, а сразу за ними немцы! Нужно защищать крепость!
Он махнул рукой на прощанье и бросился бежать.
— Не задерживайтесь! — приказал посланник папы. — Иначе не спасем ни книг, ни собственной шкуры!
С горем пополам отряд с тачкой потащился дальше. Они прошли через аркаду во двор и дальше — в следующую аркаду, пока наконец не оказались на просторной крытой гравием площадке с фонтанами и апельсиновыми деревьями в кадках. Обойдя все эти препятствия, они подкатили тележку к невысокой постройке, которая, судя по всему, была главным сборным пунктом дворца. Внутрь мимо суровой охраны пыталась прорваться толпа епископов и кардиналов, в которую втерлись богато одетые мужчины, а также женщины и дети. Там и тут слышались тревожные возгласы. Люди бурно обсуждали происходящее. К их голосам примешивался безумный птичий хор. В саду находился огромный вольер, и птицы, напуганные шумом, галдели на все лады.
— Слишком много желающих, — процедил посланник папы. — Придется договариваться. Мне понадобится ваша помощь, Боччерон.
Они пошли требовать, чтобы сокровища библиотеки пропустили без очереди. Сэмюел тем временем обратился к одному из швейцарских гвардейцев — тому, что толкал тележку справа от него, высокому веселому парню:
— Я не очень хорошо знаю город, — начал мальчик. — Это что — вход в замок Святого Ангела?
Тот кивнул:
— От этого здания идет крытый переход. Он тянется над кварталом Борго прямо до замка, это самый надежный способ до него добраться [10]. Вот почему все эти люди здесь, — добавил он, указывая на очередь. — Причем не абы кто, а самые сливки общества! Вон там, в черной шляпе, епископ Карпи. Тот, с тростью, кардинал Джиберти. Подальше — кардинал делла Валле... Есть и представители рода Орсини, вон, у колонны. А у статуи Геракла — несколько человек Конти. Что же до того мальчишки, который бегает и машет палкой, то, судя по цветам одежды, он из семейства Франджипани... Вся римская знать — тут!
— Только вот рода Колонна что-то не видно, — рискнул Сэм, вспомнив о том, что говорила ему Маммина о заклятых врагах Климента VII и особенно об их рьяном стороннике капитане Диаволо.
— Тише, мальчик, посоветовал гвардеец. — Род Колонна здесь не считают святым семейством. И, если хочешь знать мое мнение, не напрасно...
Он многозначительно взглянул на Сэма.
— А капитан Диавило? не унимался Сэм. — Он командует их войсками, правда?
— О, Диавило! — гвардеец всплеснул руками. — Тут совсем другая история! Мой старший брат в молодости был с ним немного знаком. Тот еще мерзавец этот Диавило! Знаешь, что он сделал, когда в десять лет отец подарил ему первую саблю? Отрубил голову своей собаке. Одним ударом... Да-да, представь, собственному псу! Брат говорит, парень был чокнутым с раннего детства и с возрастом лучше не стал. Вот рука его, например... Ты ведь знаешь, что Диавило однорукий? Говорят, он лишился руки, когда попал в плен к туркам, лет двадцать назад. Его бросили тогда в жуткую гнилую темницу и не давали еды, чтобы он помер от голода. Но когда вернулись через несколько недель, Диавило был жив... Сначала ел крыс, потом насекомых, потом грыз мох, а когда совсем ничего не осталось, отрубил себе левую руку и...
Гвардеец сморщился от отвращения.
— В общем, сам понимаешь, что он с ней сделал. Когда тюремщики достали его оттуда, они были так поражены его смелостью, что подлечили и отпустили. Человек, который убивает собственную собаку и способен пожирать самого себя, это, что ни говори, неординарная личность, согласен?
Сэмюел кивнул, гадая, что из этой истории правда, а что страшная выдумка. Впрочем, даже если рассказ стража — художественное преувеличение, примерно понятно, что за человек этот Иль Дьяволо. Не самый приятный тип.
— Если он такой безжалостный и отважный, как о нём говорят, — заметил Сэм, — почему бы ему не рискнуть захватить замок Святого Ангела?
Швейцарский гвардеец твердо покачал головой:
— Замок неприступен, не сомневайся. Никого из пап, которые прятались в нём, враги так и не сумели достать. А папы там укрываются уже не первый век, знаешь ли... Так что не беспокойся, мой мальчик, главное попасть внутрь — и уже никто не сможет до нас добраться.
— А выйти оттуда можно? — осторожно спросил Сэмюел, которому еще предстояло придумать способ отыскать Алисию.
— Это ж каким безумцем надо быть, чтобы выбираться из замка сейчас, когда город наводнен грабителями и убийцами! Да и потом, если у тебя нет крыльев, как у попугаев в этом вольере, я не представляю, как ты оттуда выйдешь. Если ты не в курсе, Святой Ангел — это ведь еще и тюрьма. Самая страшная темница в Риме! Так что там всё здорово продумано. По собственной воле никто не войдет и не выйдет!
Сэмюел натужно улыбнулся в ответ на гордые слова гвардейца. Перспектива попасть туда, откуда невозможно выбраться, его совсем не прельщала. Впрочем, он уже завладел трактатом. И теперь ничто не помешает ему вернуть Алисию...
Он поблагодарил швейцарца и отошел подальше от тачки, чтобы поправить книгу, которая норовила выскользнуть из-под веревки, и заодно свериться с планом города. Действительно, если присмотреться внимательнее, на рисунке имелась длинная стена, соединявшая дворцовый комплекс с внушительной башней над рекой. Замок Святого Ангела... На гравюре были изображены впечатляющие укрепления. Замок в самом деле представал неприступным и устрашающим местом, способным выдержать любую осаду. Чтобы попасть оттуда в разрушенный амфитеатр, где расположен лагерь капитана Диавило, придется пройти через добрую половину города. Та еще будет прогулочка...
Сэм несколько минут разглядывал карту, пытаясь разработать более удачный маршрут. Но тут его отвлекли крики, раздавшиеся в толпе. Он оторвался от плана и увидел, что на дороге, ведущей к дворцу, появился важный человек, окруженный кардиналами и солдатами. Его появление вызвало среди собравшихся бурю эмоций.
— Климент VII... Это Климент VII!
— Ваше святейшество, благословите нас!
— Вот мой сынок, сжальтесь, возьмите его с собой!
Десяток гвардейцев оттесняли толпу. Едва папа поравнялся с тачкой с книгами, человек с лицом птицы тут же бросился к нему:
— Ваше святейшество, — начал он, сгибаясь в глубоком поклоне. — Простите за опоздание. Я полагал, что вы уже достигли крепости...
— Неважно, —перебил Климент VII, жестом приказывая охране расступиться. — Он у вас?
Пока человек рылся в складках мантии, Сэмюел наблюдал за папой, стоявшим метрах в пяти от него. Клименту VII было лет пятьдесят с небольшим. Гордая осанка, выдающийся нос, высокие скулы, черные волосы убраны под красную шапочку. Из-под алой мантии ниспадали до земли белоснежные одежды. Голос папы звучал надменно, но сам он выглядел бледным, под глазами темнели круги. Это был могущественный человек, привыкший к славе и почестям, но сейчас он чувствовал, что трон под ним зашатался...