Гробница первого императора

Он лег и вздохнул так тяжело, будто движение каждой мышцы причиняло ему страдания.
Используй во благо всё, что сегодня узнал, и главное — никому об этом не рассказывай. Что же до меня... — Позабыв про Сэма, Цинь удобно устроился на ложе. — Она ждет меня так давно, будет неучтиво задержаться еще дольше, не правда ли?
Он поправил свой странный головной убор и разгладил бороду, будто хотел явиться на свидание в подобающем виде. Затем вытянул руки вдоль туловища и замедлил дыхание — оно стало почти неслышным.
— Надеюсь, это произойдет быстро, — прошептал старик, опуская веки.
Сэм стоял растерянный, не зная, как поступить. Нужно ли вмешаться? Встряхнуть императора? Убедить его вернуться к жизни? Но какое он имеет право вмешиваться? И зачем?
Наконец мальчик решил, что правильнее всего исполнить последнюю волю старика: навсегда оставить его в покое, наедине с вечностью...
10      ПОЛЬЗА ЗАМЕДЛЕНИЯ
Сэм перебирался по мостам с острова на остров, двигаясь к берету из посеребренных камней. Слова и лицо императора не шли у него из головы. Он сам не заметил, как потянул на себя круглую дверь, и очнулся, лишь когда оказался перед гладким Камнем мастера Лю. Что имел в виду китайский маг, возводя два Камня приблизительно в одном и том же месте? Не связано ли это с тайным посланием Сетни: «Два солнца не могут светить одновременно»? И если да, то каким образом?
Сам факт, что здесь побывал верховный жрец Амона, прибавлял происходящему загадочности. Что он хотел сказать своим посланием? И кому? Если верить словам императора, Сетни в момент разработки хитрого плана с передачей послания еще и сам не знал, кем именно окажется посетитель гробницы. Так кому же предназначалась эта любопытная формула?
Сэмюел положил инструменты на землю и погладил поверхность Камня. Он немного занимался скульптурой на уроках мисс Делоней и прекрасно запомнил эти занятия — впрочем, как и всё, что они проходили на ИЗО. Вот только в школе они работали исключительно с глиной — придавали ей форму животных. А высекать изображение в камне — это совсем другое дело...
Сэм взвесил в руке молот, пытаясь вспомнить, как Пенеб, главный оформитель гробницы Сетни, с помощью таких же молота и резца несколько веков назад вырезал в каменной стене тонкие и совершенные формы. Сэм смотрел тогда, как порхают по камню инструменты. Со стороны казалось, что это так просто!
Сэм приложил браслет Мервозера к Камню, пытаясь прикинуть, каким должно быть расстояние между солнцем, лучами и нишей для перевоза предметов. Он очень хорошо представлял себе, как всё это должно выглядеть, и, будь у него лист бумаги и карандаш, без труда нарисовал бы. Но вот с молотком и резцом... Не слишком веря в успех, он взял
инструменты и начал выбивать в верхней части Камня контуры солнечного диска. После нескольких ударов стало понятно, что выходит и не слишком аккуратно, и не слишком кругло. Зарубки располагались вкривь и вкось, и окружность напоминала пробитое колесо, из которого во все стороны торчат гвозди. Прекрасное начало...
Тогда Сэм решил пока переключиться на нишу — это задача менее ювелирная, на ней можно потренироваться и отточить мастерство. Но и тут дело пошло не лучше. Удары то не оставляли в камне почти никаких следов, то, наоборот, прорубали некрасивые кривые трещины, которые ползли куда хотели и не создавали ничего похожего на желаемый рисунок. И всё-таки нужно было найти какой-то способ. Ведь от этого зависела жизнь Алисии! Да и его собственная тоже.
Сэмюел закрыл глаза и постарался дышать как можно глубже, чтобы не поддаться подступающей панике. Он явственно ощущал пульсацию Камня и был убежден, что тот готов перенести его в любую точку. Стоит только высечь на нём всё необходимое, и...
Пульсация Камня... Что там говорил Цинь? Для того чтобы выбраться отсюда, нужно подчинить ритм времени, текущий внутри тебя. А для этого необходимо самому замедлиться... Но как такое вообще возможно — замедлить себя?
Укрывшись в полумраке грота, Сэм изо всех сил старался сосредоточиться. Замедлиться... Может, попытаться успокоить сердцебиение? Ведь, кажется, именно это происходит, когда мы засыпаем? Сердечный ритм замедляется, все процессы в организме затормаживаются... Как сейчас у Аллана. В коме пульс становится совсем слабым... Или как у самого императора Цинь, который умеет погрузить себя в состояние транса, позволяющее остановить старение.
 
Да, точно, чтобы «замедлиться», нужно унять сердцебиение.
Сэмюел приказал себе выбросить из головы все отвлекающие мысли. Сейчас необходимо было сосредоточиться на ритме в груди и не думать больше вообще ни о чём... По мере того как он концентрировался и направлял всю волю к одной-единственной цели, постепенно росло ощущение, что ему и в самом деле удается погрузиться внутрь себя и достичь помыслами собственного сердца. Еще одно усилие — и вот он уже буквально растворился в крови и течет вместе с ней через два желудочка сердца.
Правый посылает драгоценную жидкость в легкие, чтобы там она насытилась кислородом, а левый распределяет ее по всем прочим органам. Предсердия то наполняются кровью, то опустошаются, отправляя ее дальше, клапаны открываются и закрываются — сама жизнь трепещет и беспрерывно движется у него в груди! А прямо за этим движением — вот она, вторая пульсация, стук ее немного медленнее и спокойнее, чем стук сердца, и именно под этот ритм следует подстроиться...
Ощущение было очень приятное. Полнейшее умиротворение, как в тот момент, когда проваливаешься в сон. Но при этом сознание — абсолютно ясное, все чувства обострены и устремлены к общей цели — сделать так, чтобы две пульсации, уживающиеся бок о бок в груди Сэма, смогли биться в унисон... И вот, мягко и спокойно, сердце стало замедлять свой бег, будто всю жизнь только этого и ждало. Скорость пульса начала снижаться и постепенно сравнялась с ритмом Камня, подстроилась под него и сделалась совсем незаметна на его фоне. А потом Сэм почувствовал, как оба сердцебиения и вовсе угасают, и наконец...
Мальчик открыл глаза. Грот, в котором он находился, изменился. Или нет, скорее, изменилось то, как он, Сэм, его видит. Всё словно было залито светом, но в то же время — окутано размывающим контуры зеленоватым туманом. В жестах Сэма тоже появилось что-то непривычное, каждое движение вызывало в воздухе едва заметные вибрации, которые расходились концентрическими кругами, как по поверхности пруда. Замедление сердечного ритма удивительным образом отразилось на его восприятии мира!
И Камень-то, Камень предстал перед Сэмом в совершенно новом свете... Теперь на него достаточно было лишь взглянуть, чтобы тут же отчетливо разглядеть очертания солнца и его лучей, будто они уже были там, под верхним слоем, и оставалось лишь выпустить их наружу. Камень содержал внутри себя все элементы, необходимые для путешествий...
Сэмюел с новой решимостью взял в руки резец. Ему вдруг показалось, что задача эта — элементарная! Легкими ударами молота и мелкими касаниями резца он стал аккуратно высвобождать из Камня солнце, которое видел внутри него. Понемногу на поверхности проступал идеальный круг с расходящимися в разные стороны лучами, которые Сэм высек с той же ловкостью и уверенностью. Движения его становились всё привычнее, и вскоре Сэм без труда, точными ударами резца, вырезал в нижней части Камня нишу для перевозки вещей. Как Имхотеп, Сетни и Гэри Барнбойм, теперь и Сэмюел освоил мастерство создания собственного Камня!
Завершив работу, мальчик положил инструменты на землю. Сколько он работал? Час? Минуту? Время теперь текло по-другому. Он закрыл глаза и позволил сердцу восстановить привычный ритм. Едва пульс стал нормальным, до него донесся Сухой щелчок, будто кто-то отпустил натянутую резинку. Где-то он уже слышал этот звук... Нуда, в тот день, когда познакомился с Сетни, в их доме в Сент-Мэри, в 1932 году. Сэма и его двоюродную сестру тогда схватила банда хулиганов, которые нелегально поселились в здании, и именно тогда как нельзя более кстати появился Сетни и выручил Сэма и Лили. В схватке с хулиганами древний мудрец замахнулся тростью, и тут — сюрприз! — время словно замедлилось, и нападавшие застыли на месте, а сам Сетни вихрем перелетал от одного к другому, раздавая точные удары направо и налево. После того как все злодеи в страхе разбежались, Сетни будто ослабил хватку, и по щелчку, похожему на этот, время вернулось в прежний ритм. И звук был точно такой же, и то же ощущение, будто тебя перенесли в другое пространство, а потом вернули обратно... Что, если Сэмюел только что повторил фокус Сетни? Что, если ему тоже удалось замедлить ход времени вокруг себя?