Страдания и Звёздный свет (ЛП)
Как только я оказалась за пределами дворца, я сместилась, не давая погаснуть своему пламени и просто вытянув бронзовые крылья из позвоночника, чтобы быстрее преодолеть необходимое расстояние.
Я резко взмахнула крыльями, набирая скорость по островной местности, и уже через несколько минут заметила тюрьму, после чего бросилась с неба и тяжело приземлилась прямо перед дежурившими там стражниками.
Все пятеро из них в мгновение ока достали оружие и зажгли магию в своих руках, огненный шар врезался в мой воздушный щит, который я успела выставить менее чем за секунду.
— Наверное, мне следовало объявить о себе, — извинилась я, когда они узнали меня, а человек, метнувший огонь, упал на землю с воплем ужаса.
— Простите меня, моя королева! — взмолился он. — Отделите мою бесполезную голову от моей шеи. Извлеките мои внутренности и используйте их для проклятия всей моей семьи. Заберите мои глаза и скормите их любому грызуну, какому пожелаете. Изрубите меня…
— Фу. Чувак, прекрати, — сказала я, сморщив нос от этих предложений. — Ты поступил хорошо. Ты защищал королевство и все такое. Мне просто нужно переговорить с пленником, так что ничего серьезного. Но могу я взять ключи от его камеры?
Мужчина вытаращился на меня, а затем начал рыдать о моем великодушии и доброте, которую мое прощение оказало его семье.
Я попыталась отгородиться от него, протягивая руку за ключами, но это оказалось еще труднее, поскольку он ползал по земле на брюхе, как червяк, и пытался поцеловать мои ботинки.
— Звезды заберите меня отсюда, — простонала я, когда мой дискомфорт усилился, и один из других охранников, наконец, смог выйти из своего шокированного состояния и передать мне ключи.
Я благодарно кивнула и поспешила прочь от плачущего охранника, делая вид, что не замечаю, как он начал вылизывать траву на том месте, где стояла я, утверждая, что она благословлена прикосновением моих сапог.
— Неудивительно, что ты был таким высокомерным ослом, если фейри так обращались с тобой всю жизнь, — пробормотала я Дариусу, но ответа снова не последовало.
Я двинулась через приземистое здание тюрьмы, где находилась огромная ночная железная клетка, в которой все еще содержался Мигель, и обнаружила его сидящим на кровати, его поза была напряженной, так как он, несомненно, пытался понять, из-за чего все эти рыдания.
— Ты подумал о том, что я тебе сказала? — спросила я его, отбросив всякие любезности и чепуху. — Рассмотрит ли твой народ возможность союза?
— Возможно, — медленно сказал Мигель, поднимаясь на ноги и рассматривая меня во всем моем королевском величии. Его глаза немного расширились, как будто он только сейчас увидел меня в том виде, в котором я могла бы быть, и я вздернула подбородок.
— Но ведь все дело в доверии, верно? Наш род и ваш были в состоянии войны так долго, что вам трудно представить, что фейри не обратятся против вас. В свою очередь, фейри, несомненно, будет трудно поверить, что никто из вас не сместится и не попытается проткнуть нам сердце своими ловкими пальцами.
Мигель хмуро фыркнул и кивнул. — Трудно представить себе будущее, в котором оба вида смогут полностью отбросить эти страхи и предрассудки.
— И все же ты сказал мне, что среди вас живут фейри, которые принимают подобное, — надавила я.
— Таких немного, — он задумчиво кивнул. — Но они попали в наше сообщество в основном благодаря стечению отчаянных обстоятельств. Это те фейри, которые нуждались в побеге от своей прежней жизни настолько, что рискнули довериться. Кроме того, убедить одного-двух постоянными поступками гуманности и доброты — это совсем другое, чем убедить всю расу фейри одними словами.
— Если бы ты сражался с нами в войне, я бы сказала, что этого было бы достаточно, чтобы доказать многим из них твои намерения, — возразила я.
— Возможно. Но другие все равно решили бы, что мы делаем это только для достижения собственных целей, и ожидали бы, что мы отвернемся от вас, как только это будет сделано.
Я кивнула, прекрасно понимая этот страх.
— Тогда вы хотите навсегда остаться скрытыми? Игнорировать боль мира за пределами вашего маленького тайного убежища? — спросила я, и Мигель вздрогнул.
— Много лет назад меня вытащили из этого убежища люди, которые называли себя моими сородичами. Они поймали мою душу и использовали мою силу в своих целях, а затем убили моего ребенка, моего милого Диего, не дав мне ни разу полюбить его так, как я должен был. Трудно игнорировать такие выпады против меня.
— Лично мне — да. Но я не ищу одну нимфу, чтобы она вступила в бой на нашей стороне. Я соглашусь с тобой: нам нужно больше союзников. Нам нужно больше фейри, чтобы восстать против тирании Лайонела и Лавинии, но нам нужно не только это. Я не буду снова участвовать в проигрышной битве. Я не хочу смотреть, как фейри, которые возлагали свои надежды и доверие на меня и мою сестру, будут убиты, потому что мы надеялись на лучшее. Нам нужно столько силы, сколько мы можем приобрести. Нам нужны союзники. Или, по крайней мере, мне нужна помощь в этом, — я протянула ему Книгу Эфира, и глаза Мигеля потемнели, вглядевшись в резьбу на обложке.
— Ты все еще хочешь найти кого-то, кто сможет обучить тебя старым методам? — спросил он, подойдя ближе. — Ты ведь понимаешь опасность такой силы, не так ли?
— Я регулярно желаю всяких опасных вещей, — ответила я, пожав плечами, убирая книгу и протягивая ему ключ от его камеры. — Я думаю, мы могли бы заняться упражнениями на доверие, — сказала я, потряхивая ключом в попытке соблазна и наблюдая, как его глаза следят за этим движением.
— Что за упражнения? — осторожно спросил Мигель.
— Я выпущу тебя из клетки, и ты отведешь меня в эту секретную деревню или как там ее. Можешь подбросить звездную пыль, и я даже закрою глаза, если это поможет — главное, что я не буду иметь ни малейшего представления о том, куда ты меня привел, и не смогу выдать твой секрет.
— Как только ты отправишься туда на звездной пыли и увидишь все своими глазами, ты сможешь сделать это снова. Неважно, знаешь ли ты, где оно находится на карте, или нет.
Я вздохнула, пытаясь понять, как я могу развеять его опасения по этому поводу, прежде чем протянуть ему руку.
— Я поклянусь звездами не делать этого, — сказала я, хотя если бы он знал о моем презрении к блестящим засранцам в небе над головой, он мог бы понять, как слабо я буду держаться за любое слово, произнесенное перед ними. Но это не имело значения, потому что я не собиралась нарушать данное обещание. Я не собиралась устраивать геноцид в сердце мирного поселения. Ни одна часть меня никогда не будет способна на подобное.
Мигель взял меня за руку, и я дала ему клятву, которой он желал, между нами раздался хлопок магии, когда сделка была заключена.
— Итак, если я доверяю тебе судьбу моего народа, то что именно ты мне доверяешь? — с любопытством спросил он, когда я отпустила его.
— Все просто. Ты получаешь меня, совершенно одну в деревне, полной нимф. Я бы сказала, что это чертовски доверчиво, учитывая власть, которую ты способен получить над моей магией. Может, я и сильная сучка, но сомневаюсь, что смогла бы отбиться от целой деревни, если бы вы все разом направили на меня свои погремушки. Так что в течение всей нашей маленькой экскурсии солярианская принцесса будет в твоей власти, и ни одна душа не сможет защитить меня. Я бы даже добавила, что если я вернусь из подобного места, не встретив ни одной попытки проникновения маленьких зондов в мое сердце, то это будет большим шагом на пути к доверию между нашими народами.
— Наши зонды не маленькие, — пробормотал Мигель, как чувак, мужественность которого только что оскорбили, и я вызывающе ухмыльнулась.
— Может быть, однажды ты сможешь доказать это на поле боя рядом со мной.
Мигель тоже ухмыльнулся, и я уже знала его ответ, прежде чем он кивнул. — Хорошо, Роксанья Вега, думаю, мы договорились.
Эти слова были всем, что мне было нужно, чтобы начать действовать, и я быстро отперла его клетку, позволив двери широко распахнуться, жестом показывая, чтобы он покинул ее пределы, будучи свободным человеком, больше не военнопленным или кем-то подобным. Бывшие Советники устроят скандал, когда поймут это. Ну и ладно.