Ковыряла 2 (СИ)
Смешная.
Глава 16
Нормуродство
Легли мы всё же на одной кровати в задней части самоходного модуля, она оказалась достаточно широкая. Мы не в первый раз оказываемся в одной постели, но сейчас я, даже не касаясь Козиной спины, чувствую, как она напряжена.
— Успокойся ты. Ну подумал он, что мы трахаемся, и чего? Тебе не пофиг? Мы же не трахаемся.
— А почему? — спросила Козябозя, повернувшись.
— Что почему?
— Почему мы не трахаемся?
— А должны?
— Мы лежим в одной постели. Мы целуемся… — её губы коснулись моих.
Через пару минут мы отдышались, и она продолжила:
— У меня никогда не было парня, но я знаю, как это работает. И догадываюсь, что такое твёрдое упёрлось сейчас мне в бедро. Кстати, твоя рука лежит на моей заднице.
— Извини, рефлекс…
— Нет, не убирай. Так почему мы не идём дальше, Тиган? Я не против, ты, судя по всему, тоже.
Её пухлые губы совсем рядом, шёпот щекочет ухо.
— Потому что ты в меня втрескалась, — отвечаю я серьёзно.
— Это плохо?
— Боюсь сделать тебе больно.
— Я слышала, больно чуть-чуть и только первый раз…
— Я не об этом. Не хочу, чтобы у тебя было со мной, как у меня с Таришкой. Ты мне настоящая дро, но это не любовь, извини.
— Да плевать, — ответила решительно Козя.
* * *
Утром Бокамосо смотрит на нас этак ехидно.
— Не думал, что в Пустошах такая высокая сейсмическая активность, — сказал он, заливая кипятком лапшу на всех.
— Какая активность? — затупил я.
— Половину ночи машина на рессорах раскачивалась, хотя она довольно тяжёлая. Наверное, подземные толчки…
Козя потемнела щеками, но не отвернулась, а только заулыбалась довольно. Ну да, мы, наверное, немного увлеклись. Надеюсь, хотя бы звукоизоляция у модуля хорошая.
Не знаю, как относиться к случившемуся. С одной стороны «ну, подумаешь, потрахались». С другой…
* * *
Когда мы закончили раскачивать машину и лежали обессиленные, любуясь огромной луной в окне, я сказал:
— Сейчас ты должна гордо заявить что-то типа: «Это ничего не значит, просто перепих».
— Вот ещё! — тихо фыркнула Козя. — Даже не надейся. Это Шоня тебе такое говорит? Нет, не отвечай, не хочу знать… Ещё как значит! Я два года об этом мечтала!
— Но, дро…
— Да, всего лишь «дро», помню. Но ты прекрасно знаешь, Тиган, что ты для меня куда больше, чем «дро». И то, что сейчас было, это больше чем «просто потрахались». Что бы там ни было дальше, я эту ночь на всю жизнь запомню, ясно?
— Э… Ну да. Понял. Наверное.
— Вот и всё. Спи теперь!
Смешная.
* * *
После завтрака стали собираться в дорогу. Скриптор, преодолев заметный приступ жадности, всё-таки отдал мне книги про леталки. Попросил «вернуть по возможности», хотя явно понимает, насколько это маловероятно. Подарил от щедрот горелку на бензе и этого самого бенза бутыль. Мы отошли к нашей повозке, он поставил устройство на капот, быстро разобрал, показал, как устроено и как использовать. Оказалось, простая, но отлично продуманная конструкция. Ручной насос создаёт давление в бачке, пары бенза идут в конфорку… Прикольно сделано!
— Это называется «примус», — пояснил Бокамосо. — Сможете заваривать лапшу на привалах, не расходуя электричество. Я вам дам с собой запас, мне ещё привезут. Всё не сухомятку жевать.
— Спасибо, — сказал я, немного удивляясь такой доброте.
Мужчина оглянулся, убеждаясь, что Козя далеко и нас не слышит, и спросил, понизив голос:
— Ты же не обидишь мою девочку, Ковыряла? Она тебя очень любит, я вижу.
Я не понял, с фига ли Козябозя «его девочка», если он ещё недавно о ней знать не знал, но не стал обострять:
— Само собой.
В конце концов, зачем бы я стал обижать Козю? Она ведь мне дро.
— Ты вроде хороший парень, — вздохнул Бокамосо. — Я ничего не могу сделать для дочери, это очень… тяжело.
Я не знаю, что тут тяжёлого, мало ли для кого я ничего не могу сделать? Но покивать, типа соглашаясь, нетрудно. Все эти нормародские загоны… Чем дальше, тем больше радуюсь, что вырос в интере. Там были свои напряги, не без того, но зато всё понятно, без фигни.
— Присмотри за ней, хорошо?
— Конечно. Без проблем.
— И ещё… Если решите свалить из Города, я смогу помочь.
— Нафига нам?
— Тут может стать… опасно.
— А сейчас, типа, нет?
— Я прочитал много здешних книг, — сказал Скриптор. — Очень много. Наверное, никто, кроме владетелей, не изучил историю этого среза так глубоко, как я. Это очень специфическое место. Боюсь, оно может стать полем битвы за глобальные интересы.
— Так вон в Пустошах места навалом. Пусть бьются себе. Побьются-побьются и перебьются…
— Если бы так… Ладно, просто имей в виду, если станет реально плохо: караваны берут попутчиков.
* * *
Караван пришёл, когда мы уже собирались ехать.
— Большой какой-то, — с тревогой сказал Бокамосо. — Лучше посидите в машине и не высовывайтесь. Мало ли что…
Наша трёхколёсная таратайка стоит за трейлером и с дороги не видна, а мы с Козей укрылись в спальном отсеке модуля, осторожно выглядывая из-за занавески.
Из ворот бетонного сооружения выезжают один за другим четыре зелёных угловатых грузовика. Я такие вижу впервые, совершенно не похожи ни на городские, ни на клановые машины. Наверное, на бензе работают, для электрических слишком здоровые, да и звук не такой. Кузова затянуты тентами, что в них лежит, не разглядеть.
Колонна доехала до трейлера и встала, непривычно громко рыча моторами. Из кабины переднего спрыгнула на землю и потянулась, разминая спину…
— Мама! — обречённо выдохнула Козя. — Креонова перхоть, вот не везёт…
— Привет, — сказала Каролина Бокамосе. — Всё ещё сидишь тут?
Они стоят далеко и говорят негромко, да ещё и звук моторов забивает речь, но у меня отличная имплуха.
— Твоими стараниями податься мне некуда, — нейтральным тоном ответил Скриптор. — Здесь хотя бы не убьют, кланы суеверны и избегают этого места.
— Ну что же, — она обвела жестом характерной формы холмы, — вышла отличная аллегория для тех, кто не может выбрать сторону. Сидишь меж двух ягодиц, как геморрой.
— Ты как всегда очаровательна в беседе. Давно не являлась лично, с чего вдруг сейчас?
— Есть причины, — ответила Каролина уклончиво.
— Смотрю, крупный груз? Судя по грузовикам, не с плюшевыми игрушками для клановых детишек?
— Нет, эти игрушки для детишек постарше.
— Опять оружие?
— А ты стал пацифистом? С каких пор? Твои драгоценные кланы таскались с дробовиками, когда ещё никакого Горфронта не было. Никогда не могла понять, нафига?
— Кланы создавались из мужиков с яйцами. В отличие от твоих обшвырканных дышкой городских, в них сильно мужское начало. А мужчина должен иметь оружие.
— … Которым они то и дело вышибали друг другу мозги, да. Тестостероновый бред, как я и думала.
— Зато они сохранили боевой дух.
— Тогда ты должен радоваться, что я привезла им оружие получше. Боевому духу будет где развернуться.
— Твои наниматели и так их почти уничтожили. Ты обещала достойную жизнь для кланов, но от них остались жалкие огрызки, голодающие в Пустоши.