"Фантастика 2026-87". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

— Зверьё, где женщина? — спросил у подошедших волков.
— Приведём! — Лай замахал хвостом и побежал. Я за ним. А прибыли мы к пруду, из которого как раз выходила Любава.
— Ой, а я и не знала, что ты любишь подглядывать… — смутилась обнажённая девушка, чьи рыжие волосы прилипли к груди и спине… Внизу тоже был рыжий мех.
— Меня волки привели…
Я отвернулся.
— Да можешь смотреть, я разрешаю. Вдруг звериное возьмёт вверх над «возвышенным»? — хихикала она, а потом подошла, и я шеей ощутил её дыхание. — Ты мне действительно люб, — едва ли не шептала она мне на ухо.
  
— Знаю я вас, баб. Сперва койка, а потом «ты мой навек», — возразил я и пошёл к дому. А эта хихикает, змеюка рыжая.
Любава пока только начала уборку, но в доме уже куда чище. Постепенно сделаем здесь ремонт, приведём всё в порядок, сделаем мебель, да денег заработаю. И думаю, через годик-другой можно будет переселяться.
Вскоре мы пошли в деревню. Любава вся сияла и была бодрее, чем обычно. Похоже, маной насытилась, вот и полна сил.
— Хорошая погода. Тепло, темно, романтично…
— Темнота — лучший друг молодёжи? — хмыкнул я.
— Ага! Но я немного о другом. Гулять по темноте я всегда опасалась. Она ассоциируется с угрозой. Утащат да надругаются. Или ещё что похуже сделают. Сам видел, какой здесь контингент. Люд пьёт, и не всегда соображает, что делает. А если белочка придёт…
— Да, заметил.
— Ну а без образования в городе я не нужна. Да и там уверена всё то же самое. Только у меня появится начальник на работе, у которого будет власть надомной. Эх… тяжело порядочным бабам живётся.
— Почему сразу бабам?
— Девушкам? — заулыбалась она.
— Людям! — возразил я. — Всем порядочным тяжело живётся, ибо вокруг одна лишь сволота. Миром же правят сволочи с деньгами, и порядочные люди им не нужны.
Так было в ином мире, но и Земля ничем не отличается. Разве что там в деревнях пили меньше, ибо алкоголь дорогой. А тут чудеса прогресса и самогонный аппарат у каждого третьего…
Но ладно, мы пришли домой, а бабули нет…
— Похоже, ночевать будет у родни, — предположил я.
— Да, наверное. Засиделась, — согласилась со мной Любава.
Бабуля утром уехала в город, к родне. Точнее, за ней заехали. И да, у неё и дочь есть и внуки, но, похоже, они сильно переругались с бабулей. О причинах не знаю, ибо она не рассказывала. Ну а я и не спрашивал.
И напомню, баба Нина не мать моей мамы. Просто друг семьи. С бабушкой моей вроде дружила, или что-то такое. А мать у меня широкой души человек, так что присматривала за старушкой.
Оказавшись дома, Любава переоделась и занялась готовкой. Я же занялся настойками. Бабуля не доделала, и я как раз успел к ужину.
Сидели мы в тишине и просто ели. Но Любава улыбалась.
— Что? — спросил её.
— Сложно сказать. Просто начала жить в своё удовольствие. Как мне кажется… Раньше день без мата и ругани был счастьем. А у вас с бабулей такая идиллия, что сердце поёт. Вы словно два старика пара. Ой, хотела сказать, сапога! — она расхохоталась.
Но она права, с этой седой молодкой мы хорошо ладим. Всё же я — старый и мудрый друид, и за свою долгую жизнь я научился ладить даже с драконами.
— А может… — она прищурилась и мерзко заулыбалась. — Может, ты по старушкам? Ай! За правду не бьют!
Она схватилась за лоб, а я вытер ложку тряпочкой. А то вдруг на ложку с этой рыжей головы глупость передалась? Не хочу заразиться этой самой распространённой в мире болезнью.
— Не говори чепуху.
Я вернулся к еде, а эта всё прожигала меня взглядом.
— Что?
— Тебе точно двадцать пять лет?.. Ощущаешься как поживший жизнь мужчина.
— Ты хотела сказать, старик? — приподнял я бровь.
— Ага! Порой ощущаешься как старик! — хихикала она.
— Хм. Выходит, ты у нас по старикам? — улыбнулся я, а та застыла и рот открыла.
— Уделал, так уделал… сдаюсь, — она подняла лапки и вернулась к еде. Любаве, к слову, двадцать два года. Совсем юная дева.
Поев, я вернулся в мастерскую. Времени было немало, но спать не хотелось. Так что занялся шишками. У нас тут инсультник есть, так что я начал подготавливать отвар из сосновых шишек. Помогает. А вот настойка на кедровых шишках помогает при проблемах с суставами, а также повышает иммунитет.
Можно для бронхитчиков сделать мёд из шишек. Сахара там кабздец. Но я пробовал, оно вкусное очень. Можно к чаю. И полезно, и вкусно. А ещё можно варенье сварить. Но бабуля собрала мало молодых шишек. А для варенья нужны прям молодые. Полузрелые для настоек. Ну а зрелые мне почти не нужны. Да и созреют они лишь к сентябрю.
— В баньку пойдёшь? — спросила Любава, выглянувшая из-за двери.
— Потом просто ополоснусь.
— Хорошо! Я тоже лишь ополоснуться.
Она ушла, а я продолжил работать и вскоре переместился на кухню для варки отвара. Но… Что-то неспокойно на душе.
Вышел на улицу и огляделся. Вроде всё в порядке. И собрался было уходить, как услышал стон… Мужской и болезненный.
— Поиск крупной жизни! Ограничение десять метров радиусом. — приказал я Ассистенту, и он сам создал простейшее заклинание.
Обнаружено шесть образцов крупной жизни.
Выругавшись, кинулся к бане, попутно замечая, что Кошатник лежит на земле… Но ассистент определяет его как «жизнь». Значит, спит… Усыпили гады!
Оказавшись перед зданием, не стал открывать дверь. Сперва…
— Поиск крупной жизни в бане. Подсвети! — приказал я и тот же миг увидел пять силуэтов. Двое стоят у двери и караулят меня. Ещё трое в помывочной. Любава брыкается и пытается вырваться. Один держит её рот и руки, а второй пытается совладать с мощными ножками.
Уроды… Хватаю землю в руки и открываю дверь. Она открывается на себя, так что затаившихся парней я не вижу. Но тут же бросаю землю влево и вправо, попадая людям в лица.
Врываюсь и первым ударом по лицу вырубаю Крыса. А второй прокричал и махнул небольшим топориком. Но глаза были закрыты, ибо в них попал земля, так что попал он по стене…
Я вырубил его ударом в ухо и, выдернув топор из стены, пошёл в помывочную.
— Не брыкайся ты так, сука! Иначе… — Константин недоговорил, так как увидел меня. И тут же Любава сбросила парней с себя и кулаком врезала пухловатому парню прямо по роже.
Вскочив, девушка отбежала за меня. Но я не стоял на месте и объяснений слушать не собирался. Так что налетел на уродов и начал пинать, но не сильно, дабы не убить. Вскоре я отстал от них и посмотрел на девушку.
— Пригляди за ними. Поднимутся, бей, — вручив Любаве топорик, выбежал в раздевалку, где лежали ещё два парня. Но быстро они не очухаются.
Затем я набрал воды, смешал в ней немного порошка для «вкуса» и засунул палец. Вода тут же сменила цвет на зелёный.
Вернулся к Любаве, а она сидела на корточках, и у парней лбы разбиты.
— Встать пытались, — объяснила она. Я кивнул и начал поить их.
— Я давал им шанс. Теперь же им придётся всю жизнь страдать и отвечать за свои действия.
Напоив этих, напоил и остальных. Я могу не только грибки создавать, но и кое-что пострашнее… И теперь это страшное будет жрать ублюдков изнутри.
Хорошенько отпинав их, чтобы минимум неделю в кровати провалялись, вытащил на улицу и, схватив Константина, понёс его домой.
— Хозяева! — громко крикнул, стоя у калитки. — Выродка своего забирайте. И благодарите бога, что у меня под рукой не оказалось телефона. Иначе сюда уже ехала бы полиция. Проникновение с холодным оружием. Попытка убийства и изнасилования Любавы.
Я бросил Константина на землю у калитки и плюнул ему в лицо.
  
— Следующий раз будет для тебя последним, мразь.
Только я отошёл от дома, как раздались крики. Мать парня вышла, а следом и её дебил-муженёк. Ну а я отнёс остальных троих уродов по домам и громко повторил свои слова. Уже утром вся деревня будет знать. Попытка убийства и изнасилования, причём в чужом доме, — это клеймо.