Мифы Петербурга. От сфинксов и проклятия Обводного канала до потопов и кровавой богини Сехмет
Процесс создания философского камня у масонов символически обозначался в виде уробороса — змеи, которая кусает себя за хвост. Этот символ обозначает и масонское делание в целом, а потому появляется на надгробиях масонов (но и не только) — например, на одном из самых красивых склепов Смоленского лютеранского кладбища (того, где снимали фильм «Брат») — склепе Елизаветы Карловны Чичаговой.
Масоны уверяют, что унаследовали алхимические знания от розенкрейцеров — последователей легендарного немецкого рыцаря-мага Христиана Розенкрейца, который в конце XIV века совершил поездку на Восток и в Индию, откуда привез тайну философского камня и жизненного эликсира. Символ братства — роза на кресте, которая как символ мученичества противопоставлена лилии как символу невинности и чистоты. У Данте есть образ величественной небесной розы, лепестками которой являются святые. Роза на кресте — символ духовного возрастания, а также дуализма: материя и дух, мужское и женское и т. д.
Розенкрейцерскую розу на кресте в 2021 году неожиданно обнаружили при реставрации фасада известного доходного дома Иды Лидваль в начале Каменноостровского проспекта на Петроградской стороне.
Еще одним символом розенкрейцеров был пеликан — птица, которая, согласно средневековым бестиариям, выкармливает своих птенцов собственной кровью, разрывая себе аорту. Пеликана можно увидеть на фронтонах зданий бывшего Воспитательного дома для сирот и детей бедняков на Мойке и на его главных воротах. Сегодня это Педагогический университет имени Герцена, на эмблеме которого изображен пеликан — символ учительской профессии.
Главным петербургским детищем графа Строганова стал Казанский собор. Сооружение храма, начавшееся в последний год правления императора Павла, должно было прославить Строганова как президента Академии художеств. К работе над собором он привлек своего любимца и протеже — Андрея Никифоровича Воронихина. Воронихин происходил из крепостных крестьян графа, но был направлен им на обучение: сначала к Баженову и Казакову в Москву, а затем — во Францию. Ходили слухи, что Воронихин был сыном Строганова.
Строгановы, как и Павел I, держали мопсов — породу, связанную с масонством. Как и любовь к собакам, масонство не особенно поощрялось католической церковью. Реакцией на запрещение масонства папой Клементом XII стало создание тайной организации, удачно объединившей два модных увлечения европейских аристократов — «Ордена мопса» (1740).
Члены ордена разработали целую систему принципов, по которым они могли распознать своего. «Мопс» или «мопсиха» (женщины допускались в Орден, что было редкостью) приветствовали друг друга специальным жестом, изображавшим мордочку собаки: средний палец резко прикладывался к кончику носа, большой — под подбородок, безымянный и указательный к углам рта, мизинец вытягивался, а вместе с ним и кончик языка. Такой ритуал мог быть заменен обычным прикосновением руки к сердцу.
Кроме того, чтобы вычислить «мопса», человеку задавали несколько вопросов, на которые он должен был дать верные ответы, включающие расшифровку тайных знаков, изображенных на ковре, который непременно украшал интерьер во время ритуала инициации. Отец Павла I — император Петр III — после своего ареста в результате дворцового заговора 1762 года еще надеялся, что ему сохранят жизнь, и, как говорили в Петербурге, просил оставить при себе фаворитку Воронцову, «скрипицу» и «мопсинку собаку».
Два масона. У ног одного из них изображен мопс ак символ масонства. Мейсенская мануфактура, ок. 1744 г.
The Metropolitan Museum of Art
Замысел собора возник на фоне увлечения императора Павла I мальтийскими рыцарями. Павел делал определенные шаги по сближению с католической церковью. «Я католик сердцем», — якобы скажет Павел иезуитскому пастору. Современники считали, что собор был попыткой «скверным почерком переписать» архитектуру собора Святого Петра в Риме. Такие суждения парадоксальным образом отражают задумку императора Павла, тонко прочувствованную Строгановым: вернуть европейскому христианству утраченное единство. По крайней мере, мотив колоннады был явно заимствован у главного католического храма. А обелиск, одно время стоявший перед Казанским собором со стороны Невского проспекта, — там, где сейчас находится фонтан, — как бы намекал на Ватиканский обелиск (египетского происхождения), стоящий на площади перед базиликой Святого Петра в Риме.
Однако колоннада Казанского самобытна и совсем не похожа на римскую: она связывает здание с Невским проспектом и является единым целым с самим храмом, а не его украшением, как в случае с храмом Святого Петра в Риме. В 1910 году в Эрмитаже были обнаружены чертежи проекта Воронихина, которые предусматривали создание второй колоннады собора. Она должна была стоять симметрично первой, только с другой стороны. «И если бы осуществился воронихинский проект построения второй колоннады и обработки трех площадей — западной, южной и северной, то это было бы единственное в мире не имеющее прототипа сооружение», — напишет Игорь Грабарь в «Истории русской архитектуры» [98].
Лучезарная дельта на Казанском соборе. Современная фотография.
Лицензионный фотобанк СПб ГБУ «ГТИБ»
И Строганов, и Воронихин, и художник Боровиковский, писавший иконы для собора, — все они были масонами. Перед входом в храм со стороны Невского проспекта мы видим статую святых Иоанна и Андрея, что намекает на простое, трехступенчатое иоанновское масонство и сложное андреевское масонство, в котором есть множество степеней. На фасадах и во внутреннем убранстве мы встречаем многочисленные изображения лучезарной дельты, которая трактовалась Воронихиным как «знак Триипостасного Божества в виде треугольника в сиянии». Откуда же взялся этот знак?
Иконография дельты, вероятно, восходит к XVI веку, когда в итальянском искусстве треугольник пришел на смену так называемой смесоипостасной Троице, представляющей собой изображение трехлицего божества. Такие трехлицые изображения были запрещены католической церковью в связи со сходством с изображением дьявола. Глаз, который иногда появляется в центре треугольника, — символ Бога: «Вот, око Господне над боящимися Его и уповающими на милость Его», — говорит Псалтырь (Пс. 32:18). Вероятно, око имеет египетское происхождение.
В масонстве дельта — знак Великого Архитектора Вселенной, и дельта обозначает тайное слово Хирама, которое сообщалось посвященным в ритуале Царственного (королевского) свода в Англии. Оно звучит как Ях-бул-он и в современном масонстве избегается. Согласно распространенному мнению, это слово представляет собой сочетание имен трех богов: еврейского бога Яхве, финикийского бога Ваала и египетского бога Осириса. Как считали английские масоны, именно так звучало правильное имя Бога.
После того как в соборе был похоронен Михаил Илларионович Кутузов, он стал памятником Отечественной войне 1812 года: сюда были привезены армейские знамена наполеоновских войск, ключи завоеванных городов, жезл маршала Даву и икона Смоленской Божьей матери, которая сопровождала русские войска.
На известной гравюре Воробьева запечатлены похороны Кутузова в Казанском соборе. Траурное шествие соответствовало масонскому ритуалу: братья облачались в длинные плащи и шляпы с опущенными полями, а в руках несли зажженные факелы как символы перерождения — через смерть к вечной жизни. Музыканты исполняли «Коль славен наш Господь в Сионе!». Говорят, Кутузов был известен под масонским именем Зеленеющий лавр. (Кстати, во время похорон Пушкина в феврале 1837 года Жуковский и Вяземский положили в гроб перчатку — важнейший атрибут масонов, выдаваемый при поступлении в ложу.) Возвращаясь к «советскому масонскому кино», заметим, что именно от Казанского собора начинается путешествие главной героини «Иронии судьбы» по зимнему городу: она заказывает такси на Московский вокзал, но попадает в главные железнодорожные кассы Ленинграда, которые как раз и находились напротив собора (потолок в кассах был выполнен как своего рода многоглазое «всевидящее око»: свет шел из специальных окон в потолке — как в библиотеке Алваро Аалто в Выборге).
