Красавчик. Часть 1 (СИ)
Порошин чиркнул спичкой, присел на корточки.
— Так вот же оно! — воскликнула Валя.
Она рванула вперёд, склонилась. Тут же выпрямилась и торжествующе вскинула руку.
— Нашли, — произнесла Валентина.
Я почувствовал удивление в её голосе.
Ольга Порошина шагнула к подруге.
— Кудря, покажи, — потребовала она.
Вася и Сергей запрокинули головы.
Порошин уронил на тротуар догоревшую спичку и зажёг новую.
Валентина передала свою находку Ольге. Та поднесла кольцо к трепыхавшемуся на кончике спички огоньку.
— Моё, — нерешительно произнесла Ольга.
Она потёрла кольцо пальцем и уже уверенно сообщила:
— Моё. Петя, это моё кольцо. Смотри!
Она сунула кольцо к лицу мужа.
Звуки её голоса новой болью отозвались у меня в голове.
Порошин сощурил глаза. Тут же выругался, выронил спичку и сунул в рот обожжённый палец.
— Ч-чёрт, — пробормотал он.
Взглянул на меня и сказал:
— Вот это да. Фантастика.
Порошин покачал головой.
— Серёга, как ты это сделал? — спросил он.
Я вымучил улыбку и ответил:
— Способ чукотских шаманов. Я же говорил. Безотказный.
Я снова схватился за виски.
— Голова разболелась? — спросила Валентина.
Она прикоснулась к моему плечу, заглянула мне в лицо.
Я почувствовал на щеке тепло её дыхания и едва различимый запах женских духов.
— Обычное последствие поисков, — ответил я. — Мигрень.
Луна выбралась из-за тучи, отразилась в широко распахнутых глазах Валентины.
Валя схватила меня за руку, повертела головой и сказала:
— Мальчики и девочки, Олино кольцо мы нашли. Возвращаемся. Пока на вокзале все наши прочие вещи не спёрли.
* * *По возвращении к автовокзалу вызванные находкой обручального кольца эмоции поостыли. Вскоре подействовала таблетка — я проглотил её сразу же, как только добрался до своего рюкзака. Боль в голове поутихла, но полностью не исчезла. Пётр Порошин и его жена Ольга представили мне своих спутниц: Валентину Кудрявцеву и Риту Синицыну. Я улыбнулся женщинам. Затем пожал руки мальчишкам: Сергею Порошину и Васе Синицыну.
«Узнал», что вся эта компания ехала к Чёрному морю из Москвы. С показным удивлением отреагировал на сообщение о том, что Пётр Порошин со спутниками следовали туда же, куда направлялся я: на черноморское побережье в пансионат «Аврора». Я вкратце рассказал о себе: Сергей Красавчик, тридцать лет, до недавнего времени жил и работал во Владивостоке, еду на отдых в пансионат «Аврора» (по совету отдыхавших там «раньше» друзей).
— Сергей, вам тридцать лет? — переспросила Рита. — Выглядите вы значительно моложе.
Она приподняла брови.
Я пожал плечами и заявил:
— Мне часто такое говорят. Сам чувствую себя лет на двадцать пять, не старше. Но с данными паспорта не поспоришь.
Я развёл руками.
— Сергей, а можно взглянуть на ваш паспорт? — сказала Валентина.
Она сопроводила свой вопрос улыбкой — приятной.
— Да, пожалуйста, — ответил я. — Там нет никаких тайн.
Я вынул из рюкзака и передал Кудрявцевой украшенный советским гербом документ. Отметил, что вид моего паспорта ни у Порошина, ни у его спутниц удивления не вызвал.
Валентина перевернула страницы.
— Действительно… сорокового года, — сказала она. — Сергей Юрьевич Красавчик. Не женат. Детей нет. Прописан во Владивостоке.
Кудрявцева подняла на меня глаза и спросила:
— Как же так, Сергей Юрьевич? Вам пошёл четвёртый десяток. А женой и детьми вы всё ещё не обзавелись. Не надоела вам холостяцкая жизнь? Не устали платить налог на бездетность?
Она хитро сощурилась. Чуть склонила вбок голову.
Я пожал плечами, ответил:
— Налог меня не смущает. Я совсем не жадный. А от холостяцкой жизни, действительно, подустал. Но что тут поделаешь? Такова жизнь. Ведь я всё ещё не встретил свою большую любовь.
Я посмотрел Валентине в глаза — та не отвела взгляд.
Пётр Порошин хмыкнул.
— Это дело поправимое, Серёга, — заявил он. — Скоро встретишь свою любовь. Кто знает: может она уже ждёт тебя в пансионате. Там, глядишь, и от налога на яйца избавишься.
Порошин повернулся к жене и спросил:
— Ведь я верно говорю, солнышко?
Он улыбнулся.
Я заметил, как Валентина и Рита переглянулись.
Ольга кивнула и погладила мужа по руке.
* * *На автовокзале меня посетила мысль о том, что я с удовольствием отправился бы сейчас не в пансионат «Аврора», а в Москву. Я не сомневался, что в столице окончательно развеял бы всё ещё не покинувшие меня сомнения в том, где и когда я очутился. Однако я всё же сдал свой рюкзак в багаж и вошёл в автобус.
С покупкой билета проблем не возникло. При оплате билета у меня не спросили паспорт. Я расплатился с хмурым кондуктором советскими деньгами. Снова отметил при этом, что средства оплаты у окружавших меня людей не вызвали удивления или недовольства. Прошёлся по вполне комфортному салону автобуса.
Вдохнул запахи выхлопных газов и резины. Занял место в четвёртом ряду; поправил шторку на окне, посмотрел в просвет между сидениями на усевшегося в первом ряду около окна мальчишку — на Сергея Петровича Порошина, пяти годов от роду. Снова вспомнил его слова: «Пообещай, Серёга, что выполнишь мою просьбу…»
Я покачал головой, отыскал взглядом родителей Серёжи Порошина: Ольга разместилась рядом с сыном, а Петр примостился у них за спинами. Я отметил, что Рита Синицына заняла место рядом с Василием. Валентина не среагировала на призывный жест Петра — прошла мимо Порошина и уселась в кресло рядом со мной.
— Серёжа, я составлю вам компанию в пути, — заявила Валя. — Не возражаете?
— Нет.
Бедро Валентины прижалось к моей ноге, хотя сидения в автобусе тесными не казались.
— Серёжа, а кем вы работаете? — спросила Кудрявцева.
— Эээ…
Я вспомнил, что вместе с прочими документами Сергей Петрович вручил мне и трудовую книжку. Вот только в эту книжку я так и не заглянул. Поэтому не представлял, чем именно занимался Сергей Красавчик до поездки в пансионат «Аврора».
Сказал:
— … Я временно безработный. С прошлой работы уволился, а на новую пока не принят.
— Серёжа, скажите: на прошлой работе вы часто использовали свои шаманские умения?
Я улыбнулся, покачал головой.
— Да какие это умения. Так, баловство.
Махнул рукой и сообщил:
— Моих умений только и хватает: для мелких фокусов. Чтобы спор у друзей выиграть. Или чтобы отыскать кольцо, которое только что обронили. Мигрень очень сужает спектр применения моих экстрасенсорных способностей. К сожалению. С головной болью многого не отыщешь. Лишний раз этими умениями не воспользуешься. Вот прадед у меня — тот был настоящим экстра… шаманом. Мне родители об этом рассказывали. Он даже людей лечил! Смертельно больных. А я — так, обычный фокусник, не больше.
Кудрявцева кивнула.
— Вы хороший артист, Серёжа, — сказала она. — Выступили перед нами очень эффектно. Даже я поначалу поверила в ваше волшебство. Поддалась вашему обаянию. Но я знаю, как вы провернули тот фокус с кольцом. Разгадала ваш секрет.
Мне снова померещился сладковатый аромат женских духов.
— Неужели? — спросил я. — В чём же мой секрет?
— Сергей, я видела, что вы шли за нами от железнодорожного вокзала, — сказала Валентина. — Признайтесь, Серёжа: вы заметили, как Порошина обронила кольцо. Но не подняли его сразу. Чтобы потом продемонстрировать нам свой фокус.
Валентина взмахнула ресницами.
Я ухмыльнулся. Отметил, что мигрень почти прошла.
— Вы очень наблюдательная, Валентина, — сказал я. — Молодец.
Кудрявцева прикоснулась к моему плечу.
— Пожалуйста, называйте меня: Валя, — сказала она. — Или Кудря, как зовут меня друзья. Мы ведь с вами друзья, Серёжа? Валентина — звучит слишком официально: как на комсомольском собрании.
Кудрявцева чуть поморщила нос.
Я посмотрел в её глаза — увидел, что их радужная оболочка сейчас была серо-голубой.