Феечка кого-то бздыньк! (СИ)

Как это порезаться медведем пленник не знал. Но понимал, что это весьма больно.
- А один укололся и упал замертво! – продолжала фея, натирая место «смертельной раны» зеленой кашей. Часть каши падала на пол. Остальная размазывалась по пальцам. И они становились зелеными.
- Кем укололся? – на всякий случай спросил пленник, пока фея возилась в листочком. Она сворачивала его, словно бинт.
- Об комариху. Случайно получилось… - ответила фея.
Было в этом что-то умилительно трогательное. На мгновенье пленник поднял глаза и посмотрел на золотые локоны и остренький нос.  Интересно, что было бы, если бы приодеть ее, расчесать и накрасить, как это модно сейчас при дворе? 
Он вспомнил, как однажды проснулся и увидел  припудренный парик, лежащий рядом на подушке. На самой подушке отпечаталось лицо. Вместе с накладными ресницами и мушкой.
В этот момент он едва не поседел, вспоминая милую красавицу, обольстившую его за один вечер и пару танцев. И с ужасом ожидал, что выползет из ванной. 
А фея… Она красивая даже без макияжа. Ей он попросту не нужен. Или просто он привык к ней именно такой. Слегка растрепанной, босой и … и…
 - Болит пальчик? Да? – едва ли не всхлипнула фея, глядя на зеленый «бинт».
- Очень, - неожиданно для себя ответил пленник. Ему почему-то хотелось, чтобы она еще немного повозилась вокруг него. Это был так… так странно.
- Только давай без этой феерической магии? Без вашей магии? Договорились? – вздохнул пленник.
- Без магии фей? – переспросила фея. И тут же стала суетиться вокруг стола.
 Он терпеть не мог магию фей. Наверное, потому, что шрамы не появляются просто так! В детстве он любил фей. Он всегда спрашивал о них. И когда эта новость дошла до его отца, тот вызвал сына к себе.
«Послушай, мой мальчик. Фей нельзя любить! Они – мерзкие, противные и больные на голову! А еще они … Впрочем, расскажу тебе. Однажды, когда я был таким же маленьким, как ты, у меня был старший брат. И его похитили феи!», - произнес отец.
«А как вы узнали, что похитили феи?», - вспомнил пленник свое детское удивление.
«О, эти коварные бестии утащили его прямо из его покоев. Он пропал бесследно!  На полу лежал цветок омелы. Цветок на полу – это знак похищения феей!», - пояснил отец. – «С тех пор его больше никто никогда не видел!».
Потом воспоминания перескочили. Он помнил жуткую боль и то, как висел вниз головой, примотанный к дереву ядовитой колючей лозой – заклинанием. Она впивалась огромными колючками в тело и все сильнее вжимала его в ствол дерева. От боли он уже не мог даже кричать. «Нашли! Скорее сюда!», - слышал он голоса. «Мальчик мой! Он еще жив! Зовите магов!», - кричал отец.
А потом в лицо ударило солнце. Рука коснулась белого покрывала.
- Я рад, что ты жив… - произнес голос отца. – Теперь-то ты понимаешь все коварство фей? Как видишь они премерзкие создания, которым нет места на этих землях! И любить их не за что.
- Позвольте должить!  - скрипнула дверь. – Разведчики донесли, что часть фей все-таки выжила!
- Вот твари! – вскрикнул отец.
-  Они ушли в глубины леса. Лес защищает их! – отрапортовал голос.
- Отдыха, мой мальчик, - отец положил руку на повязку. – Маги сделали все, что могли. Отдыхай…
На секунду пленник дернулся.
- Выпей, - послышался голосок, а ему протянули кружку с каким-то зельем.
Пленник послушно сделал глоток. Ну и мерзкий же привкус у этого лекарства!
И тут он почувствовал жуткую боль в животе.
- Это что еще за… - сложился пленник пополам. Он хотел было сложиться еще раз, но не мог физически.
- Это чтобы пальчик не болел! Я в книге вычитала! Написано, что помогает от боли в руках и ногах! – ответила фея.
- У меня внутренности словно на раскаленную спицу наматывает, - процедил пленник сквозь зубы.
- Зато пальчик уже не болит! Видишь, все-таки помогает! – улыбнулась фея.
- А есть лекарство от … от… этой боли? – простонал пленник.
- Да, есть! – ответила фея, быстренько вытряхивая из банок и нюхая какие-то травы.
- Вот, пей!
 К губам пленника прикоснулся деревянный кубок.
 
- Ай-я-яй! – закусил губу пленник. Комар понимал, что папе плохо. Поэтому приземлился на широкую спину и стал ласково водить огромным хоботком по щеке.
- Убери его, - простонал пленник. – С меня! Гарем! Брысь! Ой-е-е-ей!
Внезапно живот перестал болеть, но стала дико раскалываться голова.
- Он просто хочет помочь. Видишь, он за тебя переживает! – вздохнула фея. – Ты только посмотри на него! Он все испереживался!
Выражение морды комара было точно таким же, как и раньше. И ничем не отличалось от выражения морд остальных комаров, которые мало переживают за людей и предпочитают позу «комар сверху!». 
- Ты чем меня поишь? – спросил пленник, пытаясь плечом согнать очень расстроенного в глубине души комара.
- Там, в книге есть рецепты лекарств! Просто у лекарств есть побочные действия,- смутилась фея, что-то колдуя за столом.  – Так, что сейчас болит?
- Голова, - скрипнул зубами пленник, обещая себе больше не даваться в руки феи. И в случае чего умереть, терпя до последнего!
- Вот, держи от головы! – суетилась фея. Пленник простучал зубами по ободку и выпил. Тут же почему-то заныли ноги.
- Ноги! – выдохнул пленник, уже не зная, что хуже!
- Погоди! Вспомнила! Я видела лекарство!  Сейчас, одну минуту! – фея снова пробежала босыми ногами по грязному полу.
- Давай магию фей! – простонал пленник, чувствуя, как его сводит в дугу.
- Сейчас, потерпи, - вздохнула фея, перепугавшись ни на шутку. Она протянула ему шарик из тертых листьев.
- Жуй, - вздохнула фея.
И тут же боль прошла.
- Тебе легче? – спросила фея самым заботливым голосом. – Я много лекарств знаю! Они все в лесу растут! Однажды дедушка потерял…
- Ногу? – спросил пленник, удивляясь, что ничего не болит.
- Нет, смысл жизни! И бабушка дала ему особое лекарство! – рассказывала фея. – Дедушка три дня сидел под кустом и искал смысл жизни. А когда его отпустило, он тут же его нашел!
Глава тринадцатая. Прости, лес! 
Суп был готов. Пленник сидел над тарелкой и смотрел в него. Но не ел.
- Да не жужжи! – отмахнулся он от любопытного комара. Комар присел на старую печку. И с печки отвалился пласт штукатурки.
- Мне кажется, что если он пешком до кровати идти будет, то от грохота вся семья проснется! – пробурчал пленник, переливая суп с ложки в тарелку.
- А почему ты не ешь? – спросила фея, подложив кулачки под щеки и растекаясь по столу. – Ты же сам готовил.
- Просто горячее! – процедил пленник, честно пытаясь найти компромисс с желудком. Разбалованный вкусными яствами желудок был на редкость принципиальным и разборчивым. Искушенный изысками он яро протестовал против грибного произвола.
- Слушай, я тебе могу чай с грибами заварить? Очень вкусный! – предложила фея, болтая ногами.
- Нет, спасибо, - поморщился пленник над ложкой. – Я как-нибудь сам умру!
Он засунул ложку в рот и проглотил с омерзением. В его воспоминаниях промелькнул поднос с деликатесами, сверкнувший золотом. Лилась музыка, аромат духов сливался в дурман, хихиканье напомаженных красавиц.
- Не могу! – выдал пленник.
- Это еще почему? – спросила фея, жалобно глядя на пленника.
- Не хватает трав… - сморщился пленник, с трудом проглатывая ложку.
- О! Если трав, то я могу найти! Какие скажешь, такие и принесу! – обрадовалась фея.
-  Душица, мята, аконит, - перечислял пленник, пряча ногой черную книгу под лежанку.
- Я мигом! – обрадовалась фея и вылетела из дома. 
***
Я  рвала траву без опаски. И знала, что лес меня не тронет. Интересно, как у нас там, дома? Как там бабушка и дедушка? Как другие феи?  
Собрав все травы, я вернулась домой. Стоило мне открыть дверь, как я услышала.
- Сидеть! – слышался голос мужа. – Я сказал! Сидеть!
- Что ты делаешь? – удивилась я, глядя на комара, который сел на стол. Да так, что стол покачнулся.