Развод в 45. Получи свою… Вишенку! (СИ)

Ну конечно. Сейчас.
— Несравненная Татьяна, позвольте восхититься Вашим незаурядным умом и выпить за Вашу научную и социальную смелость! — передо мной точно из-под земли выросла затянутая в элегантный костюм фигура с двумя шампанками в руках.
Чуть не подпрыгнула и перекрестилась с перепугу.
А когда узнала Генриха Буна, тут изумлению моему не было предела.
Вручив мне один бокал и подхватив под руку, он увлек нас в нишу эркера, продолжая удивлять:
  
— Счастлив вновь лицезреть, прекрасная. Раз уж наш наследник настолько Вам не зашёл, то у Семьи есть другие варианты. Я, например, два года как раз в разводе. Образование, воспитание и состояние — вполне достойные Вашей драгоценной персоны.
На словах о собственном разводе этот истинный ариец прижал мою руку к губам и лукаво блеснул глазами.
Сначала опешила от такой постановки вопроса, а после завершения рекламной акции рассмеялась:
— Не дай бог. Мое почтение и уважение вашему патриарху. Полагаю, ему со всеми вами непросто. Но я трезво оцениваю собственные таланты и способности, а также ресурсы и выдержку. Поэтому откажусь от столь щедрого предложения.
Бокал поставила на столик в нише и собралась уже удалиться, когда Генрих прижал меня к себе рукой и горячо выдохнул в ухо:
— В любой момент, Танечка. Лишь только слово и я примчу к тебе. За тобой.
Вылетела я из эркера, как ракета из шахты — гордо и стремительно. И далеко.
Вечером, падая спать после быстрого душа, отметила, что в телефоне пропущенный вызов от Людмилы Васильевны, но и время было позднее, и силы на исходе. Отложила беседу до более удачного момента.
После второго дня конференции, весь вечер четверга, Татьяна Ивановна с выпученными глазами отбивалась от невероятных предложений, включавших в себя переезд в Москву и несколько видов занятости: от преподавания до службы в аналитическом отделе одной известной, но закрытой структуры.
Мои пламенеющие в свете люминесцентных ламп волосы норовили выбраться из элегантной прически и встать дыбом.
Спас и слегка успокоил меня, конечно же, профессор Фомин:
— Татьяна Ивановна, великолепно! Отработали мастерски! Просто высший класс! — не совсем понятный мне восторг Максима Геннадьевича был, тем не менее, заразителен: я тоже разулыбалась.
Соавтор и научный руководитель, отвел меня в сторонку и, покачивая чашечкой кофе (и это в шесть часов вечера, да), подробно обрисовал наше дальнейшее взаимодействие:
— Теперь дело за нами. Осталась чистая бюрократия, а вам разве что некоторые корректировки, возможно, потребуется внести, если будет настаивать диссертационная комиссия. Но не волнуйтесь, всё решим. Я думаю, в следующем году вы спокойно защититесь.
Замерла в изумлении и восторге, затаив дыхание. Тут же представила, сколько у меня теперь будет свободного времени, ведь работа с Фоминым занимала все мои вечера, ночи и выходные.
Ой-ой-ой! Можно будет сходить и в Мариинку  [1], и в Михайловский  [2], и в Акимова  [3], да даже в БКЗ  [4] на концерт выбраться.
Ух, аж дух захватило от перспектив.
И вообще, недалеко от меня новую СКА «Арену» возвели, а я там до сих пор не была. Так-то, я не большой фанат хоккея, но посмотреть на новую постройку любопытно. Да и Климовых я тысячу лет не видела. Интересно, как там запасы наши стратегические поживают, кстати?
Пока мысли теснились в голове и вились роем разбуженных не во время пчел, Максим Геннадьевич, похлопал меня по руке:
— Вы свою часть отработали на отлично. Пришло время пожинать плоды…
Звучало сказочно.
И добираясь вечером до гостиницы, я все прикидывала в уме: чем же еще можно занять такую уйму свободного времени. Ну и бормотала, как полусумасшедшая бабка:
— Ох, это ж сколько всего интересного я смогу посмотреть теперь. А сделать? О! И рукоделием заняться тоже, наверно, момент найдётся…
Понесло внезапно Татьяну Ивановну на волнах мечтаний к далеким берегам сладких грез, но спалось, однако, хорошо.
Пятница же пролетела в бюрократических заморочках в различных учебных заведениях. Начала с Корпоративного института, где подписала и получила все необходимые для официальной работы бумаги, потом метнулась к Фомину и под присмотром «его девочек» заполнила с десяток договоров, согласий, доверенностей и прочих необходимых документов.
Добралась на Ленинградский вокзал на последнем издыхании, а устроившись в вагоне, оглядевшись и полюбовавшись на проплывающую за окнами столицу, неожиданно не поняла даже, почувствовала: не хочу.
Сюда переезжать не хочу.
Потягивая трофейную Вальполичеллу, случайно обнаруженную в чудесной винотеке на Тверской, наконец-то, неспешно и основательно перебрала свою жизнь.
Вспомнила ту, привычную, размеренную, спокойную, что столько лет связывала меня с мужем, а потом и другую, яркую, динамичную, сумасшедшую, в которую я окунулась после измены Тарасова и развода. Удивительно, как все поменялось вокруг меня и внутри за последний год. Столько приключений, путешествий, открытий и… опыта.
Про что-то сказала: «спасибо, что прошло», где-то хмыкнула: «можно и повторить», но в целом примерно к полуночи мне удалось сформулировать, чего бы на самом деле хотелось: комфорта, спокойствия, но с периодическими развлечениями.
А вообще, самый острый на данный момент вопрос: ортопедический матрас и хорошая кровать. Надо покупать.
 [1] Государственный академический Мариинский театр — театр оперы и балета в Санкт-Петербурге, один из ведущих музыкальных театров России и мира. Основан 5 октября 1783 г.
 [2] Санкт-Петербургский государственный академический театр оперы и балета имени М. П. Мусоргского — Михайловский театр — театр оперы и балета в Санкт-Петербурге. Открыт в 1833 г. Располагается в историческом здании на площади Искусств.
 [3] Санкт-Петербургский академический театр Комедии имени Н. П. Акимова — академический театр, получивший славу и достигший наибольшего расцвета при руководстве Николая Павловича Акимова. Официальная дата основания — 1 октября 1929 г.
 [4] Большой концертный зал «Октябрьский» находится в Санкт-Петербурге, по адресу: Лиговский проспект, 6. Зал славится отличной акустикой. Зал был возведён на месте греческой церкви Св. Великомученика Дмитрия Солунского в 1967 г. и был приурочен к юбилею Октябрьской революции. В БКЗ проводятся концерты, торжественные мероприятия, спектакли и новогодние ёлки.
  
Глава 47
 
«Донна Роза, я старый солдат…»
 
А знаешь, все еще будет,
Южный ветер еще подует
И весну еще наколдует,
И память перелистает,
И встретиться нас заставит,
И встретиться нас заставит,
И еще, меня на рассвете
Губы твои разбудят.
В. Тушнова «А знаешь, все еще будет»
Собираясь утром в понедельник на работу, сооружая на голове монументальную башню из локонов и поглядывая на телефон, который все выходные пестрел сообщениями как от новых знакомых со столичной конференции, так и от старых приятелей Тарасова, вспомнила, как занятно пообщалась-таки с Людмилой Васильевной, еще находясь в поезде, возвращаясь из столицы.
  
Бывшая начальница позвонила сама вечером в пятницу, натурально ухахатываясь: