Восточный мохито (СИ)

— Хорошо, давай, — согласился Рэми, закидывая на плечо маленький рюкзак, с которым он не расставался вне дома. — А мост как-нибудь запланируем на отдельное свидание, да?
— Свидание? — немного повеселел от этого слова альфа, подавая руку омеге и двигаясь к выходу из кафе. — Ну хорошо.
— А что, нет? — переспросил Рэми, идя чуть позади. — Я вот считаю, что когда мы остаёмся наедине, у нас начинается свидание, раз уж мы теперь в отношениях.
— Конечно, да! — мигом исправился Дари, уверенно посмотрев в глаза омеги. — Просто, выходит, что у меня оно первое, а я себя раньше ни на каких свиданиях и близко не представлял.
— Первое короткое свидание у тебя было вчера, — хихикнул Рэми, снова понимая, насколько Дариан зелёный в этом плане. — А сегодня настоящее длинное.
Он остановился, придержав юного альфу за руку, чтобы тот тоже остановился. После того, как Дари с вопросом во взгляде обернулся, Рэми без тени сомнения обнял его за шею и прильнул к его губам своими, чуть приподнимаясь на носочках, ведь сегодня надел обычные кроссовки и был ниже своего нового бойфренда.
Целоваться омега действительно любил, а потому и не стеснялся делать это, когда заблагорассудится, избегая только слишком людных мест. А Дариан быстро учился, потому Рэми каждый раз это делал со всё большим удовольствием.
За время поцелуя Дари и забыть успел, о чём они говорили, полностью погрузившись в процесс и действительно стараясь не разочаровать своего омегу. А отстранившись, он погладил того по щеке, не стесняясь собственного вышедшего из-под контроля феромона, и под волей эмоций проговорил:
— Ты такой вкусный, просто сдержаться невозможно.
Рэми легко рассмеялся, а после спросил, не отпуская Дариана далеко и озорно глядя в его глаза:
— Да? И какого же я вкуса?
— Не знаю, но это самое приятное, что мне доводилось пробовать, — постарался как можно серьёзнее ответить Дари, закрывая глаза и утыкаясь носом в шею омеги. — Что-то свежее… и ещё определённо присутствует орех вместе с шоколадом. Ни в коем случае не сладким, не очень люблю сладкое. Хотя после знакомства с тобой и его снова стал есть.
— Если бы сказал «вкусом блинов с джемом», было бы смешнее, — подразнил Рэми, ведь пребывал в игривом настроении. — Но это тоже приятно.
— Не-ет, про блины я думал как раз в последнюю очередь, — засмеялся Дариан, отводя взгляд в сторону.
Ещё раз мимолётно чмокнув Дари в губы, Рэми отстранился, улыбаясь при этом.
— Вот теперь пойдём.
В парке неподалёку не было таких же красивых лампочек, на которые ушли смотреть довольные Рэй с Мэри, но зато горели приковывающие к себе взгляд необычные фонари. У них не было статичного цвета, а оттенок сменялся плавным градиентом, что выглядело тоже впечатляюще. Именно по этой аллее альфа и повёл Рэми.
— Слушай, — начал он, — я тут подумал, что раз уж сейчас ты выглядишь так, то каким ты был в свои шестнадцать лет? У тебя ведь остались фотографии?
— Ну да. Где-то остались, — задумчиво ответил омега. — Тогда я тоже выглядел младше. В шестнадцать, наверно, лет на двенадцать примерно. Сейчас посмотрю.
Он достал телефон и полез на свою страничку в закрытые альбомы, доступ к которым был предоставлен лишь парочке самых близких людей. Перелистав к одним из первых, которые он выкладывал, когда страница была ещё новой, он открыл одно из довольно старых фото. На нём был изображён омежка лет двенадцати в очках с фиолетовой оправой, с длинными волосами по плечи, скромной полуулыбкой и в безразмерной мешковатой толстовке.
— Вот тут мне пятнадцать, — усмехнулся Рэми, отдавая телефон в руки альфы.
Дари чуть расширил глаза от удивления, хотя в принципе ожидал увидеть нечто подобное. Рэми выглядел не то что на двенадцать, по фото он его бы поставил в одну линию с Джесси, который лицом выглядел чуть старше своих лет.
— Ты прав, к такому я бы, наверно, постеснялся подкатить… Ты тут выглядишь даже меньше двенадцати! — пристальнее рассматривая фотографию, произнёс он. — Но очки тебе идут, я был прав.
— Хорошо, что ты так считаешь, — усмехнулся Рэми, взяв Дариана под локоть. — Но большинство моих одноклассников так не считали, называли очкариком, карликом, узкоглазым, картавым, ботаником и периодически морально унижали…
 
Омега поджал губы и отвернулся, глядя на фонари.
— Но я не хочу жаловаться. Я вырос и изменился. И хорошо, что школа в прошлом, я её ненавидел.
— И неужели не было ни одного альфы, который захотел бы это остановить? — вскинул свободной рукой Дариан, разгораясь внутри от негодования. — Если бы я сам наблюдал нечто подобное, то поставил бы на место любого ублюдка, который может обидеть другого только потому, что он сильнее!
— Они не обижали меня силой, Дари, просто издевались. А остальные не хотели с этим связываться, чтобы не заиметь проблем и себе. Неважно. Это в прошлом.
— Прости, да. Я, наверно, просто не терплю, когда кого-то обижают. Даже морально.
— Можешь полистать фото. Их там мало, я редко фоткался лет до восемнадцати-девятнадцати.
Дари начало отпускать, ведь он понял, что это и правда происходило слишком давно, чтобы вскипать и идти восстанавливать справедливость. Он продолжил рассматривать фотографии, отмечая не очень хорошее их качество, но всё равно находя Рэми довольно привлекательным. А на одной из них, где омега был в летних шортах, завис, почувствовав себя неуютно и показывая её собеседнику:
— Тут ведь тебе больше шестнадцати, да?
— Мне тут шестнадцать вроде бы, — ответил Рэми, снова улыбнувшись.
Бёдра в этих шортах хорошо прикрывались, и не было видно тогда ещё зияющего тёмного родимого пятна, которое он позже скрыл татуировкой.
— А тут неплохо играешь роль резинового человечка, — остановился Дари на фото, на котором Рэми показывал чудеса пластики. — Офигеть просто! Я бы так выгнуться никогда не смог. Но всё равно на вид как мелкий ребёнок. Мне даже неловко.
— И почему же тебе неловко? — изогнул бровь Рэми, действительно не понимая, что такого в этой фотографии.
Дари немного помолчал, решая, стоит ли признаваться или лучше отвести тему в другое русло, но после хитро глянул на Рэми и спокойно, словно обыденно проговорил:
— Потому что у меня встаёт.
Не ожидав такого откровения, омега округлил глаза, а потом даже отвернулся. Конечно, он вполне мог пошленько пошутить, но всё же о сексе он в это время не думал. А сейчас снова подумал, и ему самому стало неловко.
— Отдай тогда лучше, — потянулся он к телефону. — Мы только два дня встречаемся, рано нам о таком думать. Чудеса моей пластики я лучше когда-нибудь тебе вживую покажу.
Альфа без споров вернул телефон, теперь уже приобняв Рэми.
— Полностью с тобой согласен, но сделать с собой ничего не могу. Что, нужно было соврать? — действительно серьёзно решил спросить он.
— Мог бы как-то не так прямо, что ли, — усмехнулся Рэми, пряча телефон в карман. — А то теперь неловко и мне.
— Выходит, я всего-то поделился своим чувствами, но теперь неловко нам обоим! — начал посмеиваться Дари, облизнув губы. — Но прости. Я правда не хотел.
— Ничего, нестрашно. Терпи теперь, раз фотографии маленьких омежек тебя возбуждают, — снова подразнил Рэми, а потом ещё и тихо протянул: — Из-вра-ще-нец.
Дариан иногда выглядел чересчур серьёзным, будто хотел казаться не собой. Но почему-то омеге казалось, что он более весёлый и забавный, а потому хотел немного растормошить его своими лёгкими подколами.
— Не такой уж ты и маленький омежка, — наигранно хитро ответил Дари, отстраняясь и становясь за спину Рэми, подготавливая в голове очередную шалость. — Я сейчас как откажусь терпеть и сделаю вот так.
После этих слов альфа обвил его со спины руками, пройдясь ладонями по животу и начиная щекотать.
— Н-нет! Не надо! — тут же запротестовал Рэми, начиная смеяться и впиваясь при этом пальцами в руки альфы. — Я ужасно… боюсь щекотки!
Он прижался спиной к Дариану, откинув голову на его плечо, и зажмурился, продолжая смеяться. Даже приподнялся на одном носочке, пытаясь уйти от колких пальцев, не в силах прекратить смеяться. Альфа тоже посмеивался, получая огромное удовольствие от происходящего.